Среда, 26.07.2017

Страница 3 из 11«123451011»
Модератор форума: MariUs, Samanta 
Русскоязычный форум в Италии » На досуге » Хобби и интересы » Яков Есепкин (Готическая поэзия)
Яков Есепкин
Генералиссимус
Группа: Модераторы
Сообщений: 1310
Награды: 18
Репутация: 14
Статус: Offline
Дата: Вторник, 04.12.2012, 06:48 | Сообщение # 31
Quote (Colibri)
Я не очень хорошо в поэзии наверно разбираюсь.


Хм.. Нет, не думаю. Должно быть, мы еще не доросли до таких стихов... biggrin А если серьезно, мы привыкли к традиционным стихам, где можно легко найти рифму и поймать ритм. Стихи данного жанра, скажем так, нам в новинку, поэтому и идут немного туговато. smile
Подполковник
Группа: Проверенные
Сообщений: 116
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 21:04 | Сообщение # 32
Яков Есепкин

ПИР АЛЕКТО


Четырнадцатый фрагмент пира

От смерти вряд ли Йорик претерпел,
Певцов ночных Гекаты отраженья,
Призраки за восьмой стольницей, пел
Художник всякий глорию ей, жженья

Порой и адской серности, увы,
В тенетах славы значить не умея,
Что праздновать в себе мокрицу, вы,
Времен иных скитальцы, Птолемея

Сумевшие, быть может, оценить
Учёный подвиг, маску ретрограда
Унёс в могилу он, а хоронить
Идеи любит Клио, маскерада

Тогда ей и не нужно (сей чудак
Достиг великой мудрости и тайны
Покров чуть совредил, когда чердак
Вселенский есть иллюзия, случайны

Всегда такие вспышки, гений -- раб
Судьбы фавора, знание земное
Его определяет фатум, слаб
Творец любой, величие иное

Имеет столь же выспренний посыл,
Несть истин многих, гений и злодейство,
Заметим, врать не даст Мафусаил,
Прекрасно и совместны, лицедейство

Доступно всем, а нравственный закон
Внутри, не Кант один бывал сей тезой
Астрийской ввергнут в смуту, Геликон
Хранит благие тени, их аскезой

Корить возможно ангелов, так вот,
Не гений за порочность отвечает,
Равенствует ли Бродского кивот
Божнице – речь кому, творец лишь чает

Прозрения для всех, в орбитах цель
Следит, а на Земле ничем он боле
От нас неотличим, раба ужель
Судьёй назначить верно, в чистом поле

Гуляют души, знанием своим
Способные утешить и развеять
Морок сомнений вечных, только им
Положен свет, алмазы нощно сеять

Лишь им дано, убийц и жертв делить
Какой-нибудь линейкою иною
Пусть пробуют камены, обелить
Нельзя морочность душ, за временною

Поспешностью оставим это, две,
Четыре, сорок истин и теорий
Нулям равны, у Данта в голове
Пожар тушили музы, крематорий

Бессмертия нам явлен, разве блеск
Его, поймут ли мученики, ложен,
Комедии божественной бурлеск
На ярусник сиреневый положен

Искусства, парадоксы дружат здесь
С обманом возвышающим и только,
Учений и теорий нет, завесь
Их скатертью, останется насколько

Безсмертие в миру, ещё вопрос,
Точней, ещё загадка, Дау милый,
Зане душою темною возрос,
Легко из рек печальный и унылый

Последний мадригал: мы объяснить
Сегодня можем то, что пониманью
Доступно быть не может, миру ль нить
Доверит Ариадна, тще вниманью

И муз, и тонких граций доверять,
По держит всё ещё с амонтильядо
Лафитник, нить ли, здравие терять
Ума, равно тщете вселенской, Прадо,

Холодный Эрмитаж и Лувр пустой
Вберут алмазный пепел, эстетичность
Одна скрывает смысл, символ простой,
Пророка выдает аутентичность,

Но лучшее небесное письмо
До нас не доходило, мрамр чернильный
Всегда в осадке был, певцам трюмо
Свиней являло, сумрак ювенильный

Окутывал пиитов, их уста.
Печати родовые замыкали,
Ничтожество сим имя, но чиста
Символика имен самих, алкали

Владетели величья и взамен
Хорической небесности вечерий
Им дали благость черствую, камен
Ужасно попечительство, Тиверий,

Калигула, Нерон и Азраил,
Собравшись, не сумеют эти узы
Порвать, Адонис нежное любил
Цветенье, не фамильные союзы

С восторженною лёгкостью в ручье
Зломраморную крошку обращают
Ещё раз Апокалипсисом, сплин
Бодлер цветами зла поил, вещают

Нам присно аониды о конце
Времен и поколений, им урочно
Иллюзии варьировать, в торце
Любого камелота – дело прочно –

Струится разве кровь, а Птолемей
Был всуе упомянут, но ошибка
Его надмирных стоит месс, посмей
Её тиражить будущность, улыбка

Давно могла б Фортуне изменить,
Бессонный хор светил есть иллюзорный
Провал, загробный мраморник, тризнить
Им суе, мир воистину обзорный

Весь зиждется в орбите всеземной,
Мы видим иллюзорное пространство,
Закон внутри и небо надо мной:
Иммануил ошибся, постоянство

Такое астрологии темней,
Урания пусть вверенные числа
Учёным демонстрирует (за ней
Не станет, мы не ведаем их смысла);

И вот, певцов ночных призрачный хор,
Стольницу под восьмою цифрой зряши,
Расселся незаметно и амфор
Чудесных, расположенных вкруг чаши

С порфировым тисненьем, в мгле сквозной
Мог тусклое увидеть совершенство,
Изящные лафитники луной
В плетенье освещались, верховенство

Манер великосветских, дорогих
Теней сердцам истерзанным традицией
Щадило вежды многих, у других
Веселье умножало, бледнолицый

Гамлет сидел меж Плавтом и хмельной
Медеей, те соседствовали чинно
С Овидием и Фабером; одной
Картины этой виденье повинно,

Возможно, в сем: из пурпура и мглы
Сквозь мраморные летучие гримёрки
Зерцально проникая и столы,
Алекто оказалась близ восьмёрки.



Добавлено (18.12.2012, 07:50)
---------------------------------------------
Яков Есепкин

На смерть Цины

Четыреста пятьдесят восьмой опус


Мел стекает со шелковых лиц,
Милых отроков чествуют взглядом,
Век паяцев и падших столиц:
Славен пир алавастровым ядом.

Звезды мертвые имут иль срам,
Кто юниде ответствует пленной,
Ирод ждет нас к себе по утрам –
Вишни есть в сукровице тлеенной.

Всех оплакала твердь Сеннаар,
Шелк ужасен о персях Аделей,
Се и мы без высоких тиар
Меж порфирных лежим асфоделей.

Четыреста пятьдесят девятый опус
.
Хоть с Гекатой в фамильный подвал
Опустимся: июльские вина
Блещут златью, где мраморник ал
И надежды пуста домовина.

И кургузая Цина ужель
Не хмелеет со крови, решится
Яко розами выцветить гжель,
Вечность адских чернил устрашится.

Но, Гиады, не плачьте, август
Желтой вишней фаянсы литые
Оведет – мы из пламенных уст
Выльем яд на столы золотые.

Добавлено (20.12.2012, 19:05)
---------------------------------------------
Яков Есепкин

ПУРПУРНЫЙ ДОЖДЬ В ВОСКРЕСЕНЬЕ

Жертвоприношение-1

Декабрь вначале, дождь с утра
Напомнил о вчерашней смерти
Кустов, их ровного костра
Тянулись очертанья к тверди.

Блаженной осени исцвет
Гранить и алчут богомолы,
Еще таят сарматский свет
Дарохранительные молы.

Се -- гиацинтовый Рамзес,
Хурма аттического съема
Висит под пологом небес
В свече китайского синдрома.

Давай фиолы освятим
Никчемной шелковою кровью,
Одно соцветники златим,
Одною живы и любовью.

Меня искали ангелки,
Но до креста не долетели,
Мы были в мире высоки,
Благих спасать еще хотели.

Ах, страшен Аустерлиц, уз
Бежать скорее, днесь возможно
В персти эдемской мертвых муз
Серебром пудрить осторожно.

Смотри, винтовие несут
Нам божевольные юниды,
В цетрарах ангелов пасут
С шелковой плетью злые иды.

Певцов боялись век, сюда
И свечи, кровью обвитые,
Не внесть, кадит сирень-Звезда,
Мы видим соны золотые.

Дешевым Сирии вино
Зачем и сделали торговки,
Яд изольет веретено,
Травить нас будут четверговки.

Господь у Храмовой горы
Теперь невинных ли дождется,
Во розах морные дары,
Сие урочество блюдется.

Не позолотца, а зола
На лаврах, и пред этой новью
В разводах бурых зеркала
Освещены одной любовью.

К ним из остудной темноты
Мы вышли. Дождь... Конец недели…
Смотри! Ужель не помнишь ты --
Они вчера еще горели!

Добавлено (26.12.2012, 16:57)
---------------------------------------------
Яков Есепкин

ПОТИР


Нашу веру на перстне зола
Выжгла в цвете меж гнилью и златом,
Лжи вовек повелев зеркала
Возвышать европейским закатом.

Кипарисовый ветхий ларец
Августовское брашно лелеет,
У демонов алмазный венец,
Челядь их ни о чем не жалеет.

А о чем и о ком на земле
Сожалеть под чарующей сенью,
И персты, и алмазы в золе,
Мрак цимнийский ли -- путь ко спасенью.

Все равно и не станут жалеть
Онемевших пиитов, алмазы
Для того воздают, чтоб алеть
С ними вместе могли верхолазы.

Глянь, Летиция, нощь всепуста,
Никого, ничего, аще благо
Выйдем к раям гулять, их врата
Нам откроет Иурий Живаго.

Нет во червной персти золотых
Десных смертников, нет псалмопевцев,
Что искать с огонями святых,
Пусть орешки глядят у деревцев.

Злобно демонов хоры поют,
Наши ангели к нам опоздали,
Соалмазные эти куют
Всем венечия, аще предали.

Ангелки, ангелки, вы сего
Не могли и узнать отреченья,
Тратно днесь под Звездой волховство,
Рдятся лихо архангелы мщенья.

В Амстердаме иль Вене горят
Их лихие венечья-головки,
С нами суе быки говорят,
Суе ищут царей худокровки.

Нищих Господе всё обелит,
Маком полны сиянные мехи,
В рае светлом сех ждать повелит,
Над купами расцвечивать стрехи.

Только раз нам и было дано
Речь псаломы о святой любови.
Дальше смерти ея полотно
Пролегло, не смотри в эти нови.

Жизнь избыта, а кровь не стереть,
Слез потир поднесут лишь Иуде,
Мы ж пребудем: гореть и гореть
Краской славы на битом сосуде.

Добавлено (30.12.2012, 21:04)
---------------------------------------------
Яков Есепкин

К Алигъери

Египетская цедра над метелью
Сменилась топким цеженным огнем,
И жалованный снег предстал купелью,
И слух потряс Зевес, рассеяв гром.

В цезийское пространство ход отверст,
Искрится фиолетом чермный перст
Антихриста, но вечно существует
В природе роковая правота,
А днесь ее вместилище пустует,
В каноне солнце Божия перста.

Елику смерть о черном балахоне
Куражится, поклоны бьет, вино
Из сребренных куфелей (на агоне
Убийц холодных, прошлое темно

Каких, летучих ангелов отмщенья,
Заказчиков расплаты, иродных
Мелированных ведем, обольщенья
Не ведавших иного и родных

Отцов невинных мальчиков кровавых,
Царевичей всеугличских, царей
Развенчанных в миру и величавых,
Помазанных их дочек, пастырей

Грассирующих преданных урочно,
Без серебра алкавших крови их,
Алмазных донн и панночек, бессрочно
Почивших в Малороссии, благих

Когда-то, ныне желтыми клыками
Украшенных садовников, хламид
Носителей колпачных, брадниками
Крадущихся вампиров, аонид,

Небесной лазуритности лишенных,
Жертв новой гравитации, другой
Колонны адотерпцев оглашенных)
Лиет вольготно в скатерть, дорогой

Пейзаж для сердца, из венецианских
Замковых окон видимый, темнит
Личиной злобной, дарует гишпанских
Высоких сапогов короб, теснит

Сама еще белесых наших гостий,
Блондинок, сребровласок, чаровниц,
Но только натуральных, ведем остий
Им кажет черни, сумрак оконниц

Почти и новогодних застилает
Хитонами ли, бязью гробовой,
Молчит, а то собачницею лает,
А то взывает чурно, кто живой

Откликнись, будем пир одесный ладить,
Еще играют Шуберта в саду,
Моцарта явствен шаг, музык усладить
Чарованных готовый, заведу

Сейчас, а снег декабрьский не помеха,
Чем далее, теплей он, милых дев
И другов честных в царственности меха
Сибирского, пушнины, разглядев

Какую ведьмы в зависти лишь ахнут,
Гагаровой к вишневым деревам,
Здесь вишенки мороженные чахнут
В корице сахаристой, кружевам

Желточным их пойдут сирени пудры,
Как всякую любовно обернем
Бисквитами и сдобой, были мудры
Евреи местечковые, рискнем

С царевишнами к ним соединиться,
На маковые ромбы поглядеть,
Бывает, царским кухарям тризнится
Обилие столешниц этих, бдеть

Сегодня им о яствах непреложно,
Пускай засим рецепт перенесут
В палатницы хоромные, возможно,
Еще царей отравленных спасут,

А смерть, гляди, опять кикимор дутых
Презрев, лиет по скатерти вино
Из битого начиния, согнутых
Юродливо бокалов, решено,

Пируем хоть с мертвыми рядом, сверки
Теперь не нужны, истинно чихнем,
Покажутся тогда из табакерки
Черемницы и черти, сих огнем

Порфировых свечей осветим, ярка
Заздравная свечельница, когда
От жизни и не видели подарка,
Что ж требовать у смерти, иль сюда

Нелегкая внесла ее, угасло
Сколь денное мерцанье, так одно
Ей в ноздри вклеим розовое масло,
Боится роз косая, а вино

Хоть криво, но лиет еще, отравней
Сыскать непросто будет, а куфер,
Хоть бит, как прежде полон, благонравней
Презреть и нам развратных, Агасфер

Теперь сих отравительниц не любит,
Я знаю, много брали на себя,
Шутили не по делу, сам и губит
Пускай адскую челядь, пригубя

Несносное отравленное пойло,
Реку вам, други, ладите балы
Пировные, гостям рогатым стойло
Всегда найдется, царичам столы

Пусть нынче камеристки сервируют,
Смотреть люблю движенья, угодить
Хотят оне успенным и балуют
Живых, кому за кем еще следить

Один сегодня помню, тьмой беленье
Скатерное кривым не очернить,
Мы выстрадали благое томленье,
Бессмертию не стоит временить,

Когда цари пируют вкруг одесно,
Когда живые царичи, а сих
Невесты ожидают, благовестно
Такое пированье, бабарих

Здесь можно смело к чурным приурочить,
Молчание их выдаст, нам пора
Дела вершить земные, не сурочить
Невинно убиенных, за одра

Червницу не зайдем и возалкаем
Суда великонощного, коль яд
Иных берет, черноту отпускаем,
Тлести ей меж эльфиров и наяд,

Одну, пожалуй, косную оставим
Чермам во назидание, перчить
Начнемся белым пересом, заправим
Лукавые мозги, сколь огорчить

Решит смешного рыцаря, сиречить
Возьмет опять привычку, совлекать
Царевн в альковы, стольников увечить,
Иродничать и ёрничать, алкать

Веселия на тризнах цареносных,
На службе у порока зреть святых,
Орать безбожно, фей златоволосных
Лишать воздушных нимбов золотых,

Греми пока, нощное балеванье,
Замковые ансамбли заждались
Музыки и акафистов, блеванье
Кашицей мертвой суе, веселись,

Товарищество славное, Селены
Взывает свет, нести быстрей сюда
Фламандские холсты и гобелены,
Рельефные гравюры, стразы льда

Хрустального, шары чудесных фором,
Сребряные, порфирные в желти,
Витые алебастрами, узором
Диковинным горящие, внести

Быстрей велю и блюда выписные,
Фаянсами разящие гостей,
Алмазовые рюмки, именные
Суповницы из крымских областей,

Орнаментные амфоры, куферы
Красные, изумрудные мелки
Для ангелов, точеные размеры
Отметить возжелающих, лотки

Со яствием нездешним, на капризы
Рассчитанные, негой кружевной
Богатые кофейники, сервизы
Столовые, молочниц пламенной

Ансамбль еще, пирожницы, свечений
Держатели вальяжные, чайных
Китайских церемоний и печений
Гофрирный антураж, пироносных

Конфетниц череду, еще креманки
Холеные, цветовья севрских ваз,
Пируем, аще балов самозванки
Зерцальниц не преидут напоказ,

А серебро прейти сим невозможно,
Пусть плачут в стороне, взирая наш
Горовый пир, напудриваясь ложно,
Чтоб время обмануть, резной лаваш

Им снесть, а то для пифий горемычных
Украсть вина куферок, пармезан
Стянуть при верном случае, клубничных
Желе набрать украдкой иль нарзан

Какой хотя кианти на замену,
Иль мусс, иль кухон сливочный, грильяж
Наладить в туесок, вторую смену
Им жариться едино, сей типаж

Знаком балам и нами узнаваем,
А ну, чермы, офорты геть чертить
Куминами и фенхелем, бываем
Нечасто рядом, бойтесь осветить

Чихающие рожицы, берите
Сиреневые пудреницы, тушь,
Паршу невыносную, хоть орите
В себя, покуда краситесь, на чушь

Адскую мы елико не разменны,
Помазание ждет нас и престол,
Как могут бысть куферы мертвопенны,
Пьем здравие, серебро этот стол

Разбойное не может изувечить
Соцветностию мертвой, нам оно
Всегда служило верой, бойтесь речить
Ползвука, если в серебре вино.

Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 402
Награды: 7
Репутация: 4
Статус: Offline
Дата: Воскресенье, 30.12.2012, 22:00 | Сообщение # 33
я конечно дико извиняюсь, но зачем вы продолжаете публиковать на нашем форуме стихи этого несомненно замечательного поэта? я, к примеру, их уже давно не читаю. да и другие тоже (мне почему-то так кажется). может, лучше обратить свою энергию в другое, более благодарное русло? или эти стихи больше никто читать не хочет? dry

The boy is father of the man.
Подполковник
Группа: Проверенные
Сообщений: 116
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Дата: Среда, 23.01.2013, 13:24 | Сообщение # 34
ЯКОВ ЕСЕПКИН

К МРАМОРНЫМ СТОЛАМ АНТИОХИИ


Растительность меняет ипостась,
И ряженые грубыми руками
Крестьянку украшают, веселясь,
Корой дубовой, листьями с цветами,

И девственница сельская к ручью
Бежит, к благоухающей поляне,
Чтоб песнь могли хвалебную свою
Пропеть живому дереву крестьяне.

Безмолвствуя, на нивах и в садах
Обильный урожай дарят благие
Царицы, отражаются в водах
С кострами рядом девушки нагие.

Всей млечностью сверкают бедра их
Сквозь дымную вечернюю завесу,
Русалки волокут к реке одних
Топить, а мертвых тащит нежить к лесу.

Среди мохнатых рож лесовиков
Взирает божество иль гений дуба
На козни козлоногих мужиков,
Стремящих в поселянок злые губы.

Уж головы, как стонущий цветник,
В крови сухой садовника затылок,
К устам блажным, смеясь, сатир приник
Ртом горьким и похожим на обмылок.

Поверить чувство логикой конца
Нельзя, столь космополис этот узок,
Что кладезь бездны лавром близ лица
Возрос, чуть холодя угольник блузок.

Пугаясь, закрывая темный стыд,
Теперь и не приветствуя поблажки,
Красавицы смущают аонид,
Расплющив белорозовые ляжки.

В овине плодовитым будет скот,
И радовать начнет цветенье риса,
Блеск Троицы венчание влечет
И яблоко горит в руке Париса.

Гори, гори божественным огнем,
Земные освещай юдоли, блага
Сиянность эта праздничная, в нем
Таится наркотическая влага

Сандаловых деревьев, Елион
Дает огоню мускус и граната
Подземный аромат, и Аквилон
Сверкает где-то рядом, аромата

Нежнее и желанней вспомнить я
Теперь не стану браться, неги дивной
Забыть нельзя, колодная змея
Иль змей, невинной Еве и наивной

Свой искус предлагающий, они
Лишь жалкого плодовия вбирали
Гнилостную отраву кожей, мни
Себя хоть искусителем, едва ли

Возможно у Гекаты испросить
Нектарное томленье, вина, хлебы
Уже евхористические, пить
Нектар облагороженный из Гебы

Небесных кубков, яствия вкушать,
Преломленные тенями святыми,
Нет, это создается, чтоб решать
Могли певцы с царями золотыми

Вопросы и задачи, для мессий
Оставленные мертвыми богами,
Подвластные не времени, витий
И книжных фарисеев берегами,

Безбрежностью пугавшие, одне
Астарты исчислители иль школы
Какой-то авестийской жрицы, в сне
Пророческом великие глаголы,

Согласные и с кодом, и с ценой
Знамения таинственного, знанья
Частичного, увидеть могут, зной
Теперь лиет Зефир, упоминанья

О силах темных я б не допустил
В ином контексте, зноя благодатность
Навеяла сие, а Бог простил
Такую очевидную невнятность

Урочного письма, вино горит
Сейчас в любом офорте, в червной фреске,
Господь с учениками говорит,
Я слышу речь Его, на арабеске

Мистической является письма
Лазурного таинство, но шифровый
Еще неясен смысл, а сурема
Кровавая точится, паки новый

Теснят финифтью ангелы завет,
Серебряною патиной обрезы
Порфирные уравнивают, свет
Лиется Богоданный, паки тезы

Сознанье внять младое не спешит,
Окармленные кровию, но вера
Взрастает и привносится, вершит
Судьбу Христос-мессия, наша эра

Берет начало, ангелы блюдут
Дарованные альфы и омеги,
Апостолы на вечере восждут
Червленого вина и Слова неги,

И вот убойной кровию вино
Становится, а кровь опять лиется
В сосуд подвальный, буде решено,
Так бысть сему, о серебре виется

И царствует пусть Слово, исполать
Предавшему и славившему, вечно
Зиждительство такое, не пылать
И агнцам без реченности, конечно

Служение любое, но Ему
Служить мертвым и нищим положенно,
Елику мало крови, мы письму
Своей добавим, всякое блаженно

Деянье и томленье во Христе,
Нет мертвых и живых, конец началу
Тождествен, а на пурпурном листе
Серебро наше руится, лекалу

Порфировому равенствует мгла,
Прелитая в тезаурисы, темы
Не ведаем и слава тяжела,
И Господи не скажет ныне, где мы,

Куда глядеть сейчас и на кого,
Ведет к благим ли зеленям дорога,
Спасет живых ли это баловство,
Зачтется ль откровение, у Бога

Престольниц будем истинно стоять,
Молчанье дорогого наше стоит,
И в мире мы не тщились вопиять,
И там реченье пусть не беспокоит

Спасителя и Сына, велики
Хождения, скупа вершинность цели
Миражной, аще косные жалки,
Так мы сие, но прочие ужели

Честно возвысить ложию хотят
Себя, а руки алчные скрывают,
Вина ли им и хлебов, освятят
Другие кровь четверга, пировают

Другие пусть над хлебом и вином,
Еще я помню праздников томленье
Освеченных, каким волшебным сном
Забыться, чтоб обрящить устремленье

К звездам и небам, истинно молчать,
Не речь опять с бесовскими шутами,
Безмолвствовать, как в церковях кричать
Начнут иродных толпы, и перстами

Ссеребренными только на крови
Зиждить хотя и суетные ямбы,
А мало станет Господу любви,
Креста и терний, кровью дифирамбы

Пустые с Ледой вместе отчеркнуть,
Летицией иль Цинтией, невестой
Названной и успенной, окунуть
В бессмертность и финифти за Авестой

Навеки прежелтевшее перо,
Свести багрицей тусклые виньеты
Нисану бросить горнее тавро,
Венчать ему надежней мраком светы,

Чем нам дразнить рождественских гусей
И выспренности тщиться прекословить,
Довольно требы этой, не для сей
Живой и мертвой ратницы лиловить

Разорные муары, а вино,
Дадим еще уроки фарисейству
И скаредности, втуне снесено
В погреб опять и присно, святодейству

Обучены мы небом, геть, чермы,
Коль праздники еще для вас не скрыты,
Нести сюда начинье, от чумы
Беречься чурной будем, лазуриты

Пускай себе мелованно горят,
Звучания и эхо умножают,
Нас ангелы одесные узрят,
Недаром Богоимные стяжают

И глорию, и лавры, волшебства
Законы им астрийские знакомы,
Облечь языки мертвые, слова
Никчемные в порфировые громы

И молнии, в тезаурисный чад
Кадящийся они еще сумеют,
Напудрить их слегка и на парад
Небесный ли, гранатовый, сколь млеют

От выспренних созвучий бредники
Аидовские, полные проказы
И жабьих изумрудов, ввесть полки
Ямбические, пурпурные стразы

Прелив на колонтитулы, гуашь
С финифтью вычурною верх линеек
Огранных снарядив, таким не дашь
Забыться меж пульсирующих змеек

Летейских, во сребристых неводах,
Свечном ли обрамлении карминном,
С бессмертием бумага не в ладах,
Но есть иные области, о винном

Церковном аромате будем тлесть
Еще мы неоднажды, вспоминанья
Нас пленные не бросят, паки есть
Визитницы иные, где признанья

Теперь и вечно ждут невесты, лад
Оне внимают стройный и высокий,
Алкают не сиреневых рулад,
А песней наших траурных, стоокий

Хромовник не страшит их, не ему
Царевен обучать и мироволить,
Нас девы дожидаются, сему
Воспомниться, духовников неволить

Посмеет разве иродный плакун,
Черемная окарина, гарпия
Тартарская, за праздничный канун
Содвинем кубки разом, Еремия,

Дионис и сиречный Златоуст,
Нам некому сейчас зело перечить,
Сад Капреи отцвел, Елеон пуст,
Архангелы молчат, блажным ли речить,

Когда налились кровью словари,
Немеют посвященные, о чаде
Нечистые слагают попурри
Юродствующих, это ль в дивном саде

Останется для праздничных теней,
Мы Ирода еще представим деткам
Успенным и сукровицу сеней
Затеплим винной аурой, серветкам

Кровавым доверяйте, други, то
Серебро, с воском литое по смерти
Из белых наших амфор, их никто
Не выбиет, ни бражники, ни черти.

Добавлено (16.01.2013, 10:31)
---------------------------------------------
Яков Есепкин 

Оцветники Сеннаара

ОтпуститБоже черные грехи,
Заплачет над убитыми Георгий,
И кровь сию архангелы в мехи
Сольют и сохранят для темных оргий.

А что еще привратникам хранить,
Великие святыни источились,
Жемчужную путраментную нить
Востянуть за Аид и не потщились.

Есть ангельскому бдению предел,
Нельзя его минуть в земные сроки,
Уйдем скорее, Марио, от дел
Иль вспомним византийские уроки.

Не стоят мессы наши времена,
Что десным это мелкое коварство,
Мы кровию святили имена,
Чтоб прочились державие и царство.

Но тщетен героический пример,
Когда серебро с остиев лиется
И вычурные замки у химер
В плену, и див тристия чурно вьется.

Звучит еще пленительный мотив,
А музы нарицательными стали,
Нецарственный теперь инфенитив,
Мистерий уморительны детали.

И как бы новый Чосер превоспел
Терцийские левконии и астры,
Штиль готикский давно оторопел,
Вертятся вкруг какие-то пилястры.

Нельзя, увы, гекзаметры слагать,
Певцы ночные патиной оделись,
Божественный глагол изнемогать
Устал и флики нынче согляделись.

Скабрезно вышел бастровый графит,
Хватилось разве суего витийства,
Дает обеты веры неофит
И туне клясть кабалы византийства.

Смешно им потакать, смешно и речь,
Лишь можно избежать реминисценций,
Аромы экстатичные сберечь
В черемуховых сумраках каденций.

Точат весной строфические тьмы,
Крысиные певцам внимают ушки,
Диавольской басмовой тесемы
Достало на пошейные задушки.

Герои где -- в земле они сырой,
Выходят на панели даже вдовы,
Когда бессмертье гонят через строй
И меряют холстинные обновы.

Подтечные их складки тяжелы,
Жалки и подаянья даровые,
Но смертники содвинули столы
И мелом обвели багрец на вые.

Еще настанет время пировать,
Чудесные тогда преображенья
Отметим, суе венчики срывать
Чермам с пиитов, чтящих пораженья.

Иного быть не может, велики
На требницах славянских эшафоты,
Пускай хотя узрят духовники,
По ком точились красные киоты.

По ком рыдали серебром в миру
Венчанные изнеженные дивы,
Их слезы вечно сернистую мглу
Точить должны, где резвятся Годивы.

Там пышные летают в небесех
Горящие слепые махаоны,
Приветствуют блаженствующих сех,
Записанных церковными в рахмоны.

Летиция, я буду меж теней
Ущербных, ты легко меня узнаешь,
Серебра и порфировых огней
В адницах мало, их ли обминаешь.

Равенствовать сейчас одним царям
И будем, ждут пускай своих надежей
Успенные когорты, к алтарям
Бредя за неким аспидным вельможей.

Секрет великий мне открыл гонец
Стенающий и нет ему равенства,
Здесь храмом полагается венец,
А там смешны обманы духовенства.

Есть ад, адница, нет и чистеца
Возалканного, макового рая,
Обман такой алмазнее венца,
Неживы мы, одесно умирая.

Лишь адники вершат свой приговор,
За ними князь сапфировый играет
Судьбами – и окончен разговор,
Святой урочно втуне умирает.

Столпы александрийские теперь
Позорнее холопских распинаний,
И огненный еще троится зверь,
И время не пришло воспоминаний.

Нас вспомнят поименно, во холстах
Подставят наши лбы под поцелуи,
И пусть горят на ангельских перстах
Невинной крови стонущие струи.

Добавлено (23.01.2013, 13:24)
---------------------------------------------
Яков ЕСЕПКИН ТЕЗАУРИС ЦИНТИИ И СВАНА Девяносто третий фрагмент Открывайте шкатулки пустые,Мелы прячьте в седой малахит,Лижут черви титулы витыеИ путраментный грозен рахит. Ночи мил галилейский меловник,Со налистий ссыпается рис,Вепри снов объедают рифмовник,Жжет лимонную кисть кипарис. Венских риторов юная славаНе к рябому Каифе нежна,Скипетр ал и сребриста булаваАссирийского царствия сна. Фарисеи ли, дети заснули,Терны гасят Коринф и Ефес,Не асийскую вязь промокнулиСмертным шелком – фьеолы небес. Плюшем бледным оденутся ложи,Яды Тарса достигнут ушей, И в базиликах выбелят кожиМертвых жаб и летучих мышей.

Сообщение отредактировал Leda - Среда, 16.01.2013, 10:34
Генерал-лейтенант
Группа: Модераторы
Сообщений: 509
Награды: 8
Репутация: 8
Статус: Offline
Дата: Среда, 23.01.2013, 23:07 | Сообщение # 35
а вы правда думаете, что это кто-то читает? мне кажется, что после первых нескольких страниц эту тему мало кто открывает...
Подполковник
Группа: Проверенные
Сообщений: 116
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Дата: Среда, 27.02.2013, 07:42 | Сообщение # 36
Яков Есепкин «Музеумы аонид»

Добавлено (04.02.2013, 09:54)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Порфировые сильфиды

Добавлено (21.02.2013, 17:25)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Виньону Мы конусы огней соединитьПытались, но окончилисьмытарства,Сквозь тени бледноогненнаянитьСочится за Аид во славуцарства. Иль сочиво днесь Паркамоборвать,Гранатовую панну отревожить,Здесь царствие – так станемпировать,Начиние затравленное множить. Нам демоны сугатные хлебыИсщедно напасли, чтобвеселитьсяМогли черноизбранники судьбы,Пока в любого ангел невселится. Пеющих востречай, хмельнойАид,Веди в свое подземноесклепенье,Доколе ж Кателинам аонидИспытывать ангельскоетерпенье. Мы долго премолчали, таквспоемСейчас хотя загробные пенаты,Эмилия с Шарлоттою вдвоемПускай нас и влекут сквозьцветь-гранаты. И ты, скиталец сумрачныйМельмот,Я тень узнал твою, иль здесьты плачешь,Зерцальники в серебряный киотКладешь и слезы гнилостныепрячешь. А дале Босх загадочныймолчит,Над масляными краскамиколдует,И Майринк глину краснуюточит,На голема тлетворностию дует. Горят весной подсвечные снегаИ красят нощно, якожемчугами,Тяжелые двойные берега,Вовек они теперь пребудут снами. Терзанья равновечно тяжелы,Их дарствуя лишь ангеламвсесвятым,Мы высветим все темные углыВот этим присным снегомжелтоватым. Простишь ли ты, очнешься --исполатьВеличию, пронесенному мимо.С улыбкой ледяной воспоминатьО смерти и веснойнепозволимо. Потворствовать, возможно,есть одинРасчет, елику ты лгалавпервые,Топи ж в худом винеапрельский сплин,Спиртовки пусть гранят перстыо вые. И здесь, читатель милый,аонидНемолчный слыша лепет, ихвнимаяБлагое шелестенье, сам АидОт верхних коллонад (неподнимая Сей шелест выше), бастровыхвенцов,Червовых вензелей,архитектурныхИзлишеств явных, чурныхизразцов,Рельефных неких символовтекстурных, От знаков барельефногописьма,Известного Эжену иль Паоло,Барочных арок, вязкая тесьмаКаких еще порхающее соло Орфея, иже с Марсием, иныхПевцов небесноизбранныхглушила,От мрачной верхотуры неземныхСокрытий, чья визитницастрашила С Аваддоном летящих ангелков,Без времени, увы, падших сонебаОт маковки, унылостью вековЗамеченной (ее любила Геба Из горних анфилад гостямхмельнымПоказывать), от верха дотамбураВязничного, с нумером именнымДля грешника любого гдеканура Всегда к принятью выклятыхтенейИль прочих, Дантом вспетых иубогих,И в аднице великих, а за нейЖалких, готова, впрочем, онемногих Мы знаем, это кстати, арассказЛишь в тождестве логическомусмыслуВедя, продолжим, пару беглыхфразСказать о нижнем строе, поумыслу Четы царской, строителидолжныБыли когда-то мраморсреброкрошныйПустить фасадом, смертныевиныВплести вовнутрь, но Йорикскоморошный, Шут верный их, один из техчертей,Какие нам являются пороюС искусами пустыми, областейАдских жалкососланники, герою Опасные навряд ли, этот червьАиду помешал проект гламурныйУдачно завершить, ждала бывервьОтказника (он пылархитектурный Бригад мастеровитых умерялСвоею непотребною забавой,Кривлялся, прекословил,умирал,Короче, злонизменностьюлукавой Достиг-таки итога, мастераФатумные просчеты допустили,Свела фасад яркая мишура,А нужные виньеты упустили Тогда из вида, в адескоморох,Напомним, не юродивыйблаженный,Аид ему, как сказочный Горох,Колпачникам величественным),бренный Свой путь, однако, сам незавершилСмеятель, верви мертвым неугроза,Судьбу векопрестойности решилУрок банальный, смерти этапроза Не может ныне грешныхволновать,А Кора долго после уповалаНа случай, чтобы вновьобосноватьСоборище, торжественностьподвала И трауры его засим ввестиВ орнамент некой дивноюлепниной,Финифтью грузной сжечь ивоплестиВ наружные, сопрятанныеглиной Червонною фасадные углы,Сей замысел не зналосуществленья,Вкруг камор парфюмерные столыСейчас расположились,преломленья Огоней тусклых замков внутрьглядят,Расцветные стольницыокружают,Химерники не пьют и не ядят,Но лавры лицедейские стяжают, Меллируя терничные главыИль губы обводя немые меломКарминовым, рассчитанным,увы,На действие непрочное, уделом Таким, а экзерсисов меловых,Таинственных и грозныхпревращенийО гриме накладном средимертвыхУчесть нельзя, сподвигнутыучений Мистических магистры, ворожейЧеремных накопления, а с нимиИх спутников и каморных мужейЛетучие отряды, за сиими, Обычно управители ночныхКазнений и расправ следятурочно,Не будем иерархии свечныхКнязей лишать секретности,несрочно Теперь и это знанье, ни кчемуСейчас и описание адницы,Традиций бытования к умуЗемному доводить, смотри,червницы Свое иные ведьмы уж давноОставили и тешатся над нами,Елико до конца не сочтеноЧисло их и возможности заснами Дурными нам являться не ясныПредельно, молвить будемосторожней,Итак, напомнить время, якосныВ полон еще не взяли всех,надежней Поруки нет надмирной, аонидНемолчный слыша лепет, ихвнимаяБлагое шелестенье, сам Аид,Рефреном вторю, насквозьпронимая, Оно, их шелестение и речь,Какую бедным словом неозначить,Дают опять подсказку мне,сиречьПора, читатель трепетный,иначить Письма виньетный каверник и встройСуждений ввесть одну хотя бытезу,Яснить какую нечего, поройПрисутствие такое ко обрезу Обрезы чернокнижные стремитЕдиному и Герберт АврилакскийБыть мог бы солидарен с тем,томитНас знание большое, арелакский Всегда бывает к месту вольныйчин,И быть сему, немолчностиприветимТеченье, средоточие причин,Молчать велящих, благостнозаметим И, муз подсказку вечнуюблюдя,Умолкнем, не сказав иполуслова,Не сорван перст всевышний согвоздя,А речь ли недоимцамчасослова, А речь ли посвященным, ильмолчатьСим стоит благотворно исвободно,В тезаурисы бойную печатьПодставят ангелы и благородно Теперь не возалкают, горловыхДовольно течей, патины убудетСребристой о свечах, тогдаживыхМельмот ли, чернокниженникзабудет. Нагорные листая словари,Которые нам кровью слогисправят,Лишь я мог речь -- иди ипосмотри,Как точку огневую в жизниставят.

Добавлено (27.02.2013, 07:42)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Сакраменты из Вифании В зените мая пламенных каменЛегки рыданья, славя кровь Завета,Давай крестами выжжем темень вен,Окрасим багрецом святые лета. Ах, поздно этих князей веселить,Сплести ли приснотравеньские косы,Как вечности убийц не обелить,Сейчас хотя упьются кровососы. Елику неземные пламенаДля странников эльфических возбранны,Табличные сокроем именаИ далее пребудем недыханны. Горит, горит над лотосами высь,В дионисийской роскоши вечернийОлимп, а бездны змеями сплелись,Нам тирсом указуя шлях меж терний. Плывет корабль сиречных дураков,А плыть куда речитель не ответит,Его громада ниже облаков,Где солнце лессированное светит. Итак, вперед и с песней на устах,Пока нас крыша мира привечает,Морок вселенский в солнечных местахСветлей и требу эту ангел чает. Как звать его неважно, без венцовОн равно всех узнать сейчас не может,Одесней неименных зреть певцов,Каких еще тоска земная гложет. Что в имени, пустое ли сиеЗанятье находить глупцам котурны,Земле хранить положим остие,Мечты хотя останутся текстурны. Немногим было истинно речиДано, из них корабль теней составлен,У каждого в руках по две свечи,Заздравная и та, чей воск неплавлен. Сколь каждый превращения вкусилМистическую суть и обратился,Здесь всуе не растрачивают сил,Несть слов, какими свечный опус чтился. На вид я помню славный авангард,Вот Рильке исполинская фигура,Орфей его от адовых петардОбуглился и стал темней авгура. Прекрасные сады, не их ли петь,За мэтром Пруст с Камоэнсом на паруИдут и тщится Честертон успетьДоверить часослов иной муару. Там в фабулу добавился мышьяк,Готические стены тризнить вам бы,Над Грегором смеется маниак,Поют черемы бесам дифирамбы. А те зовут на помощь данаид,Кагоры золотые разливают,Безумных векопестуют юнид,Альковницам стонать повелевают. Крепленое у вечности вино,Аттические пей, пиит, нектары,Молчи, пока гудит веретеноИ райские свиваются цетрары. Меловы кифарийские углы,Серебро здесь обитое лелеютСановные и канторы, столыОт емин белорозных тяжелеют. Стрекозников опоенных следитМеж тиграми Баграт и бьет амфоры,Днесь барса Мцыри бедный победит,Эпистолы даст юнам и фарфоры. Левконии иль ирисы в садуБольном, сих руки Мирры и АгатыС любовью пестовали на видуРевнительных князей шестой палаты. Случайные мелькнули тени дивИ канули, а следом желтый морокРазвергнул, звездный абрис проследив,Центурий властелин и маг подкорок. Здесь плыли экстатические тьмы,Холодные безрукие мессирыВили из сеннаарской тесемыКартин верхонебесные лессиры. Мелькнул и новый лунный силуэт,Ужасный Теодор, служанку в страхеДержать любивший за руку, поэтМышиных краль о басмовой рубахе. Охот диких и Цахесу не снесть,Щелкунчик в тень чудную КрысоловаСошел, а, впрочем, тех ли перечесть,Кто явился за царичами Слова. В зерцалах ведем серебро теклось,Дразнили взор плоды дионисийства,Но все гнилою плотью облеклосьЛишь выпорхнули гении убийства. Когда сквозь бледность жертвенной сурьмыОгнем купельным ангелы светились,На звезды смерти раз взглянули мыИ в камни меловые превратились.

Сообщение отредактировал Leda - Понедельник, 28.01.2013, 18:33
Генерал-майор
Группа: Проверенные
Сообщений: 395
Награды: 4
Репутация: 5
Статус: Offline
Дата: Среда, 27.02.2013, 11:24 | Сообщение # 37
Оо....мужчина весьма странный, пишет какие-то космические баллады... плавающий смысл у них , ну ладно ,такова его манера... хотя не ясно ... мировая популярность??? я конечно не знаток новомодных писателей, но дай бог ему продвижения и всех благ, мне кажется.... Американцы вряд ли бы поняли о том что он пишет.

Все будет хорошо! :))
Подполковник
Группа: Проверенные
Сообщений: 116
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Дата: Вторник, 02.04.2013, 18:26 | Сообщение # 38
Яков Есепкин Звездный  мрамор   Мы вершниками Бога были там,Где сады желтеносные змеятся,Погибших выводя к святымпостам,Доднесь на нас века смотретьбоятся. Звездами их проткнули небеса,Под мертвым дуновением БореяМы вняли гробовые голоса,Червей нешелковичныхлицезрея. Огнистых подводили нам коней,Гермес тогда заравнивалдорогу,По конусам немеркнущих огнейСтезя любая жаловала к Богу. Элизиум пред нами отблистал,Истаял Апокалипсис вподсвечныхСнегах, но пуст виденийпьедестал,Сервируют столы для оргиймлечных. Враги теперь глумятся, ирыдванКонь блед влечет, разбитыколесницы,Истерзаны аравий и нирванПесками -- не дошли мы достолицы. Избрали кровь для горнегописьмаИ слушали лукавые диктовки,Пока не проточилась хохломаВ нея сквозь вседержавныепочтовки. А было тем наказано предать,Их ангелы не баловали глиной,Героям положенна благодатьИль казнь векоотравленноймелиной. Равно благодарение хмельнымОт крови евхорическойуродцам,Идут алмазы к ранам теменным,Тще гои нас таили поколодцам. В садах предвечных мук, где иГосподьНе властен, кто вкушал хурмугнилуюВосценит разве звезднуюсолодьИ нежных песнопений аллилуйю. Что аз -- побиты присныеполки,Лежат во прахе адскиеколонны,Хоругови заплетены в штыкиАрмейские, как тройныедраконы. И смерть не покоробитвремена,Пусть празднуют плебеипораженья,Мы выжжем пресвятые именаЗолой во тьме последнегосраженья. Началу положен конец иной,Овеивало нас великой славой,А днесь венец готовитсяземнойС дедовником, возрощеннымдержавой. Юродным боле нечего вплестиИ нечем винолепие разбавить,Обилуют Господние путиЛовушками, от коих неизбавить. Мы сумрак бледный видим поночамИ вежды пепелит огоньзнаменный,И ты не приближайся к симлучам --В них все еще пылает садистленный. Эдем ему названье иль ТартарСвое подарит имя вертограду,А то земные фурии нектарИз волковских шафранностей внаграду Алчбе своей бесовской захотятИспить и внове имяобозначить,Не важно, мертвых боле непрельстятЖелтушки подсаженные, иначить Сознанье наше нынче не вольныВедем остийных сборища немые,Темнить воображение, темныМы сами, трехходовки непрямые Смешат умы гроссмейстерские,ихУбогостью гоблинской несмущают,Зови играть еще колпаковских Сиречных рогоносцев, завещают Нам небы дать урокимастерстваЧеремницам и гоблинамсподручным,Доколь когорта чурная жива,Ее учить соречьямблагозвучным, Премудростям логической игрыНам должно, наущать сихневозможно,А ведают пускай свое норы,Обсиживают их, героев ложно, Всетщетно не хотят еще свестиВ погибель, аще даже и широкаСтезя такая, Господи прости,Дадим черемам два ли, триурока И боле их не вспомним, путьинойБлестит пред нами, патинойминдальнойСовитый, от юдоли неземнойВедет он выше, в тьмепирамидальной, Горимой и точащейся легко,Скрывая цветность яркуюпарящихО Боге теремах, но высокоГорение златое, настоящих Картин унылых масляный червецПока мы не избыли, хороводятПусть ангелы и эльфы, техстервецИ гоблинов сутулых, чьиизводят Жалкие силуэты бедных муз,Являя без конца свое финалыОбманные и ложные, союзТщедушия и подлости каналы Небесные способен перекрыть,Одесно духовидческихвельможейКамен избавить, дьявольскаяпрытьНесносна, а, поди, за желтойрожей Честных аристократовразгляди,Труждаются порою аонидыПремного даром, паки впередиБегут всегда одне кариатиды, Атлантов оттесняя, повторим,Пусть гоблинов с чермницамивзирают,Еще мы с ними рядом, не горимВозвестно, царичи ли умирают В чистилищах и адах, туне райПечалится, сюда, сюда вернемся,Вино Его прелием через крайСеребрянососудный, окунемся В бессмертие, но лепо желтизретьСейчас и лепо мертвымвеселитьсяСо ангелами, эльфами,смотретьНам весело и лепо, каквселиться Хотят в небесность гномы ижелтки,Как черем в перманентеотряжаютВперед, а те садов бередникиМинуть претщатся, иродоврожают, А то и славных деток, номертвых,Царевичам успеннымдарованных,Куда влечи прекрасных неживыхСтрекоз чудесных, бабочексорванных С черева гусеничного, одноМы деток, Богом даренных, небросим,Им рай преявим светлый и виноСеребряною кровию оросим, Хоть с эльфами подружатся, атеИх к ангелам сведут, а течервницыИные осветлят, где о листе,О плоде всяком рдеютсяденницы Эдемские, где чермы из углаГлядят, но явно желть не переходят,Останется душа моя светла,Смотри, огни райскиехороводят, Серебриться велят,превеселясьГлядеть на черемноеискушенье,Гнилой какой-то пудройосветлясь,Толкутся с гоблинами,подношенье Опять готовят, яблочко своеГнилостное румянят, наливаютОтравой, лож пустое остиеКрахмалят, суповницы остывают Зеленые и яствия точатАромат рядом, ждались нас,так будемРезвиться, пусть успенныхзаключатВ объятья напоследок, аизбудем И желтность их убогую, и хлебПод яблочною цедрою отравный,Чрез серебро уйдем червное,где бНе быть еще, убиет нас лишьравный.

Добавлено (16.03.2013, 17:49)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Канцоны Урании Зане зеленый лист -- древесный Лир,Смерть и его украсит багряницей,И не представишь ты, сколь наг и сирСмарагдовый шатер пред мглой столицей. Давай вернемся в сад, где тамарискГорит, где клюв над вишней золотоюКлонится, яко мрачный обелиск,Над тучною гниющей красотою. Давно во пламенеющей желчиОн суремы кровавые лелеял,Отрокам виноградные ключиБерег и небоцарствиями веял. Смертельное убитых ли манит,А жертвенники залиты огонем,Со Лиром бедный Йорик знаменит,Мы платья шутовские их не тронем. Елику царей предавшим хвалаЗвучит и ненавистна эта мрачность,Глорийные, прощайте, зеркала,Сребрите мертвых панночек невзрачность. Стол пуст и прибран, вместо яств, двоясь,Зрят в каверы заброшенные оды,Слогов каллиграфическая вязьОжгла размеры сих огнем свободы. Но все ж не плачь, иначе не моглоИ быть, когда в лучах закатных морокТебе одной тяжелое теплоПоднес на тьме сиреневых подпорок. Итак, смелей в сиреневую тьму,Давно сиречных там не ожидают,Свою взвивайте, Парки, тесему,Пусть басмовые ангелы рыдают. Не стоит мессы плакальщиц чреда,Им тайну эту чурную открою,Тех панночек встомила не среда,Оне четверги сватают герою. В четверг, ясню, день иродных судов,Свечу задуть, слезинкою ребенкаПрелить бокал иль чашу, либо вдовРастлить еще иль милого котенка Обидеть, чтоб засим уже в раюПронзил он вас, как ангел светозарнымКопьем Господним скользкую змеюНадменно поражает, за нектарным Питьем пронзил у цинковых стольницЗамученным своим кошмарным криком,Иль рамена кровавием терницС висков олить пред патиновым ликом Губителя, Аваддо и врагаНевинников, любое мисьонерствоУжасное свершить – дня четвергаВернее нет под это изуверство. И вторю, туне ангелам рыдать,Сколь дивы не чураются обмана,Одесно по заслугам им воздать,Не Вия звать, хотя Левиафана. Свидетель казней родственных водойДалече тот, несите-ка зерцалы,Пусть виждят под серебряной слюдойСвое зверообразные оскалы. А, впрочем, сих ли тварей отразитБогемское стекло об амальгаме,Еще одна мне, Фаустус, грозит,Но слух мой песнь внимает в адском гаме, Орут себе пускай, идем, идемТуда, где нега камерной музыкиТеперь лиется с питерским дождем,Где были мы поистине велики. Скорее вспомнить фуги и хоры,Чем узреть воскресение земное,Не внимем средоточие игры,Свершится прорицательство иное. Тольони встретит пышущий Орфей,Рудольфа не оплачет Мариинский,Хотя белопомаженных нимфейЗрит в снах цветочный баловеньСтравинский. Галерка не приучена рыдать,В антрактах фиолетовые куфлиУрочествует юнам соглядатьИ кушать чернорозовые трюфли. Сибелиуса фа, еще бемольВспарят и въяве ангел не заплачет,Поидем, в замке радклифовском стольБарочная ее крюшоны прячет. Фаянсы, злато, к нощному столуПрисядь, а мастью станут нынче трефы,Демоны в пятом грезятся углу,Пусть бьются о витые барельефы. Воспомнишь искус ли, остановитьМгновение захочешь, вин добавим,Начнемся моль сумрачную ловить,Пылающих валькирий озабавим. Кровь сребрится в листах, не цветь чернил,Кто мало жил, за то и поплатился,Тот бледный образ в сердце я хранил,Он с ним пылал, с ним в уголь превратился.

Добавлено (24.03.2013, 13:17)
---------------------------------------------
Яков Есепкин МОЛЧАНИЕ Из цикла «Тристии»  I Был знак ниспослан свыше, и тогдаВсех страждущих и алчущих любовиВ небесные собрали городаИ отличали их по темной крови. Попала в Ершалаим неземнойИ тень твоя, вознесшись из Сорбонны.Не долетели ангелы за мной,Разбились о ростральные колонны. И вот, смотри, попадали оне,Как огненные венчики со вишен,В призорном источилися огне,Чу, шелест уст проткнутых еле слышен. Но что всезлатоусты говорят,О нашем ли успении рыдают,Ах, туне, туне церкови горят,Взнесенных здесь убийцы соглядают. Хотели тихо Господу служитьИ кровию Его сребрить потиры,Но аще боле некому изжитьДемонов, пусть витийствуют Зефиры. Пускай они летают в темноте,Алкают нашей крови черноцветной,Пусть братия и сестры во ХристеБолеют разве немостью ответной. Почто князь тьмы потщился на блажных,Шеломы как юродивые снимут,Всё скажут рты калечные за них,А сраму эти риторы не имут. Всяк мученик пристрастный судия,Нас так оговорить и не решились,Лишь вытечет сквозь губы кровь сия,Немые и поймут -- кого лишились.  II Одну задачу помни, Теодор,Легка она всегда для исполненья,Тому, кто бытия урок на вздорИллюзий легковесных и сомненья Пустого не спешил тотчас менять,Мечтаньями полночными не грезил,Курениям бесовским смел не внятьС другими вместе, в свете не лебезил Пред сильными для выгоды любой,Глупцов учить величию не тщился,Был честен перед Богом и собой,У неба молчаливости учился, Умел измену другов пережитьДостойно, им суетски не ответить,Опять хотел зиждительно служить,Стремился боль попрания заметить, Могу пространно я такой учетВести еще на память, чтобы множитьДостоинств, не отнесенных в почетАрхивов наркотических, итожить Лишь их, читай, достоинств, чинный ряд,Их перечень и свиток, но довольноКо слову упомянутых подряд,Могущих объяснить краеугольно, О чем была каренинская речь,Какую вспомнил важную задачу,Рассказчика желая уберечь,Я слог свой непростительно иначу. Одно прибавить следует к семуУнылому тиражу, но молчаньеЗдесь вряд ли и уместно, потомуРеку: суетной жизни обещанье Не стоит выдавать за приговор,Бежать вослед младому БиндемануК мосту иль на сияющий ФаворГлядеть с улыбкой праздною, туману Словесному отдав честную дань,Водою казнь, славление водоюМирского велеречья иорданьЛетейская ссеребрит и слюдою Холодною затянет, ничегоДля взора не оставив и, добавлю,Я знаю это, более тогоЯ тождество кривое не исправлю. Засим, бытийный знак не приговор,Не адская ловушка, но подсказка,Символ высокий, если разговорТемнее в сути, музовская связка Найдет всегда возможность упроститьЧастицы речи темной и предлоги,Мирволя ей, въедино совместитьВозьмемся мы разрозненные слоги, Одно еще добавив, как печать,Внимая знаков фатумных обильность,Нельзя судьбу иллюзией венчать,Смотря на даровую ювенильность Из радклифовских замков, у химерСедых беря софистики уроки,Свечной эзотеричности примерЯвляя в поздневременные сроки. Когда с тобой останемся тверды,На панн сладкую ложь не отзовемся,Быть может, экстатической бедыИзбегнем, сиречь тще не надорвемся. Задача эта благостней иных,Юродивым юродивых тиранить,А хватит нам и кадишей земных,К чему сердца безумствиями ранить. Терзаются пускай они себе,Лиют свое искусственные слезы,На ярмарках тщеславия в гульбеЛабазникам хмельные дарят грезы, Их ирис королевский не спасет,Отметины злословья не сопрячет,Ритор блажное «а» произнесет --Мгновенно фря блеющая заплачет. Жалеть картинных ведем нам поройИх кукольник велел с чурным куражем,Перманент сих мизинцем ткни сырой,Крушня за тем всбелеет макияжем.

Добавлено (02.04.2013, 18:26)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Антикварные пировые Вифании  Пространство, ниспадающее к Летам,Шагренью зацветает колдовской,Пугая небодержцев, по приметамЗиждится на хаоснице покой. Иголок стог, спрессованный теплаЯнтарным утюгом, цветы и осы,И клеверная готика селаГорят, багря небесные откосы. Горит сие вольготно, а и мыНедавно хорошо еще горели,Свои жизнеприходные псалмыПеяли ангелочкам, в акварели Рельефные порфировая мглаСливалась, паки розовое маслоТекло на те образницы, иглаСтрибога колченогого (не гасло Тогда светило вечное, в нощиПылалось, денно благость расточало,Сейчас квадриги эти не ищи,Мой спутник, светодарное начало Приблизилось к ущербному виткуИ Ра уже не помнит колесницы,О том великолепии рекуЕдва не машинально, чаровницы Альфические голову кружат,Кому б они ее не закружили,Пути неклеверные прележатДалече, звездочеты ворожили Нам ранее хожденческий удел,Поэтому благое приближеньеК фернальному источнику, от делБожественных далекому, круженье Оправдывает, впрочем, утаимРеченье потаенное и думы,Пока о тех образницах стоим,А прочие алкают нас) из сумы Небесной возникала иль инойПригодный к рисовательству источник,Пейзаж цветился краской неземной,Менялись боги славские, цветочник Винценту нагонявший вороньяСкопища лепотой своей манящей,Франсиско, Босха зревший, остияЧурные простирал и настоящей Временности дарил полет цветов,Задача живописцев упрощалась,Любой натюрморт вечности готовСлужить был, мертвой ауры вмещалась Колонница в бумажной ободок,В папирусы и глину, в мрамор бледный,Герой, сюда он больше не ездок,Москвы чопорной взор и разум бедный Любил здесь утешать, поздней другихРевнителей высокого искусстваИ балов парвеню за дорогихГостей держали музы, трепет чувства Столь дивным быть умеет, что поройПлоды классификации превратны,Тогда бессмертье красочной игройХудожник подменяет, многократны Примеры искушений таковых,Уж лучше свято веровать в обманностьСловесности, амфор музыковых,Таящих в неге звучности лишь странность, Какую верить алгеброй прямойНельзя никак, ацтеки иль шумерыСкорей дадут гармонии седьмойБетховенской симфоньи, где размеры Верховною блистают красотойИ грозностью небесной вдохновляют,Разгадку музоведам, запятойОт смерти жизнь фривольно отделяют Камен миссионеры, о холстах,Скульптуре, изысках архитектурныхИ вовсе говорить смешно, в местахНадмирных, скажем проще, верхотурных Считают их условною средой,Обиделся б немало Иероним,С ним иже, но коварною рудойПолнятся арсеналы, а синоним Творенья чаще ложности посылЯвляет, сокровенности барьерыЛегко берут демоны, Азраил,Чурные Азазели и химеры, Ну кто не любит мучить молодыхНаперсников созвучий и палитры,Игры азартной баловней седых,Даруют им черемники и митры Престольные (понтифики, расчетВедите новых эр католицизма),И царские тиары, не сечетГлавы повинной меч, но классицизма, Барочности иль готики сыновДостойных, чтобы узреть своевольство,Готовы много дать сии, не новТакой сценарий творчества, довольство Предложено когда, духовникиЭфирных аонид и замечаютПо прихоти, бывает, высокиМишени, их со звездами вращают Чермы и тролли, демоны одне,Сколь ангелы оплаканные тунеИскать влачатся в призрачном огнеТоварищей успенных, а коммуне Художнической низкий экземплярКакого-то лихого фарисействаНаследовать приходится, малярАдничный мог бы этого лицейства Бежать вернее, цели в небесахТеперь герои редко поражают,Ищи огонь у музы на весах,Пожарище осталось, ублажают Черемный слух творителей чреды,Тем легкости одной необычайнойЛишь мало будет, прочие средыБезмолвствуют, высотности случайной Им огонь параллелен, впрочем, путБесовских отстраниться удавалосьЧестным, сейчас искусственный диспутУместен ли, елику не сбывалось В истории центурий роковыхИное прорицательство, коль словаПорой терялась магия, живыхНе спросим, а мертвым сия полова Зиждительных горений тяжела,Обманов цену знают неботворцы,Так бысть сему – с черемного столаВозьмем себе под эти разговорцы Червенной водки, аще до адницЗайти пришлось, а, может быть, придется,Обманем хоть иродских черемницИ тождество мирское соблюдется, Нам ложию сквернили бытие,Платили им за чурное коварство,В ответ порфирокнижия своеВосполним искаженьями, а царство Нецветное простит сиречный грех,Зерцала сем равно минуть возбранно,Пусть виждят из серебряных прорех,Как тени наши царствуют сохранно, Берут вино и водку от стольниц,Альковные миражи забывают,Меж белых осиянных чаровницСидят, еще одесно пировают, Полнощно свечи бархатные тлят,А гоблинов и черем искаженныхВиденья души слабые целят,Когорты юродивых и блаженных Влекутся вдоль некропольских полей,Разбитые, жалкие, в прахе млечном,Чем далее, тем паче тяжелей,Не смея лживо царевать на вечном Пути, определенном для ночныхПевцов, какой любили звездочетыСребрить мездрою конусов свечных,Ведя свои астрийские расчеты.

Генерал-лейтенант
Группа: Проверенные
Сообщений: 639
Награды: 5
Репутация: 0
Статус: Offline
Дата: Среда, 03.04.2013, 06:46 | Сообщение # 39
Цитата (Chibis)
а вы правда думаете, что это кто-то читает? мне кажется, что после первых нескольких страниц эту тему мало кто открывает..
Да есть , конечно любители этого поэта. Ведь у всех разные вкусы. Как говорится на цвет и вкус товарища нет.
Цитата (marashcka)
Оо....мужчина весьма странный, пишет какие-то космические баллады..
Все мы со своими тараканами в голове)))
Подполковник
Группа: Проверенные
Сообщений: 116
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Дата: Вторник, 27.08.2013, 17:51 | Сообщение # 40
Яков Есепкин К Перголези Не царствие приидет, но юдоль,А милости иной мы и не ждали,Во честь любви одной точащу сольВсю изольем, по нам уж отрыдали. Тебя здесь примечал безбожный тать,В меня влюблялись мертвые царевны.Нас будут благострастно почитать,Елику стоны смертные напевны. Литургии святые отзвучат,Сомкнутся озолоченные губы,И Господе удивится: молчатЗемные и архангельские трубы. Классический октябрь не перейти,Сколь немы окарины и цевницы,Пусть хмель прекрасит червные путиКо остиям гранатовой царицы. Иные где – избыт земной удел,Теперь туда преложные дороги,Но будет о печальном, разгляделНас ангел милый, боги наши, боги, Любил так речь, с поправкою – мои(О Богах), бедный гений романтизма,Писания чудесные своиС канонами сверяя артистизма, Пленительный, им дарованный мирБлистает и магическою сеньюПрельщает книгочеев, а кумир,Узнав пути к душевному спасенью, Быть может, с ангелками от небесШафрановых клонится и нисанаЗемного негу пьет, какой там бесМешать ему посмеет, выше сана Честного сочинителя трудов,Берущих за примеры архивистокСиреневые томы и плодовРаздумий духовидческих (вот исток Правдивой беспристрастности) златойИ щедрый урожай, почетней чинаТакого нет, мы вторим, и в святойПарафии небесной, а причина Всеместного наличия дурныхПо вкусу и искусству исполненьяХудожественных опусов иныхОценок ждет, пустые сочиненья Восходят сорняками, Генрих мой,Всегда лишь на невежественной ниве,Их легче сбрызнуть ядом, черемойБесовской потравить, одно к оливе Эллинской будут взоры тех витий,Злокнижников, латентных фарисеевСтремится, даже пение литийИх вряд ли остановит, элисеев Повсюду сим являются поляИ проще в небоцарствие верблюдаОбманом завести, чем короляБезумного и голого от блуда, Точней, от словоблудия в нарядРеальности одеть, наш карбонарийЛогический взорвет с усмешкой рядИ выведет на сцену вечных парий, Каких театр истории не зналИ знать не хочет зритель искушенный,Мессий таких ленивый не пиналИкающий Зоил умалишенный, В превратном смысле музы ученикИ будет длить процесс, еще миражиТворя беспечно, фрейдовский сонникЛистая иль чудесные тиражи Кудесников словесных, аонидТождественных искусств других любимцев,От коих экстатический флюидВеками излиется, лихоимцев Таких, а все равны как на подбор,Уж лучше минуть, общества гражданствоДосель не просвещенное, уборКогда-нибудь увидит, вольтерьянство Плебейское в письме их различит,Козлиные пергаменты преявитИ Левия Матвея разлучитС паркером современным, пусть забавит Лжецов себе подобных, пусть еще,Свое макулатурные тарусыНа свет влачит, не дышит горячоВ затылок царский, благостные русы Тому примеров мало знали, счетВести их смысла нет, лжецов оставим,Черма с метлой ли гоев совлечетИродствующих туне, не преставим Одно сии несносные труды,Хранят пускай бессмысленность размера,Притворников нежизненных чредыВкруг замкового вьются землемера, А мы вперед пойдемся, ангелок,Смотри, уж эльфа темного с собоюЗовет и нам грезеточный мелокПо истинности дарует, судьбою Елико можно в небе управлять,Сейчас хотя заявим интересыК неспешной гастрономии, стрелятьСколь поздно мертвых, юные повесы Опять сойдутся, пиры и музыкПриветствуя; сказать еще, убийстваЕсть две полярных степени, языкНемеет от чурного византийства, Когда раздел возможно провестиИ ясную границу обозначитьЯвления такого, но путиК парафиям свели нас, где иначить Нельзя ужасной истины канву,А сущность допущения простая,Понятная не сердцу, но уму,Помиловать, казнить ли, запятая От смерти низкой жизни отделит,Случается, а выбор не случаенВарьанта рокового, исцелитБолящего летальность, миром чаен Гамбит каифский с тезою одной,Иль нас убьет высокое, объемноЗдесь поле трактований, за ценойСтоять не любят фурии, скоромно Хрустящие на балах сатаныКостями, присно хмельные от кровиИспитой, черепами их виныОпять же не измерить, но церкови Черем таких анафемно клянут,Пускай оне мелируются, кожиЛягушачьи сжигают, к царям льнутКвакухами жалкими, нощно рожи Их равно выдают, горят онеМелированной чернью богомерзкой,Термитники сиих в кошмарном снеПугают всех фасадой изуверской, Такие лишь исполнить приговорИ могут валькирийский, бестиарийСветится полунощный, гам и орУказывает: царичей иль парий Удел теперь мистический решен,Их жалостью камены убивали,А ныне празднопевец не смешон,Зане его в аду соборовали И дали окончательный вердикт,Нисколько не зависящий от мерыСвершенных им деяний, БенедиктИль Павел Иоанн мои примеры, Случись беседа, благо подтвердит,Но это есть высокое убийство,По милости вершимое, следитЗа каждым ангел смерти, кесарийство, Духовничества тога, мировойПриметы гениальности бессильныСпасти приговоренного, живойМертвее он еще, хотя умильны Убийства исполнители в своихДостойных поругания хламидах,Напялятся – и ну, ищи-ка ихО ангелах и нежных аонидах, Когда оскал гримасы бесовскойЛичины благочестия скрывают,Но есть иные области, мирскойТам злости нет, сюда не уповают Добраться эти ведьмы, потомуСпешат исполнить князя указаньеБыстрей и жадно тянутся к письмуЗаветному, и чинное вязанье Грассирующих Парок не терпят,А казни исполняют, есть втораяУбийства категория, не спятИзгнанники потерянного рая И в случае указки – чур его,Торопятся без смысла и значеньяНас низменностью, боле ничегоНе нужно, поразить, средоточенья Приказчиков и верных их псарейМы зрели на пути своем надмирномИ виждели замученных царей,Тех челядей в горении эфирном, Отдельно турмы бесов и ведем,Позднее ли ославим сих когорту,Нас ждет сейчас божественный Эдем,Исцвесть дадим червеющему сорту. Но головы лядащим не сносить,Взыграют на костях иерихоны,Как станут безнадежно голоситьНемые, сняв о Боге балахоны.

Добавлено (26.04.2013, 07:56)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Барокко андеграунда Во льдах сердец, в сих глыбах плитняковНе высечь и во имя искупленьяСокрытые склепеньями вековСвятые искры вечного моленья. Гранил их серный дождь, летейский валОнизывал свечением узорным,О тех воспоминать, кто забывал,Чтоб все могли пред огнищем тлетворным. Бездушные теперь гробовщики,Глазетом ли украсить наши гробы,Хоть розовые паки лепесткиИдут ко винам августовской пробы. Нам отдали цветы свой аромат,Как грянем в барбарийские кимвалы,О Боге всплачет горестный сармат,Эллин узрит иродные подвалы. Тем ядрица багряная мила,Пусть пирствуют алкающие манны,Содвинем тени кубков у столаИ бысть нам, потому благоуханны. Тлеением и оспой гробовойДелятся не вошедшие в обитель,Кто в колокол ударил вечевой --Окровавленный Фауста губитель. Распишет вечность древние мурыСкрижалями и зеленью иною,И челядь разожжет золой костры,А вретища заблещут белизною. Горенье это высь нам не простит,Искрясь темно в струях кровеобильных,От мертвого огня и возлетитВ бессмертие зола камней могильных. Тогда преобразимся и легкоВсех проклятых узнаем и убитых,С валькирьями летавших высоко,Архангелов, задушками совитых, Из басмовых адниц по именамВеками окликавших, ТриумфальныхИм дарованных арок временамКровительство раздавших, буцефальных Влачителей своих у ЛорелейОставивших в табунах кентаврийскихДля красного купания, полейНе зревших елисейских, лигурийских Не внявших арф высокую игру,Бежавших от Иосифа КаифыВ Кесарию Стратонову, в мируВенчавших тернием славские мифы, Иосифа Великого одноКарающей десницы не бежавших,Эпохи четверговое виноДопивших и осадок расплескавших Серебряный по битым остиямСосудов, из которых пить возбранно,Украсивших собой гнилостных ямОпадины, зиять благоуханно И там не оставляя, огнем веждКогорты себастийские и турмыИтурейские пирровых надеждЛишивших, всевоительные сурмы На выцветшие рубища прелив,Замеривая ржавые кирасы,Страшивших костяками под оливШафрановою сенью, на атласы Победные уставивших амфорХмельное средоточье, фарисеев,Алкавших кровь и вина, пьяный орВзносивших до лазурных Элисеев И жаждущих не мирности, но треб,Не веры миротворной, а глумленья,Их жалуя крестом разорный хлеб,Лишь кровию его для искупленья Порочности смягчая, не коряОтступников и другов кириафских,Алмазами чумные прахоряБесовских содержанок, иже савских Обманутых царевен, от ведемТеперь не отличимых, во иродствеРядивших, тени оных на ЭдемВести хотевших, в дивном благородстве Не помнящих губителей своих,Уродиц и юродников простивших,Чересел и растленных лядвий ихВ соитии веселом опустивших Картину чуровую, жалкий бредОтвязных этих черм и рогоносцевНе слышавших и звавших на обедФамильный, где однех милоголосцев Дородственных, любимых сердцем душСобрание молчалось, разуменьеНесловное являя, грузных тушБлядей не уличавших, а затменье Головок божевольных их, козловПриставленных напарно возлиянийНе видевших урочно, часословСемейный от морительных блеяний Всего лишь берегущих, за альбомИменной векопестованной славыСудьбою расплатившихся, в любомПозоре отмечающих булавы И шкипетра сиятельную тень,Взалкавших из холопской деспотии,Блажным очехладительную сеньДаривших и утешные литии, Хитона голубого лазуритПризнавших и убойность разворота,О коем чайка мертвая парит,Бредущему чрез Сузские ворота Осанну певших, честью и клеймомПлативших десно скаредности рабской,Визитным означавшихся письмом,Духовников от конницы арабской Спасавших, смертоимное копьеПонтийскому Пилату милосердноС оливою подавших, на цевьеВинтовия их смерти безусердно И тихо опиравшихся, в очахВсех падших серафимов отраженных,Удушенных при черемных свечах,Сеннаарскою оспой прокаженных, Еще для Фрид махровые платкиХранящих, вертограды ЕлионскойГоры прешедших чрез бередники,Свободных обреченности сионской, Но мудрости холодного умаНе тративших и в варварских музеяхТрезвевших, на гербовные томаВзирающих теперь о колизеях Господних, сих бессонную чреду,Злопроклятых, невинно убиенныхУзнаем и некрылую ордуПревиждим душегубцев потаенных, Содвигнутых на тление, к святымВысокого и низкого сословьяЛетят оне по шлейфам золотым,А, впрочем, и довольно многословья. Офелия, взгляни на ведем тех,Встречались хоть они тебе когда-то,Грезеточных бежались их утех,А всё не убежали, дело свято, Под ним когда струится кровь одна,Лазурной крови нашей перепилиЧеремницы, но прочего винаДля них не существует, или-или, Сих выбор скуден присно, потомуИ сами распознать угрозы темнойВ серебре не сумели, по умуИх бедному не числили заемной, Точней, неясной крепости сиихУдушливых объятий, а позднее,Узнав природу чаяний мирских,Обманов ли, предательств, холоднее Каких нельзя еще вообразить,Прочения, зиждимого во аде,Убийственную сущность исказитьУже не были в силах, чтоб награде Кружевниц тьмы достойной передать,Соадский уголок им обиходить,Забыть козлищ пергамент, благодатьЛиется аще к нам, но хороводить Оне серьезно, видимо, взялись,Упившись кровью агнецев закланных,Досель, смотри, вконец не извелисьБесовок табуны чертожеланных, Пиют себе пускай, близнится час,Как их мерзкообразные хламидыСпадутся сами, движемся под плясИ оры буйных фурий, аониды Простят нам беглость почерков, химерКартонных экстазийные ужимыУмерят и смирят, и на манерМузык небесных, гением движимы Сибелиуса, Брамса ли, Гуно,Волшебного Моцарта, Перголези,Неважно, отыграют нам равноКантабиле иль реквием, а рези, Оставшиеся в небе от черем,Запекшиеся в пурпуре собойном,Сведут могильной краскою, чтоб темБарельефную точку на разбойном Пути явить наглядно, и цемент,Крушицу мраморную либо глинуВнедрят, как экстатический фермент,В иную адоносную целину, Где место и убежище найдутПрегнилостные гусеницы сноваИ патинами сады обведут,Где каждой будет адская обнова Примериваться, Фриде во урокПлатки грудные будут раздаваться,Тому положен промысел и срок –Без времени чермам собороваться. Без времени их адские столпыАидам в назидание алеятьКримозно станут, гойские толпыКося, чтоб звезды розовые сеять.

Добавлено (21.05.2013, 20:27)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Gloria агнцу Кто в свитках мглы сумел Завет прочестьБлажен и чист пребудет до успенья,Скрижали мы не узрели, как естьВнимаем пресвятые песнопенья. Сей благовест зачем, почто в устахЗвучат они, синеющих от скверны,Лишь стража тьмы на яхонтах-постах,Ея дозоры тяжки и безмерны. Литании всенощные звучатИ ангелы надежды воскрешают,Елику распинать нас повлачат,Хотя пускай сыночков не решают. А станем алебастровые мглыИстачивать капрейскою желтицей,Кровавые серветки на столыЛеглись – потчуйте водкою с корицей. Не служкам иродивым царичейГубить, сиим неможно верховодить,Еще мы воскурим от их свечей,Еще сугатно будем хороводить. Хотели изгубити, да тщетна И цель, с какой услужники хитрятся,Очнемся от морительного сна,О ворах наши терни загорятся. Иль смерть не отделить от жития,О Господе темниться невозможно,Как царственные вскинем остия,Царь-колокол звонить начинет ложно. Гнилые эти пажити пройдя,Не явятся пророки в наши пади,Всевышний перст не сорван со гвоздя,Сошли с крестов растлители и бляди. Дневных красавиц прорва ли, чредаВ сны рядится, цветочны водолазки,Но мертвая стеклась плакун-водаВ их змейками украшенные глазки. Как этих черемниц нам не узнать,Жизнь бренную едва до серединыУспели мы преминуть и шмонатьВсех гоблины какие-то, сурдины В кустовье заведя и раскаливЖелтушною их мрачностью, началиЕще пред средоточием олив,Гранатовых деревьев, где звучали Высокие иные голоса,Внимая прокураторские речи,Грозовые вскипали небесаИ масляные розовые течи Мешались ароматами земныхЦветов и неземного благолепьяНам запахов неведомых, свечныхИзвивов красно таяли осклепья, Картины инфернальные троя,Лес дивный страшен был и нереален,А нашего земного бытияУродливые тени царских спален, Тщедушные кикиморы, чермыС Ягой своей, русалки, ведем жалкихСкопленья, козлоногие гурмыСатиров пьяноватых, леших валких С колодницами юными роя,Всепрочей мерзкой нежити армадыСтоль яростно алкали, что сияГремучая когорта наши сады Овеяла дыханием своимТлетворным, зло усеяв древо жизни,Глумиться начала, так мало имСлучается и крови, сих не тризни, Читатель мой, хотя в кошмарном сне,Чтоб тешиться над нежитью лукавой,Пред рожами смеяться о лунеТомительной и полной, над оравой Взыскующей иметь прямую власть,Особый нужен дар, такую кастуСмирить бывает сложно, легче пасть,Но, следуя теперь Екклесиасту, Заметим, обстоятельства поройТолкуются превратно, в круге датскомНеладное, а пир идет горой,Принцессы в черном серебре мулатском Танцуют весело, еще ядят,Подобятся черемам, воздыхаютУтешно о царевичах, сидятВкруг свеч затем, в нощи не утихают Их шепоты, гадания флеорВиется под каморными венцами,А рядышком казнит гнусавый хорМолчаньем царский вызов, образцами Беспечности подобной фолиантЛюбой пестрит огранки чернокнижной,Случается, ведемы без пуантИзысканных летают верх содвижной Реальности, свое не упустятОне, молчанье странное преложатВ урочности, принцессам не простятИх вольностей, а суремы возложат, Румяна, перманенты и мелкиЧервонные, басмовые, желтыеНа чертей гномовидных, высокиСтановятся тогда и злопустые, Иначе, пустотелые стадаУжасных рогоносцев, значит, болеТаиться нет резона им, чредаЗавийская табунится на воле, Гасит свечей курящуюся тьму,Берет к себе приглянувшихся девиц,А царичи сквозь эту кутерьмуНе виждят в червоне сереброгневиц,

Сопутствующих гоблинов, тенейВсегда нечистых туне и голодныхВ лжепраздностни, от пляшущих огнейБерущих силы новой, греховодных, Достойных гномов пигалиц, в золеИль гущице кофейной при гаданьеКто зрел их чуровое дефиле,Вторить и не захочет согладянье Бесовских юродивиц, тем уделПоложен вековой, и мы напрасноИх вспомнили ужимки, много делОт праздности случается, прекрасно Мгновенье встречи нашей с милых див,Любивших нас, тенями золотыми,Черемниц вспоминаньем усладив,Сошлем сиих обратно, за пустыми Стольницами зачем теперь сидеть,О случае мы трижды говорили,Так будемся на суженых глядеть,А черемам, которым отворили В бессмертие врата, еще дадим,Бубонная чума возьми их прахи,Свет узреть раз, елико уследимКак держат сучек псари-вертопрахи. Мы кофе с лепестками черных розЛюбили и готические дивы,Теряя главы змейные, стрекозВлекли к себе, тая аперитивы От глаз седых кровавых королей,Мышей их, моли ветхой и альковницСтенающих убожно, чем алейТрапеза, тем опасней яд маковниц. Во кубки наши слезы пролились,Их вынесут невинно убиенным,И ты в иных уж безднах помолисьКурящимся образницам истленным.

Добавлено (31.05.2013, 19:11)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Антикварные пировые Вифании Калька Взвиваясь над назойливой толпой,Стандарт сбывает крашенный Меркурий,И дракул заражают красотойФигуры пустотелых дев и фурий. Заверченные в глянец до плечей,Сиреневою матовой прокладкойОбжатые, глядят, и нет прочнейУз ситцев кружевных изнанки гладкой. В зерцалах бельеносных тьмы скелетОт пола источается, лелеяГофриры лядвий меловых, паркетСкользит крахмально с пудрами келея. Венеция – обманутых юдоль,А мы зане храним ее зерцала,Чтоб вечная танцующая мольНад арфой эолийскою порхала. Фламандских гобеленов, севрских ваз,Реликвий в антикварных анфиладахПорой дороже тусклый проблеск глазИконниц в бледногребневых окладах. Проспект краснофигурный под орломДвуглавым днесь мерцает бронзой русской,Но каждый терракотовый разломГорит надгробной желтию этрусской. И зрит кроваворотый каннибал,Коробкой со скелетами играя,Кто в чресла ювенильные ввергалОгнь мертвенный, кого ждет смерть вторая. Горацио, а нас ли вечность ждет,Благие ли трилистия лелеет,Идущий до Венеции дойдет,Господь когда о нем не сожалеет. Сколь нынешние ветрены умы,Легки и устремления обслужных,Кансоны ль им во пурпуре тесьмыВсем дарствовать для симболов ненужных. Ненужный факультет сиих вещей,Забвения торическая лавка,Беспечно соцветай от мелочейДо ярких драгоценностей прилавка. На стулия теперь, венчая мисс,Как матовые лампочки в патроны,Жизнь садит бледнорозовых Кларисс,Чтоб тлелись золотые их капроны. Я с юности любил сии места,Альбомные ристалища, блокнотыПорфировые, чем не красотаВнимать их замелованные ноты, Мелодии неясной слышать речь,Взнесенную ко ангелам и тайноЗвучащую, теперь еще сберечьПытаюсь то звучанье, а случайно Взор девичий в зерцале уловив,У вечности беру на время форуИ слушаю пеяния оливТемнистых, арамейскому фавору Знакомых, не подверженных тщетеМелькающих столетий, шум и яростьКакие внял Уильям, во ХристеНесть разницы великой, будет старость Друг к другу близить нищих и царей,Узнает любопытный, а оливыШумят, шумят, се рок мой, словарейТеперь еще взираю переливы Оливковые, красные, в желтиКремовой, изумрудные, любые,Дарят оне полеты и летиСо мною, бледный юноша, рябые Оставим лики Родины, пускайВождей своих намеренно хоронятПрислужники, иных высот алкай,Сколь мгла кругом, порфиры не уронят Помазанники Божие, словамЯ отдал и горенье, и услады,Точащимся узорным кружевамНужны свое Орфеи, эти сады, В каких пылает Слово, от земныхПремного отличаются, химеры,Болящие главами, в желтяныхИ пурпурных убраниях размеры Здесь краденные точат и кричат,А крики бесноватости отличьяЯвляют очевидность, огорчатСим книжника пеющего, величья Искавшего по юности, певцаТекущей современности благого,Но веры не убавят и венцаАлмазного не снимут дорогого С виновной головы, зачем хламидПотешных зреть убогость, ведьмы тунеТруждаться не желают, аонидПреследуют безбожно, о июне Нисановый свергают аромат,Курят свое сигары чуровые,Хоть эллин им представься, хоть сармат,Сведут персты костлявые на вые И жертвы не упустят, сады теБогаче и премного, для потехиЯ ведем вспомнил чурных, нищетеДушевной их пределов нет, огрехи Общенья с ними, жалости всегдаПечальные плоды, но сад фаворныйСверкает и пылается, тудаСтремит меня и огонь чудотворный, И пламень благодатный храмовой,Десниц не обжигающий гореньем,О творчестве не ведает живой,А мертвый благодатным виждит зреньем Картин реальность, их соединив,Двух знаний став носителем, избранникСловесности высокой, может нивУзнать сиих пределы, Божий странник Одно смиренен в поприщах земных,Но избранным даются речь и звуки,Те сады ныне призрачней иныхИх брать сейчас каменам на поруки Черед настал, а где певцов ловитьНебесных, все ринулись в фарисейство,Черем хламидных суе удивитьИ смертью, так скажи им, лицедейство Не может дать вершинности, к чемуПред теми одержимыми старатьсяБессмертие воспеть, зачем письмуОдесному желтицей убираться, Ловушка на ловушке вкруг, игрыСвоей нечистых среды не оставят,Не там горели морные кострыЗамковой инквизиции, лукавят Историки и фурии наукАстральных, теневые звездочеты,Нет благостнее музовских порук,Но с вечностью нельзя вести расчеты, Елико астрология самаГрешит реалистичностью научной,Уроки нам бубонная чумаДает и преподносит, небозвучной Симфонии услышать не даноПомазанным и вертерам искусства,Пиют червленозвездное вино,Хмельностью усмиряют злые чувства, Какой теперь алгеброю, скажи,Поверить эту логику, гармонийСакрально истечение, а лжиДовольно, чтоб в торжественность симфоний Внести совсем иной императив,Навеянный бесовскою армадойТерзать небесной требою мотив,Созвучный только с адскою руладой, Но слово поздно мертвое лечить,Сады мое лишь памятью сохранны,Зеленей их черемным расточитьНельзя опять, горят благоуханны, Сверкают шаты ясные, в тениОхладной музы стайками виются,Фривольно им и весело, взгляни,Горацио, навечно расстаются С иллюзиями здесь пииты, зряПисать лукавым пленникам пифийскимДадут ли аониды, говоряПонятным языком, дионисийским Колодницам возможно уповатьНа хмелевое присно исплетенье,Воспитанников пажеских срыватьПлоды подвигнув гнилостные, чтенье Их грустное приветствовать иль петьНощные дифирамбы малым ворам,Настанет время царить и успеть,Созреет юность к мертвым уговорам, Венечье злоалмазное тогдаБорей дыханьем сумрачным развеет,Веди иных запудренных сюда,Коль жизненное древо розовеет И мирра вьется, мускус и сандалЕще благоухают, плодоносятСмоковницы, когда не соглядалДиавол юных жизней, не выносят Черемные цветенья и страстейВозвышенных, провизоры адскиеУже готовят яды, но гостейТомят не белладонны колдовские, Желают неги выспренней певцы,Тезаурисы червные листают,Гекзаметры берут за образцыГравирного письма, зело читают Овидия со Флакком, ЕврипидИ старый добрый Плавт воображеньеТерзают их, сиреневый аспид,Всежалящий оводник, искаженье Природное милей им, нежли теВершители судеб вековых, ловкиВ письме они бывают, но тщетеПослушные такие гравировки, Чуть слово молвят, сразу помянутРабле, точней сказать, АнакреонаИль рыцаря Мольера, преминутОне ль явить начитанность, барона Цыганского иль Майгеля с груднымОтверстием ославят, а зоилыСвое труды чумовые свечнымПатрициям воздарят, аще милы Деяния никчемные, письмаЧужого мы финифть не потревожим,Успенное б серебро до умаУспеть нам довести, быстрей итожим Речение, а камерность сегоТворенья, именуемого садомТрилистий говорящих, ничегоНе просит у бессмертия, фасадом Звучащим и играющим тенейПорфирами сокрыт эдемских аурБожественный альковник, от огнейМелованных горит белей тезаур, Накал его сродни лишь пламенам,Еще известным Данту, облетаютСирени и гортензии, ко снамКлонит царевен бледных князь, считают Своим его шатер домовики,Убожества кургузые и эльфыПрелестные, когорты и полкиЯмбические следуют за Дельфы, Клошмерль иль Трира затени, иль мглыТуманные Норфолка, единятсяВ порывах благотворных, тяжелыДля младости виденья, но тризнятся Оне в саду немолчном, свечевыхУзилищ вечных татей равнодушноВстречает зелень, желть ли, о живыхРоятся здесь мертвые, мне послушно Когда-то было таинство речей,Их серебром я нощному бессмертьюВо здравие записывал, свечейТеперь огарки тлятся, круговертью Лихой муарный пурпур унеслоДавно, лишь панны белые вздыхаютИ теней ждут, взирая тяжелоНа сребро, и в червнице полыхают.

Добавлено (18.06.2013, 18:35)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Сафо Ослеплены свеченьем тусклых лет,Склонялись мы пред огнищем порока,Но очи буде горний фиолетОбвел -- сия не гаснет поволока. В Элизиуме темный пурпур астрИ образы Руфь пестовала взором,Серебряные гаты ЗороастрГранил ее алмазным разговором. Сновиждений тех краска тяжелаИ стерта, аки погребное злато,Небесная молитва истекла,Теперь вовек не зрети нам, что свято. Не зреть когда и нечего жалеть,Елико это вижденье лукаво,Мы сами цвет несем и уцелетьМеж черемниц светясь адничных, право, Сложней, чем показаться может, имПретит колес высотных обозренье,А башни с лепоцветием благимСтрашны и вовсе, тусклое их зренье Иных картин достойно, посему,Тем паче наши спутницы юродныВременные, оставим их чумуВладелицам, где домы благородны, Резон какой заразу прививать,Летит она пускай на оба дома,Смертям двоим, Фаустус, не бывать,Одна тебе и мне уже знакома, Коль с нами вместе чермы дивный светЛазурный соглядать сейчас потщились,Мы сами б возалкали, тьмы корветИх прах неси подальше, как решились Гулянье с черемами совершить,Отвесть за небоцарствие сиречныхИ тем задачку вечную решить,Закрыть одну теорию из вечных Теорий, впрочем, все одна другойОне, известно мудрым, стоят, пачеИх чаяний, дадим теперь благойЗнаменье небоцветности, иначе Прогулки наши мрачных свеч витыхВ серебряных и червенных тесемахНе будут стоить, троллей и пустыхЛукавниц, пустотелых черм в Эдемах И так страшатся эльфы белых чар,Одесные иные средоточья,Нельзя отвадить сумрачных волчарМолочных агнцев, буде полуночья Готовы новолунные огни,Секрет открыть еще, помимо смыслаВсездравого внушают нам одниЧеремы неоправданные числа, Урочные для нечисти балов,И путают сознательно картину,Селена лишь выводит из угловНекрылых, озлащает паутину Плетенную, а полная онаИль новая, неважно, эти балыПорхают внеурочно, нам лунаМила всегда, каморные подвалы И те пронзает огнем золотым,Но хватит отступлений нелиричных,Наш замысел успенным и святымБез слов понятен, знаков и вторичных Яснений не хотят сии, вернутьНа небы из адниц избранных раемБеремся, значит, благо преминутьГордыню и брезгливость, умираем Хоть с чермами, но есть и в этом свойЛазурный правый умысел, их лядностьИзбудем в небоцарствии, живойПусть ведает о мертвом, неоглядность Вселенская для челяди темна,А царичам дарует упованье,Безумствуй, желтомлечная луна,Великое нас ждет соборованье, Любили мало Грозного, уж онЗнал цену смерти, казни родовыеОставим Иродам, навеет сонБезумец ли, Селена, как живые Не могут смертных истин обрести,Вперед, гуляем ныне, мертвых любитСильнее чернь убогая, тлестиИль царствовать, а ведьма не погубит Небесности виждителей, томуИскать равенств тождественных не станем,Привьют хотя бубонную чуму,Балы земные с водкою вспомянем, Имбирь, корицу, тмин, еще мускат,Сунели, куркуму, пион, базилик,Жасмин сюда бросайте, адвокатДиавола не прадо носит, филик Любой парижский, чопорной МосквыСтолетья позапрошлого ФандоринВам это подтвердит охотно, выНе видели, но дьявольских уморин Хватится не на то, когда балыГремят и снаряжаются чермницыЗа нами, должно баловать столыПитья великолепием, ночницы Желтушные сверкают пусть, свечейНа конусных подставах собираемОгнем витую рать, чем горячейСиянье, тем одесней, умираем Единожды, урок такой примерЯвляет и Манон, и Мессалине,Калигуле избавиться химер,Смотри опять, непросто, бойной глине, Обитому серебру, хрусталю,Раскрашенному в стразы, всякой царскойВеликой прежде утвари, велюЯ, Фаустус, целиться, чтоб варварской Испробовать честной текилы той,Не знающей ароматов коньячных,Этиловых спиртов ли, золотойОчищенной нектарности, призрачных И нежных добавлений (скипидарИ лак для снятья красных перманентовC ногтей, обувный крем и солнцедар,И жимолости ветвь, экспериментов Оставим пальму Веничке, сюдаНе входят), неги нощно ли убудет,Роится закаминная чредаДемонов и греховниц пусть, не будет Без нас ни пирования, ни треб,Алхимикам даем карт-бланш, патиныВековые их ждут, в серебро хлебПускай преображают, а рутины Довольствуют царские мертвецы,Успенные пажи да камеристки,Сюда и парфюмерные скопцыСойдут, а с ними регенты, хористки Церковей ложных, водки им свечнойПрелить черед, за конусные бликиПора, пора и нам от неземной Беспечности мелькнуть, зане велики Мы были и останемся, Фауст,Но ад червных образниц тенедарствоОпасно простирает, яко пустКоллегиум замковый, это царство Не нам теперь обязано даритьСтоловскую возвышенность, колодкиНе нам опять, гишпанцев ли коритьЗа тяжесть сапогов, черемной водки Алкать кому, чермам самим, кругиС девятого по первый Дант лукавоПока живописует, сапогиХоть скинем, завести сии, всеправо, Далече могут, воя не боясьНеречниц, гасим, Фауст милый, этиВиющиеся огни, растроясь,Они тлееть устанут в адской нети. Сион, еще Поклонная гораТаят свои холодные скрижали,Нас ждут и в Христиании, пораТех встретить, коих слогом поражали. Для нас урочат вечности гонцыЛишь алые готические латы,Страдают Букингемские дворцыБез царских наших теней, у Гекаты Пускай растят гусей дурных и кур,Одни спасали Рим, других колечьяПевцов травили в мире, ЭпикурПечальный мог бы с блеском велеречья Им вынести комический вердикт,А, впрочем, пусть колодницам на паруГодуются, их глупость БенедиктЕще предъявит городу, тиару Высокую черед церковным петь,А нам друзей великих зреть в Эдемах,Должны невесты белые успетьИ донн алмазных очи на големах Должны теперь, зане протекторатГосподний всем благим повелеваетМолчать, остановиться и каратСлезы оставить времени, бывает Оно всегда угодным палачам,Певцам иные области и царстваДаруются, как маковым свечамИ здесь гореть нельзя, свои мытарства В парафиях незримых совершим,Обман парижской мессы не достоин,Я знаю, рая нет, когда решимВернуться, инок Божиий иль воин В десятом измеренье встретит чад,Чтоб вывести на торную дорогу,За Рейном нет ли персти, вечный градНад небами внемлет Царю и Богу. Мы бисером сребрили невода,Вальпургиевка нас упоевала,Метохии иль Персии ЗвездаСветила псалмопевцам, воевала Герника с Аваддоном, а певец,Быть может, Шиллер пламенный, ВергилийГотовил небоцарствиям венец,Юнид сводя к офортам надмогилий.

Добавлено (16.08.2013, 17:37)
---------------------------------------------
Яков Есепкин Элиоту Всерайские рулады несвернуть,Их выточив голубками со краю,Нам эльфы по струнам басовымпутьУкажут к отвоеванному раю. Иллюзии утратились одне,А рая мы еще не потеряли,Сколь истина в худом всегдавине,Цари свое видения сверяли. Веди ж к вратам иль мимо,Элиот,Не молви о надежде, речьостави,Нам ангелы серебрили киот,Гореть в каком лессированнойяви. Вольно от рая в сторону уйти,Левее тлятся куполы Аида,Направо всех к чистилищу путиВедут с неотвратимостьюболлида. Певцы теперь ответны заобман,Не ведают и днесь о чемтворенья,Навеяли сиреневый дурманГлупцам, лишив ихсобственного зренья. Иное там, иное и не то,Свидетельствовал Грек и сГреком иже,Как миновать предрайскоеплато,Без ангелов теней явиться ближе. Что правда, паки истинногореть,Затепливаться станем, якосвечки,Нельзя еще неречным умереть,Сордим хотя акафистомсердечки. Дарован был труждающимся рогМирского изобилья, дарованныСудилище царям, пиитам слог,Которым ангелы соборованны. Им здесь распорядитьсяудалосьНемногим, а и какраспорядитьсяТалантом, если пиршествосвелосьК попойке, не смешно ль такимгордиться. Не будем сих речителейсудить,Трудами пусть молчаньеискупают,Глядишь, одни взялись хлебысладить,Другие красных жеребовкупают. Бессмертие оспаривать нельзя,А периев тяжеле событийность,Влечет любая избранных стезяТуда, где расточаетсявитийность. Хотели песнью торжища лечитьИ в каверы свои же угодили,Нельзя ловушки эти отличить,Засим чернилом сердца тунердили. Смотри, днесь панны с вишнямиво ртахЛетают и цвета гасят золою,И даром о серебряных крестахПииты гонят челядей метлою. Излитый мрак виется тяжело,Бледнея пред победнымидымами,Аидовскою тенью на челоЛожится твердь -- она вовекис нами. Молчи, елико все временщикиДнесь могут лгать о праведнойлюбови,Не ведают и эти языки,Какими вдовых сваталисвекрови. Воспенит слезы наши мертвыйцвет,Прожгут их жала в кубкахбогомерзких,Тогда и змеи выползут на светИз похв да изо ртов сехизуверских. Мешали всё о праведностиречь,Боялись непреложныхоткровений,И стали мы безмолвствованьемжечь,Цезуры отделив от песнопений. Свечами нощь светитьповремени,Втще искушать воительныегромы,Текут пускай сиятельно огниИз вежд моих -- во черныехоромы.

Добавлено (27.08.2013, 17:51)
---------------------------------------------
Яков Есепкин  ТРИЛИСТНИКУБИЕНИЯ                 I Только змеи, Господь, толькозмеи однеБьются подле цветков и во явитризнятся,Источилися мы, изотлели вогне,Боле свет-ангелки мертвымчадам не снятся. Вот безумная нас приманилаЗвезда,Разлия серебро, повлачила покругам,Новый год отгорит, вспыхнетхвойна груда,Так опять в Рождествозастучимся ко другам. И беда ж – предали, не Сынкаль Твоего,Утерявши в гурме, троекрестнораспяли,Против зависти нет на землиничего,Царствий куполы виждь, гдеагнцы вопияли. Ядно зелие мы будем присноалкать,Рукава что пусты, святыйГосподь, нестрашно,И костями возьмем, станемхлебы макатьС богородной семьей вчетверговое брашно. Хоть отчаянья грех отпусти вопоминПрежних белых годов, опомертипритронной,И теперь мы белы, яко вешнийжасмин,Только всякий цветок залиткровью червонной.  II Пред субботой стоим, предпоследней чертой,Красно золото ей из очесвыливаем,В келий пятничных темь кажемвенчик златой,Роз-костей набрали, ни нощим,ни дневаем. Заступиться нельзя в тузерцальну купель,И стодонна ж сия ледоваякрушница,Разве бойным одно, безо насчтите ель,Память нашу всчадит ярчеогнь-багряница. Рои демонов бал новогоднийчернят,Чур, лиются птушцы вблаговестные звоны,Чистых бельных невест юродивытризнятНа сносях, к царствиям ихвлекут Персефоны. Господь, трачена жизнь, истоим на юру,Тыча жалкой сумой втроекрестье дороги,Надарили мы звезд ангелкам вопиру,Перстной кровию нам краситьсиры муроги. Слезы чадов собрать, всемдостанет вина,Ниткой сребряной мор-окаринытиснятся,Мимо как повезут, вижди хотьиз рядна –Мы серебром горим, всё намангелы снятся.  III Господь, Господь, слезойпрекровавой утрись,Слово молви ль, взмахнирукавом с Ахерона,Кайстры бросили в персть –змеи алчны свились,Грознозлатная Смерть белитнаши рамена. Далей нет ничего, всехРождеств лепотаСребром красной была даразмыта слезами,Трачен чадов удел, а доднесьзолотаСтрастотерпцев юдоль, гдетризнят образами. Присный пурпур Звезды сперстов кровию сбег,И жалкие ж Твое летописцызаветны,Что пеяли хвалу, слаликрушницей снег,За обман кобзарей разве чадаответны. Узришь как в золоте опереньяптушцов,Пухи бельные их кости-снегиустелят,Ангелам покажи царичей безвенцов,Пусть апостольну кисть этираны обелят. Иль во гробе разлейисцеляющий свет,Ах, мы розы Твое, волошкипрелюбили,И заплакати днесьмочи-лепости нет,В сраме виждь агнецов – нощнонас перебили.

Генерал-лейтенант
Группа: Проверенные
Сообщений: 542
Награды: 18
Репутация: 10
Статус: Offline
Дата: Вторник, 27.08.2013, 19:33 | Сообщение # 41
Которую неделю – бьюсь, аки рыба об лед, пытаясь постичь этот высокий глагол. Грешен, каюсь до половины еще кое как, а дальше ко сну клонить начинает. Не дорос, я видать умишком своим никчемным до излияний светоча великого.
Форумчане, а – Вы?

Tibi et igni.
Генералиссимус
Группа: Супермодератор
Сообщений: 1975
Награды: 27
Репутация: 13
Статус: Offline
Дата: Четверг, 05.09.2013, 14:23 | Сообщение # 42
Цитата (farkas)
дорос, я видать умишком своим никчемным до излияний светоча великого. Форумчане, а – Вы?
Ну, выскажусь уж и я тогда...
С уважением отношусь к любому творчеству. Фотография - нормальная (это ответ тем, кому нет)))). Наверняка раз тем более книга целая опубликована ест поклонники этого творчества. В конце концов, одна из поклонниц и представила нам его на всеобщее "увидение"...
Но то, что касается лично меня, не всякие таланты и ПОНИМАЮ. И эти стихи и не для моего умишки... Мне кажется, это из категории "Не для всех". 
В любом случае, человек старался, писал. Молодец! 
Увы, я не разделяю восторга...

http://adarcha.livejournal.com/
Подполковник
Группа: Проверенные
Сообщений: 116
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Дата: Четверг, 05.09.2013, 18:54 | Сообщение # 43
Яков Есепкин Декаданс Лазарьшлях указует к огню,Скорбьзальем не слезами, так водкойИна смертную выйдем стернюВеличавоюцарской походкой. Намв четверг суждено умереть,Потомуне страшись воскресений.Белыйснег и во гробе горетьБудетсветом чудесных спасений. Всёбоялись наперсники лжиЧайльдГарольда узнать в гордой стати,Ненавиделивсё, так скажи,Чтобшелками стелили полати. Лишьоднажды поддавшись слезамФарисейским,пустым уговорам,Мыпогибли, как чернь к образам,Сольприжглась ко святым нашим взорам. Мыпогибли и в твердь фиолетНевольем, крут гостинец окольный,Нодля Господа правого нетМертвых,свет и заблещет -- престольный. Всяквоскреснет, кто смерть попиралНовойсмертью, мы ж в гниль окунулисьЗдесьеще, слыша адский хорал,Исмотри, до Суда не проснулись. Вямах нас багрецом обведут,Ноне выжгут вовек Божьей славы,Этичерные взоры пойдутКзвезд алмазам -- для мертвой оправы.
Генерал-лейтенант
Группа: Проверенные
Сообщений: 542
Награды: 18
Репутация: 10
Статус: Offline
Дата: Пятница, 06.09.2013, 12:43 | Сообщение # 44
А, вот последний пост – совсем другое, дело! Кратко, сжато, каждое слово наполнено смыслом – не утомляет читателя, который, вместо того, чтобы читая, внимал, а не думал: Господи, я еще ничего не понял, а уже – бежать на работу... БРАВО !!!

П.С. В наше безумное время, когда все делается, буквально на ходу, вещи , которые требуют времени, к сожалению – не в почете...

Tibi et igni.
Генералиссимус
Группа: Супермодератор
Сообщений: 1975
Награды: 27
Репутация: 13
Статус: Offline
Дата: Пятница, 06.09.2013, 13:13 | Сообщение # 45
Цитата (farkas)
А, вот последний пост – совсем другое, дело! Кратко, сжато, каждое слово наполнено смыслом – не утомляет читателя

А вот я слишком много труда потратила на то, чтобы прочитать написанное, поэтому смысл отошел на второй план. Сложно читается! Очень сложно. Без пробелов, без строк... трудно понять, где заканчивается слово, а где следующее начинается. Но это уже скорее не к автору, а к пиарщику biggrin

http://adarcha.livejournal.com/
Русскоязычный форум в Италии » На досуге » Хобби и интересы » Яков Есепкин (Готическая поэзия)
Страница 3 из 11«123451011»
Поиск:

« Поделитесь с друзьями


СЕГОДНЯ ФОРУМ ПОСЕТИЛИ:




При перепечатке материалов портала активная индексируемая ссылка на источник обязательна.

Copyright MyCorp © 2011 - 2017 | Web Design by Dimitriy Koropchanov | Хостинг от uWeb

Внимание! При использовании информации портала, ВАЖНО прочитать!