Воришка
— Что тут случилось?
— Не знаю, я сам только что подошел.
— Но в чем дело?
— Если не ошибаюсь, поймали
— Нет-нет! Его едва не поймали, но он улизнул.
— Господи! От этих воров у нас просто житья не стало.
Огромная толпа — человек сто, а может, и больше — собралась на
Базарной площади перед игрушечным магазином. Я задержался на работе и спешил домой, но моя неаполитанская душа взыграла и не позволила мне уйти, так и не выяснив, что все-таки случилось. Интересно было узнать, о чем хоть речь.
— Простите, вы не знаете, что случилось?
— Дорогой мой синьор, вы у меня уже второй раз спрашиваете. Видите же, что я сам собираюсь что-нибудь узнать! Уфф! Имейте немножко терпения, и через пару секунд я смогу сообщить все, что вас интересует!
И верно, «суть дела» во всех подробностях была известна только тем, кто находился в центре толпы, а мы с синьором, к которому я обращался за разъяснениями, находились еще с самого краю и могли слышать только то, что говорили люди, в свою очередь узнавшие кое-какие подробности от других, но тоже не самих «действующих лиц», а как бы их «заместителей», то есть тех, кто первым что-то узнал от участников происшествия. Но разнобой версий побудил нас, прорвав крайние ряды, протиснуться ближе к первоисточнику, которым оказался небольшого роста рыжий мужчина с раскрасневшимся лицом. Наш бедолага, держа под мышкой футбольный мяч, что-то выкрикивал и жаждал сочувствия от каждого, кто готов был выслушать его излияния.
— Вы же понимаете, если бы этот тип не убежал, я запросто мог бы его убить! Да-да!
— Но что случилось? — спросил еще один только что подошедший синьор.
— Что случилось? А то, что наш Неаполь уже больше не Неаполь, а какой-то Дикий Запад, дорогой мой синьор! Нам нужно ходить теперь по городу, как Гэри Куперу, — с пистолетом у пояса! Вы только представьте себе: я на минуточку отлучился, чтобы купить вот этот мяч — под елочку моему племяннику Филуччо, и оставил машину незапертой…
— Ну знаете, сами же напрашиваетесь на неприятности. Оставили машину незапертой, а потом еще возмущаетесь, что в Неаполе полно воров!
— Да при чем здесь это? Я только на минуточку вошел в магазин, а поскольку я знал, что машина не заперта, то не спускал с нее глаз!
— Ну и что? Незапертая машина — это всегда приманка,— настаивал на своем все тот же синьор.
— В Швеции вообще не существует запоров,— вмешался кто-то,— но там не воруют. Тюрьмы стоят пустые.
— Так я же вам объясняю: я пошел купить игрушку вот в этот магазин, а поскольку машина была не заперта, я одним глазом следил за ней, а другим — искал мяч для моего племянника Филуччо. Вот эта синьора может подтвердить: она стояла впереди меня, когда я подошел к кассе. Я даже попросил ее оказать мне такую любезность и пропустить меня вперед, потому что машина у меня не закрыта. Попросил я вас или не попросил, а, синьора?
— Да, — ответила призванная в свидетельницы синьора. — Именно так он и сказал, и я пропустила его.
— Но в этот самый момент, когда я расплачивался, то есть когда в одной руке держал деньги, а в другой — мяч, я вдруг увидел, что какой-то здоровенный мерзавец влезает в мою машину! У меня в глазах потемнело! Я отстранил синьору…
— Ничего себе «отстранил»! Так двинул, что я даже упала,— отзывается синьора, уже вошедшая в роль «главного свидетеля».— Если бы не этот любезный молодой человек…
— …Я отстранил синьору, бросил мяч и кинулся к машине, чтобы схватить этого вонючего босяка. Но разве можно справиться с ужом или угрем? Я ухватил его за пятку, а он стал биться у меня в руках, как припадочный. И еще лягал меня в лицо! Он был такой вонючий, такой скользкий, что я не смог его удержать: он вывернулся и убежал. Влез, понимаете, в одну дверь, а выскочил из другой!
— Все было точно так, как говорит синьор, — подтвердил один из очевидцев, — вор уже скрылся в переулке, а этот синьор все еще барахтался на заднем сиденье.
— Но если бы я его удержал! Мадонна! Если бы только я его удержал! Что бы я с ним сделал! Вы даже представить себе не можете, что бы я с ним сделал! Пять раз у меня из машины утаскивали радиоприемник! Пять раз! В страховом агентстве со мной уже и дела иметь не хотят. Им осточертели мои заявления! А в последний раз мне так прямо и сказали: «Дотто, вы себе радио в машине лучше не устанавливайте. Если его украдут, все равно вы от нас ничего больше не получите». Лишили меня невинного удовольствия слушать музыку, заставили убрать приемник! Ну что ж, сейчас я мечтаю только об одном: добраться до одного из этих воришек и так его измордовать!.. Если у меня его не отнимут, не знаю даже, что я с ним сделаю!
— Вы совершенно правы. Пока государство не введет наконец смертную казнь, правосудие придется вершить нам самим.
— Да будет вам! Что ж, прикажете и мелких воришек приговаривать теперь к смерти?
— У вдовы Саноянни,— вступает в разговор еще один синьор,— вчера вырвали из рук сумочку прямо перед самой церковью. Подумать только: бедную семидесятилетнюю старуху волокли по земле, как какую-то тряпку.
— Спрашивается, куда смотрит полиция? Когда она нужна, ни одного полицейского не найдешь!
— Конечно! Штраф брать за стоянку в неположенном месте — так это сколько угодно, а заметив вора, прикидываются слепыми.
— Вот и неправда, синьора, неправда. Они воров тоже ловят, только вот суды в Италии ничего не делают. Как берут воров, так и отпускают.
— Что тут случилось? — спрашивает еще один подошедший любопытный.
— Да вот у синьора хотели машину угнать!
— Чей это ребенок?
— Паскуали, деточка, что ты делаешь?
— Синьора, держите, пожалуйста, ребенка за руку и объясните ему, что чужие игрушки трогать нельзя.
— Но вора все-таки схватили?
— Какое там! Он вырвался из рук.
— А что тут случилось? — спрашивает еще кто-то.
Рыжий синьор, к которому обращен вопрос, все еще держа мяч под мышкой, на несколько секунд умолкает, чтобы вызвать у слушателей новый прилив интереса.
— Я вошел в игрушечный магазин, чтобы купить вот этот мяч для своего племянника Филуччо, и оставил машину перед магазином незапертой…
— Ну знаете! Оставлять машину незапертой на Базарной площади!
— Да Господи Боже ты мой, я же почти не отошел от нее! И все время не спускал с нее глаз! А чтобы не задерживаться, я попросил вот эту синьору, которая стояла передо мной в очереди в кассу, оказать мне такую любезность и пропустить меня вперед, потому что машина у меня не заперта.
— Да, синьор, именно так он и сказал,— подтверждает дама,— И как раз в эту минуту, когда синьор расплачивался, он и заметил вора.
— Когда я его заметил, то бросился к машине. Отстранил синьору…
— Ну да, «отстранил»! Вы меня так двинули, что я упала. Если бы не этот любезный молодой человек, который помог мне…
— Так вот, я отстранил синьору, выпустил из рук мяч и набросился на вора. Мне даже удалось схватить его за ногу. Но этот сукин сын прямо в угря превратился — никакой возможности не было его удержать…
Потерпевший в очередной раз рассказывает, как все произошло, но тут вдруг в толпе воцаряется непонятная тишина. Все расступаются и пропускают вперед «вора» — мальчонку лет четырнадцати, которого ведет, положив ему руку на плечо, верзила ростом под два метра.
— Дотто, — говорит мужчина спокойным тоном признанного грозы квартала,— во время этой истории мальчик потерял в вашей машине золотую цепочку — память о покойной маме. Машина открыта, дотто?
— Да, — отвечает рыжий синьор.
— Чиччи, иди и бери свою цепочку. Дотторе разрешает.
Сенсационное заявление сделал один известный 
0
Представитель отдела туризма Рима Антонио Гадзеллоне недавно побывал в Москве, чтобы представить туристическим операторам России новые предложения по туризму в столице Италии. 
1596
В этом году остров Искья искали в Интернете чаще других итальянских островов. Согласно данным портала trivago.it, самым популярным из итальянских островов с 1 января по 11 марта 2012 года стал остров Искья 
19-летняя миниатюрная красавица-блондинка принимала участие в шоу в паре с итальянской знаменитостью — звездой сериалов 22-летним Андресом Гилом. Как оказалось, девушка родилась в Киеве и занимается танцами с 6 лет. 
21 марта международный день борьбы за ликвидацию расовой дискриминации (International Day for the Elimination of Racial Discrimination) проводится по решению XXI сессии Генеральной Ассамблеи ООН от 26 октября 1966 года 
Средиземноморский климат Юга Италии
