Замечательный роман написал о Микеланджело Ирвинг Стоун. А называется роман «Муки и радости». Уже само название романа говорит о трудной судьбе гения на тропе искусства ваяния. Достоверность повествования требует поездки на родину живописца.

Продав свой дом в Калифорнии, Ирвинг Стоун переезжает в Италию. Чтобы вернее донести до читателя тайны работы с камнем, писатель берет в руки молот и резец и овладевает мастерством каменотеса. С помощью друзей-ученых писатель проникает в архивы и находит там немало записей, касающихся Микеланджело и его семейства.

Эта книга производит сильнейшее впечатление, и после ее прочтения хочется изучить творчество Микеланджело. Великий скульптор и живописец описан в ней от детских своих лет до самой зрелости, показан путь от мальчика до мастера, очень живо описан характер великого скульптора, его горести, его радости, надежды и разочарования. 

Предельное напряжение духовных и физических сил людей, мужество в борьбе, страстность в размышлении о судьбах человека – вот основное содержание искусства Микеланджело. «Не родился еще человек, который, подобно мне, был бы столь склонен любить людей”, — писал о себе великий итальянский скульптор, живописец, архитектор и поэт Микеланджело. Он создал гениальные, произведения.

Микеланджело Буонаротти, много размышлявший, как и все лучшие люди Возрождения, о свободной и гармоничной жизни, понимал, что право на эту свободу и всестороннее развитие человек должен отстаивать в борьбе.

К своим вершинам искусство Возрождения поднималось на поэтических крыльях. В пафосе познания природы вещей была сила восторга, пьянящая радость открытия. Проторенессанс в Италии длился примерно полтора столетия, Ранний Ренессанс –

около столетия, Высокий Ренессанс – всего лет тридцать. Его окончание связывают с 1530 годом, трагическим рубежом, когда итальянские государства утратили свободу. Достаточно только трех имен, чтобы понять значение итальянской культуры Высокого Ренессанса: Леонардо да Винчи, Рафаэль, Микеланджело. 

Они были во всем не сходны между собой, хотя судьбы их имели много общего: все трое сформировались в лоне флорентийской школы, а потом работали при дворах меценатов, главным образом пап, терпя и милости, и капризы высокопоставленных заказчиков. Их пути часто перекрещивались, они выступали как соперники, относились друг к другу неприязненно, почти враждебно. У них были слишком разные художественные и человеческие индивидуальности. Но в сознании потомков эти три вершины образуют единую горную цепь, олицетворяя главные ценности итальянского Возрождения — Интеллект, Гармонию, Мощь.

Атлант. ок. 1530. Мрамор. Высота: 277 см. Академия изящных искусств, Флоренция.

Микеланжело Буонарроти  Michelangelo Buonarroti

Гробница Папы Юлия II  мрамор

Микеланжело Буонарроти  Michelangelo Buonarroti

Моисей,  Moses  1513-1516

Четыре года провел Микеланджело высоко на лесах, преодолевая боль в мышцах, без конца отирая заливавшую лицо краску. Его глаза после этого почти перестали видеть: чтобы прочесть книгу или рассмотреть какую-нибудь вещь, ему надо было поднимать ее высоко над головой. Постепенно этот недуг прошел. После смерти Юлия II, в 1513 году, Микеланджело снова принялся за его гробницу, изменив первоначальный проект, но новый.

Он не мог сосредоточенно творить: ему приказывали, принуждали, грозили, отрывали от того, чем он успел увлечься. И, наконец, — самое горестное, наложившее печать безграничной скорби на героическое искусство Микеланджело: — осада и падение Флоренции, уничтожение республики, эпоха террора и инквизиции, годы страдальческого одиночества, проведенные в изгнании в Риме.

Папа согласился помиловать художника, если он закончит капеллу, прославляющую Медичи. Микеланджело снова приступил к работе и в 1534 году закончил капеллу с находящейся в ней гробницей. Четыре обнаженные фигуры на саркофагах: «Вечер”, «Ночь”, «Утро” и «День” — как бы символизировали быстро текущее время. Слова, которые Микеланджело вложил в уста своей «Ночи”, раскрывают отношение великого мастера к действительности:

Таковы были мысли побежденных флорентийцев. Окончив капеллу, Микеланджело покинул Флоренцию навсегда, но думы о родине не оставляли его. И когда в 1537 г. был убит тиран Флоренции Алессандро Медичи, художник задумал и позднее создал бюст Брута – тираноборца, убившего римского императора Цезаря.

«Тот, кто убивает тирана, убивает не человека, а зверя в образе человека”, — говорил Микеланджело. Но Флоренция по-прежнему стонет под властью Медичи, и Микеланджело живет в Риме. В 1534 – 1541 гг. в той же Сикстинской капелле, где он расписывал потолок, художник создает фреску «Страшный суд”.

Колоссальная картина, по мысли церковников, должна была показать слабость человека, его покорность божественной воли. Но Микеланджело и в эту Фреску внес дух непокорности, дух борьбы. В 1945 году он кончает, наконец, гробницу папы Юлия II, заказ на которую он получил 40 лет назад. Лучшие статуи для этой гробницы были сделаны еще в 1513-1516 гг.: это фигура Моисея, — по библейской легенде грозного и мудрого вождя еврейского народа – и изваяние двух связанных пленных юношей. Один из них, собрав все свои богатырские силы из пут, а другой, побежденный, умирает.

  Рахель. Фрагмент гробницы Юлия II. ок. 1542. Мрамор. Высота: 209 см. Церковь Сан Пьетро ин Винколи, Рим.

Медленно обходя, спереди и с боков, фигуру «Скованного пленника”, следя за меняющимися пластическими аспектами, зритель видит все стадии героического и напрасного усилия разорвать путы. «Умирающий пленник” не рвет свои узы: закинув за голову руки и склоня голову к плечу, он погружается в состояние, одинаково похожее и на смерть и на сон – благодетельное освобождение от мук. Микеланджело не придавал большого значения точному смыслу аллегорий. 

Для него пластика человеческого тела, его движения и контрапосты сами по себе были исполнены внутреннего содержания, широкого и емкого.

Здесь, как и во многих других поздних работах, художник не скрывает своего горя и отчаяния. Но побежденные, связанные, умирающие люди у него всегда прекрасны и сильны. В этом утверждении красоты и силы человека – глубокий оптимизм Микеланджело.

Так же не поддаются однозначному толкованию скульптуры капеллы Медичи, законченной уже в 30-х годах. Это «Ночь” и «День”, «Утро” и «Вечер” – они полулежат попарно на саркофагах под портретными статуями Джулиано и Лоренцо Медичи, находящимися в нишах. Крышки саркофагов покаты, и положение фигур кажется непрочным, кажется, что они и в дремоте чувствуют ненадежность своего ложа, бессознательно ища опору для ног (а ноги скользят), пытаясь напрячь расслабленные сном мускулы. Эти могучие тела одолевает тягостная истома, они словно отравлены. 

Медленное, неохотное пробуждение, тревожно- безрадостное бодрствование, засыпание, цепенящее члены, и сон – тяжелый,но все же приносящий забвение. «Ночь” в образе женщины, которая спит, опираясь локтем на согнутую ногу и поддерживая рукой низко опущенную голову,- самая пластически выразительная и прекрасная из четырех статуй. Ей посвящали стихи. И Микеланджело в ответ на чей-то довольно банальный мадригал, где говорилось, что этот одушевленный камень готов проснуться,ответил четверостишием, ставшим не менее знаменитым, чем сама статуя:

Апостол Павел. ок. 1503/1504. Мрамор. Высота: 127 см. Кафедральный собор, Сиена.

Микеланджело не высек из целой горы грандиозную статую, как мечтал. Но он строил величайший в мире собор св. Петра в Риме. 1 января 1547 г. он был назначен главным архитектором этого собора. Даже архитектуру Микеланджело воспринимал как отражение красоты человека.»Совершенно несомненно, что архитектурные части подобны частям человеческого тела, — говорил он. – Кто никогда не умел или не умеет хорошо воспроизвести человеческую фигуру, особенно в том, что касается анатомии, никогда этого не поймет.

Микеланджело – художник до последнего вздоха боготворил человеческую красоту. И ему чудилось в ней нечто грозное, роковое – высший предел на границе небытия.

«Микеланджело был первым скульптором, который увидел в человеческом теле, в его движении противоречивость стремлений, черты его внутреннего разлада,черты, которые, может быть, лучше всего выражены в скульптуре при условии,если зритель, обозревая статую со всех сторон, будет вовлечен в постижение переживаний человека. В этом отношении Микеланджело выходит за пределы Ренессанса, который в лице Леонардо и Рафаэля видел высшую задачу искусства в воплощении спокойной, идеальной красоты. В этом, несомненно,сказался передовой характер скульптуры Микеланджело. В этом он предвосхищает последующие столетия”.

Pietà (Michelangelo)

«Богоматерь у Лестницы» и «Битва кентавров», которых он высекал для Бертольдо и Великолепного, — платоновский кружок тогда смеялся над ним,потому что работа его казалась ученым «чисто греческой»; «Святой Прокл» и «Святой Петроний», изваянные в Болонье для Альдовранди; деревянное распятие для настоятеля Бикьеллини; «Спящий Купидон», которым он хотел одурачить торговца в Риме; «Вакх», которого он изваял в саду Якопо Галли;»Оплакивание», исполненное по заказу кардинала Сен Дени — для храма Святого Петра; гигант «Давид», созданный для гонфалоньера Содерини во Флоренции; «Святое Семейство», которое выпросил у него Аньоло Дони; картон для картины Битва при Кашине, прозванный «Купальщиками», — он был написан из чувства соперничества с Леонардо да Винчи; 

«Богоматерь с Младенцем», изваянная по заказу купцов из Брюгге в первой его собственной мастерской; злосчастная бронзовая статуя — портрет папы Юлия Второго; «Книга Бытия»,написанная для Юлия Второго на плафоне Систины; фреска «Страшного Суда», исполненная по желанию папы Павла Третьего для того, чтобы закончить украшение капеллы; «Моисей» для гробницы Юлия; четыре незавершенных «Гиганта», оставшихся во Флоренции, «Утро» и «Вечер», «Ночь» и «День» в часовне Медичи; «Обращение Павла» и «Распятие Петра» в часовне Паулине; Капитолий, Пиевы ворота, три статуи «Оплакивания», высеченные ради собственного удовольствия… и вереница образов вдруг остановилась и замерла: мысленным взором Микеланджело видел теперь только собор Святого Петра.

Гробница Лоренцо Медичи, герцога Урбинского (Капелла Медичи). ок. 1525. Мрамор. Новая сакристия церкви Сан-Лоренцо, Флоренция.

 Вот он высекает «Победу». Победу над кем? Над чем? Если он не знает, кто Победитель, как он может сказать, кто Побежденный? Под ногами у Победителя он изваял лицо и голову Побежденного — старого, раздавленного бедой человека… самою себя? Так он, наверное, будет выглядеть лет через десять или двадцать — с длинной седой бородой. Что же сокрушило его? Годы?

Неужто Победитель — это Юность, ибо только к юности человек способен вообразить, будто можно стать Победителем? Во всех чертах Побежденного чувствовался жизненный опыт, и мудрость, и страдание — и все же он был попираем, оказавшись у ног юноши.

М. Алпатов.

Много страданий, мук и лишений претерпел великий художник за свою долгую и многотрудную жизнь. Будучи уже стариком, Микеланджело писал:

«Увы! Увы! Я предан незаметно промчавшимися днями. Я ждал слишком долго. Время пролетело, и вот я старик. Поздно раскаиваться, поздно раздумывать – у порога стоит смерть. Напрасно лью я слезы: какое несчастье может сравниться

с утраченным временем. Увы! Увы! Оглядываюсь назад и не нахожу дня, который бы принадлежал мне!

Обманчивые надежды и тщеславные желания мешали мне узреть истину, теперь я понял это. Сколько было слез, муки, сколько вздохов любви, ибо ни одна человеческая страсть не осталась мне чуждой. Увы! Увы! Я бреду, сам не зная куда, и мне страшно. И если я не ошибаюсь, — о, дай бог, чтоб я ошибался, — вижу, ясно вижу, создатель,что мне уготована вечная кара, ожидающая тех, кто совершил зло, зная, в чем добро. И я не знаю ныне, на что надеяться.”

***

Умер Микеланджело 18 февраля 1564 г. в возрасте восьмидесяти девяти лет.

Что же он осуществил? Мало по сравнению со своими замыслами, но колоссально много на весах истории искусства.

И сейчас на площади у церкви Сан-Миньято во Флоренции стоит бронзовая копия Давида как памятник художнику, который своим искусством утверждал свободу и красоту человека и защищал их с оружием в руках.

 

Отвлекались мы только чтобы вкратце на итальянском языке обсудить фильмы, победившие на международных кинофестивалях, и новинки среди мировых бестселлеров. Оказалось, что у нас похожие вкусы в литературе и кино. По моему совету Сильвана прочитала несколько книг молодой французской писательницы Анны Гавальда и пришла от них в восторг. Не зря же в 2010 году ее книги лидировали в десятке европейских бестселлеров. Героини Гавальда – это натуры цельные, честные, гордые и смелые. Прабабушка писательницы была родом из Санкт-Петербурга, поэтому и Анна Гавальда нам показалась своей.

Так мы с Сильваной немножко сблизились.
– А почему Вы не выйдете замуж за итальянца? – однажды спросила она.
– Детка, этап поиска мужа в Италии мною уже пройден, – и я вкратце рассказала ей историю из моей жизни.
– Ну ладно, сразу не сложилось, но когда уже его родственники начали Вас просить, надо было соглашаться!
– Но ведь прошли годы, и теперь уже ему нужна была помощь. А о чем думали родственники, когда мне нужно было легализироваться? Я никому не позволю использовать меня. Теперь эта тема для меня закрыта.

Лицо Сильваны стало непроницаемым.
– Если хочешь чего-то добиться, если очень хочешь, то нужно иметь силы отбросить обиду, боль и идти к своей цели. Не пошел этот вариант – ищи другой. Chi non risica non rosica. Кто не рискует, тот не пьет шампанского. Обосновавшись здесь, Вы даете шанс внучкам учиться и работать в европейской стране. Моя тетя вышла замуж в шестьдесят два года и счастлива, а Вы-то вон на сколько лет моложе! Извините, но я считала Вас более сильной личностью.

А Вы – подранок. Ваша рана не заживает потому, что Вы ее боитесь. Она руководит Вашей жизнью, – девушка разгорячилась, я ее такой никогда не видела. Она говорила автоматной очередью, расстреливая меня за предательство цели.
Если бы ее слова обо мне соответствовали действительности, меня бы это очень ударило по самолюбию. Но у меня нет никакой раны. Девочке не понять, что на протяжении жизни происходит переоценка приоритетов. В двадцать пять лет женщине хочется золотых украшений, но в сорок пять она лучше двухкамерный холодильник купит или на курорт съездит, или можно купить дубленку по необходимости.  В тридцать пять лет ей очень хочется иметь хорошую квартиру, она продумывает дизайн и даже в воображении шторки развешивает. Но вот в пятьдесят пять появляется возможность купить ее, когда-то желанную, однако теперь женщине достаточно просто уютного жилья, а деньги она с радостью отложит на учебу внукам. В пятьдесят лет я хотела жить в Европе, а сейчас мечтаю быть рядом с моими.

Поэтому я не оправдывалась перед Сильваной, а спросила с улыбкой:
– Я действительно тебе кажусь побитой и запуганной жизнью?
– Не жизнью, а идеей о замужестве. Вы вот сколько жили нелегально? А если я сейчас выйду замуж, то я не потеряю этих пяти лет. Я здесь получу второе высшее образование или подтвержу мой русский университетский диплом. Буду работать по специальности, а не мыть полы.
– А ты что, работаешь по уборке? Ты же говорила, что, готовясь ехать за границу, прошла несколько курсов по косметологии. И что в Неаполе делаешь маникюр, массаж, наращивание ногтей, татуаж и даже татуировки, – удивилась я.
– Все так, я начала набирать клиентов, но на это нужно время. Пока это только наши и болгарки. Половина моих работ – это уборка. Но я об этом никому не говорю.

О нашем первом откровенном разговоре я рассказала моей дочери, на что Маринка ответила:
– Мамуля, по тому, что я знаю от тебя об этой девушке, вы с ней очень похожи. Сколько раз ты мне ставила ее в пример, мне даже надоело! Я все поняла. Она – это ты тридцатилетняя: тот же интеллект, уровень культуры, творческое начало, та же целеустремленность… Вы даже шутите одинаково. Только ей повезло – она в Италию приехала гораздо более молодой, и не хочет потерять свой шанс. Сильвана, наверное, неосознанно чувствует, что вы в каком-то смысле – клоны, принадлежащие к разным, то есть к параллельным мирам. И не обижайся на нее – ее автоматная очередь была обращена вовнутрь самой себя.
Она расстреливала в себе нерешительность, даже страх. Поверь, этой девочке предстоит сегодня-завтра принять важное решение, но она колеблется.
– Марина, ну ты загнула! Ну и выдала! Фрейд – отец психоанализа. А ты его мать.
– Кого, Фрейда? – сострила Маринка.

* * *

Очные консультации с Сильваной как и раньше были нечастыми, но по телефону она задавала вопросы чуть ли не каждый день.
Как-то я заметила, что девушка несколько раз подъезжала к моему дому в машине известного мне молодого человека. И тут уж я не могла не вмешаться в ее прайвази и напрямик спросила, кто он ей.
– Это мой жених. Через месяц мы поженимся.
Я сразу выдала:
– Его зовут Гаетано, и он проживает по улице Бонито в доме номер одиннадцать.
Сильвана удивилась, что я его знаю. Я объяснила:
– Этот юноша снимает квартиру у моих знакомых. Они мечтают от него избавиться и даже подали заявление в суд. У него задолженность по квартплате за два года, не работает, соседи жалуются, что он приводит не только разных женщин, но и наркоманов. Не спорю, внешне он смазливый, и с ним приятно появляться на людях.

Но присмотрись, у него даже на лбу написано: ложись девка большая и маленькая. С такими людьми нельзя иметь ничего общего.
– Гаетано не работает, потому что не находит работу по специальности. О задолженности я знаю. Последние два месяца я платила в срок, а после свадьбы мы все погасим. А на счет наркоманов – это неправда.
– Ты что, его любишь? – не унималась я.
Она ответила косвенно:
– Это будет фиктивный брак. Отношения между нами дружеско-деловые. Получив вид на жительство, то есть через семь месяцев, я разведусь. А этот отрезок времени мы должны жить вместе – здесь пресекаются фиктивные браки. Все просчитано. И почему Вы так беспокоитесь? Я уже достаточно интегрирована в общество, чтобы решиться на такой шаг, – этим моя собеседница как бы поставила меня на место. – Будем заниматься?

Продолжать было совершенно бесполезно. Сильвана высечена из единого куска мрамора, как Венера Милосская. Она не умеет двоиться, гнуться. Может только разбиться от грубого обращения. Кстати, когда эту статую нашли в девятнадцатом веке, Венера не была калекой и держала в руке яблоко. Так вот, мраморный характер таких, как Сильвана, достоин уважения, но имеет и свои серьезные недостатки.
Мне оставалось только пробурчать:
– На ошибках мучаются. Народная мудрость. Мне тебя жаль.
Тогда я поняла, что этот mascalzone, негодяй, нашел себе кормушку и вытянет из девчонки все, что можно. После свадьбы начнется рэкет… Бедняжка!

Лето было нестерпимо жарким. Луиджи мне снял квартирку в горах. Я взяла отпуск и уехала. В течение месяца мы с Сильваной не виделись. По моим догадкам бракосочетание должно бы состояться в один из этих дней.
Что могло произойти?

* * *

Молчание в трубке продолжается минуту или две. Затем девушка тихо произносит:
– Я не знаю, что делать. Они меня изнасиловали.
Теперь уже молчу я. Это ступор. Сильвана добавляет:
– И еще они силой хотели ввести мне наркотик. Я сопротивлялась, и игла мне раскурочила вены. Что-то попало, но мало.
– Как ты себя чувствуешь физически? Есть побои? – спрашиваю я, стараясь оценить ситуацию.
– Да, но это терпимо.
– Эти твари, кто они?
– Гаетано со своим дружком. Вчера днем Гаетано требовал у меня три тысячи на погашение долга, но я сказала, что дам послезавтра, когда буду держать в руках свидетельство о браке. А вечером они пришли вдвоем, и он предложил мне уколоться для смелости, потому что собирается по неаполитанской традиции сделать пробу любви. Ну и тут все началось…

Голос Сильваны глухой, но без намека на слезы. Я знаю, она сейчас смотрит в одну точку широко открытыми глазами и думает: «Только бы они остались сухими. Только бы не заплакать». Нет, не из-за меня. Она знает, что если заплачет, то уже не остановится. Нельзя открывать шлюзы. Ни в коем случае. Ведь она гордится собой и не приемлет слабости в людях.

Я никак не вникну в ситуацию и прошу уточнить, ушли ли они.
– Нет, после всего они, наверное, добавили себе дозу и заснули.
Теперь для меня начинает проясняться картина. Я спрашиваю, не хочет ли она вызвать полицию. Как и следовало ожидать, последовал отрицательный ответ. Конечно, она живет здесь нелегально, ей грозят большие неприятности и высылка домой. Тогда я говорю очень решительно:
– Во-первых, держись спокойно. Ты сильная и все преодолеешь. Не думай о том, что случилось и сосредоточься на своих действиях. Во-вторых, найди коробку и сложи в нее все вещественные доказательства их преступления. Ни к чему не прикасайся руками, только в перчатках. В-третьих, бери коробку, свои вещи и выходи, но дверь не закрывай. Сегодня меня должен навестить Луиджи, я сейчас позвоню, чтобы он немедленно выезжал и заехал за тобой. Луиджи будет ждать у подъезда. Потом он поднимется в квартиру и посмотрит все, на случай, если когда-нибудь нужен будет свидетель. А пока действуй, у нас нет времени.

* * *

Сильвана быстро натягивает джинсы, майку, надевает одноразовые перчатки и в коробку из-под обуви бросает свой изорванный халат и нижнее белье, валяющиеся на полу, шприцы, использованные этими скотами бумажные салфетки, и еще что-то. Старается думать о другом, но мысли возвращаются к пережитому. Нужно включить вторую сигнальную систему, речь, и вслух руководить собой:
– Так, коробку собрала, теперь посмотрю, спят ли эти козлы.
Ее взгляд затравлен и полон отчаяния, глаза опухшие и покрасневшие, слева к щеке стекает красно-фиолетовый синяк. Кожа на шее покрыта пятнами и блестит от пота, а по ложбинке на спине пот стекает ручейком, увлажняя майку. Видя растянувшиеся прямо на кафельном полу тела и ненавистные физиономии, улыбающиеся во сне, она не может себя сдержать, чтобы не влепить по роже одному, потом другому.
Спят и продолжают улыбаться
– Не смотреть и не думать о них. Вот я собираю вещи. Надо не забыть книги. Вот словарь, вот…
В этот момент книга Анны Гавальда Мне бы хотелось, чтоб меня кто-нибудь где-нибудь ждал падает из рук на пол. Взгляд Сильваны опускается на открытую страницу и короткий заголовок новеллы Кетгут ослепляет ее как яркая вспышка.
– О Боже, что это – знамение, осенение или команда сверху?

Внезапно девушка чувствует головокружение, глаза наполняются и переполняются слезами, которых она не замечает, хотя инстинктивно вытирает их ладонями, продолжая говорить с собой – Но ведь у меня нет кетгута, и я не умею этого делать! Я умею работать с компьютером, могу убирать, наращивать ногти, делать маникюр… О! Это уже кое-что. Маникюр — медикам, педикюр — педикам! И каждой твари — по харе! Сейчас я вас обслужу! 

Девушка бросает на пол чистое полотенце, достает из рабочего чемоданчика машинку, принадлежности и кладет сверху, надевает стерильные перчатки. Острая боль в промежности не дает ей возможности сесть на корточки, и она становится на колени над своим бывшим женихом, аккуратно протирает ему кожу на лбу спиртом. Глаза ее уже не слезятся, а взгляд становится спокойным и сосредоточенным. Обслуживание заняло полчаса. Столько же ушло на второго.

Быстро сложив инструменты, она последний раз осматривает комнату и черным фломастером крупно пишет на белой стене у двери: Кто к нам с мечом придет, тот в орало и получит.

* * *

У подъезда Луиджи, берет чемодан и пакет Сильваны и ставит их в багажник. Берет фотоаппарат и на минуту поднимается в квартиру. Отъезжая, подает девочке термос с кофе. Все без единого слова. Молодец, он умеет и красиво говорить, и, где нужно, молчать.
– Ну, что, едете? – обращаюсь я к нему по телефону. Получив утвердительный ответ, прошу дать трубку Сильване.

Понимаю, что ей не до разговоров, поэтому говорю кратко:
– Может быть, сразу поедем в больницу?
Я не слышу, а скорее представляю ее нет и продолжаю:
– Я звонила моему адвокату. Он сотрудничает с Комитетом по защите женщин, пострадавших от насилия Associazione Differenza Donna, обещал помочь. Эти скоты должны быть наказаны.

Сильвана вмиг обрела голос и ответила без задержки:
– Они уже наказаны.
– Что, что ты наделала? – в отчаянии и тревоге я просто кричу в трубку.
– Не беспокойтесь, я им просто сделала бесплатную татуировочку.. Очень аккуратную. Ничего, лейкопластырем заклеят или в бандане походят, пока чубы отрастут. Пусть выбирают: лифтинг сделать или за решеткой сидеть.

P.S. ЭТО МОЙ ВТОРОЙ В ЖИЗНИ РАССКАЗ, И МНЕ ОЧЕНЬ ВАЖНО ЗНАТЬ, ПОНРАВИЛСЯ ЛИ ОН ЛЮДЯМ. ОЧЕНЬ ПРОШУ ЧИТАТЕЛЕЙ НАПИСАТЬ ХОТЬ НЕСКОЛЬКО СЛОВ В ОТЗЫВЕ. СПАСИБО.
———————————————————————-

Права на произведение принадлежит  автору


Подробное обсуждение содержания с автором на нашем форуме