Золотые россыпи 

К 1949 г. в Форт-Ноксе, государственном хранилище золота США, не без помощи СССР скопился величайший запас золота, когда-либо собранный воедино, — 21 800 тонн. За всю историю человечества добыто около 100 000 тонн золота, при этом в недрах разведанных рудников осталось не более половины этого количества. Ученые убеждены, что золотых запасов Земли современной цивилизации не хватит надолго.

В конце прошлого лета в Восточных Альпах был обнаружен золотой самородок весом 1 килограмм и стоимостью свыше ста тысяч долларов. Золота в Альпах не находили уже более 500 лет, поэтому некоторые швейцарские и австрийские турфирмы подготовили специальные программы для искателей сокровищ.

В магазинчике при турфирме туристы могут приобрести необходимое снаряжение и металлоискатель. Правда, золото им приходится искать наобум, поскольку место, в котором был найден самородок, держится в строжайшем секрете.

После Флоренции как-то иначе воспринимаются слова «золотая лихорадка». И замусоленный еще в школе до дыр Джек Лондон становится весомее и роднее. Тебе попросту открывается, что увидеть Париж и умереть — это то же самое, что узреть Флоренцию и ослепнуть от блеска золота, каменьев и чудес, которыми город набит, словно походный сундук кондотьера. Более того, этот слепящий глаза музей под открытым небом не только огромное хранилище драгоценностей и произведений искусства, но и малая родина всего самого лучшего и дорогого в Средиземноморье. 

К примеру, лучший бифштекс Италии называется «бифштексом по-флорентийски» по цене от $30 за порцию. Самый дорогой на Апеннинском полуострове ресторан Enoteca Pinchiorri также находится во Флоренции (лучшие итальянские рестораны вообще-то в Неаполе, но южане, известное дело, народ бедный). Самые известные художники и златокузнецы Италии тоже жили в этом городе и любовно украшали Флоренцию. Именно флорентийские наемники-кондотьеры получали самое щедрое денежное довольствие, а золотой флорин стал первой средневековой золотой монетой.

У истоков, вернее сказать, у монетного двора, где отливались полновесные флорины, стояла семья банкиров Перуччи. Это «золотое» семейство обладало огромным влиянием на городские власти, пожалуй, даже большим, чем г-н Березовский на президентскую администрацию. Перуччи могли исполнить любую причуду, вплоть до контракта на роспись церковных стен великим Джотто. Названия улиц, палаццо и площадей Флоренции и поныне хранят историю этой звенящей, как золотые монеты, фамилии. Но, пожалуй, главным памятником семейному капиталу туристы считают мастерски отлитого из бронзы кабана («порчелино»), приносящего богатство и редкую удачу в сделках. И для любого бизнесмена, посетившего Флоренцию, считается не зазорным пройтись пешочком и слегка потрепать бронзовую хрюшку за пятачок!

Несмотря на столь действенные талисманы и семейные капиталы, Перуччи со временем обеднели. Однако в 1948-м очередной отпрыск этого семейства смог основать совершенно новый бизнес. На этот раз семейное дело не было связано с золотом: Рино Перуччи торговал модными аксессуарами и дорогими изделиями из кожи. Но идти против традиций (а особенно против семейных традиций) для итальянца — дело чрезвычайно затруднительное. Вот господин Перуччи и открыл напротив своей модной кожгалантереи салон золотых изделий Il Florino.

Этим летом витрины Il Florino буквально ломились от золотых изделий, часов и нежно-розовых резных камей ручной работы. Мне же хотелось полюбоваться не только на освященное патиной благородной старины золото Европы, но и на живых потомков знаменитых банкиров. Увы, глава фирмы Peruzzi, как и его пресс-секретарь, второй час пропадал на деловом ленче, и время их возвращения (по доброй итальянской традиции) было покрыто паутиной полнейшей неизвестности. Впрочем, продавщицы и менеджеры салона владели английским и были профессионально приветливы. 

Они гордо продемонстрировали мне тяжелые грозди золотых цепочек, россыпи оправленных в золото драгоценных камней, часы, которые стоили не дешевле малолитражного автомобиля, и так далее. Однако самыми интересными изделиями в кладовых семейства Перуччи для меня оказались литые перстни и кулоны, украшенные подлинными античными монетами с гордыми профилями римских цезарей. Их стоимость (малюсенькая брошка — от полутора миллионов лир, т.е.$700) вызвала тихий завистливый зуд где-то в области портмоне, и лишь скромная наклейка tax-free у входа в салон давала мне тоненький лучик надежды.

Русскоязычных продавщиц (украинок, полячек, словенок, на худой конец хорваток) в Il Florino не было и в помине, из чего я сделал вывод, что это золотое местечко отечественным туристом совершенно не освоено. Думаю, в походе за золотом соотечественники во Флоренции действуют по шаблону, сразу направляясь на мост Понте Веккио. В результате модный салон Il Florino оккупирован японцами, сингапурцами и прочими визитерами из «желтой» Азии, а среди его улыбчивых продавщиц, естественно, было полным-полно филиппинок и китаянок.

Русское влияние на золотой бизнес Флоренции ощущается буквально в двух шагах от салона семьи Перуччи, на площади собора Санта Кроче. Соборная площадь прямо перед моим приходом умылась под теплым летним дождем и была до отказа заполнена туристами и важными толстозобыми голубями. Но если птицы бестолково и жадно гонялись за остатками еды и прочими крошками, то изрядные скопления бескрылых двуногих теснились у дверей ювелирных салонов The Gold Corner и Gioielleria Aurea.

Лавка The Gold Corner представляла собой типичный флорентийский магазин-фабрику, торгующую в основном продукцией собственного производства. Хозяева (вернее хозяйки) галереи Aurea, наоборот, признались мне, что золотые изделия для своего ассортимента подбирают из числа самых известных ювелирных марок Италии. Я тотчас пожелал узнать, что это за марки, и одна из хозяек магазина, бывшая соотечественница Вера, переехавшая в Италию еще в 1983 году, сказала, что это не пятиминутный разговор. В итоге она достала из-под прилавка вазочку-бонбоньерку с миниатюрными леденцами и приступила к весьма увлекательной лекции.

По мнению Веры, наиболее популярные у гостей Флоренции ювелирные марки — это изделия тосканской фабрики в городе Arezzo и фабрики Vicensa, что в провинции Венето. При этом художники Arezzo ориентируются на работы старых мастеров, а венетские ювелиры больше следуют современной моде, за что некоторые эстеты называют их изделия «дорогой штамповкой». Типичной же флорентийской работой считаются роскошные вещи под маркой Foppi из «матового золота» с блестками. Эти кольца и серьги, нежные, трехцветные, филигранные, с притягательной матовой поверхностью, традиционно пользуются у туристов самым большим спросом. 

Однако итальянцы предпочитают покупать качественные изделия из белого золота, например, под маркой Uno Erre. Вообще, каждое ювелирное производство специализируется в какой-то своей области. К примеру, миланцы отлично умеют работать с камнями, а венецианцы используют в ювелирном деле свое знаменитое стекло. Но ювелирных производств на Апеннинах великое множество, поскольку 60-80% мирового производства золотых украшений приходится именно на Италию, и как мастерам, так и покупателям есть где развернуться.

Верину лекцию прервали забредшие в галерею Aurea две сморщенные, словно монастырский пергамент, американские гражданки с нацеленными на грандиозный шопинг лицами. Я в третий раз потянулся к бонбоньерке и, пока Вера достигала консенсуса с заокеанскими дамами, принялся задавать вопросы ее очаровательной помощнице Констанции. Девушка вообще-то оказалась не профессиональной продавщицей, а студенткой-лингвистом, на лето устроившейся в ювелирный салон подработать. По ее словам, в лавках и салонах города туристы оставляют около $500 на человека. И спрос на украшения большой. Очень большой! А вызвано это не только качеством и красотой работы ювелиров Италии, но и тем немаловажным фактом, что цены на фирменные золотые изделия во Флоренции в среднем на 20% ниже, чем в лондонском Harrods или «Манеже».

Последний пример привела уже Вера, благополучно продавшая американкам что-то усыпанное бриллиантами и вернувшаяся к беседе. На закуску она рассказала, что однажды на пороге Aurea появилась любимая народом актриса Крачковская и приобрела кому-то в подарок пару цепочек, а себе медальон с Мадонной.

Распрощавшись с Верой, я отправился на поиски наследников другого крыла «золотой славы» Флоренции, художников — златокузнецов. Как известно, в позднем Ренессансе границы целесообразности предметов культа и быта оказались успешно преодоленными и золотые изделия в Италии превратились в разновидность скульптуры. Большинство флорентийских златокузнецов, начиная с Бенвенуто Челлини, были прекрасными скульпторами, и, наоборот, профессия златокузнеца считалась отличной подготовкой для будущего ваятеля.

И вот по дороге от площади Санта Кроче к Понте Веккио я набрел на крошечную лабораторию Марко Барони. Этот наследник духа Челлини учился ювелирному делу много лет и, став признанным художником, на паях с товарищем открыл лабораторию по производству штучных ювелирных изделий. Квалификация Марко столь высока, что небольшой (даже без драгоценных камней) золотой браслетик его работы в виде головы слона стоит порядка $2500. Понятно, что размещать заказы у Барони могут лишь обеспеченные эстеты, вроде почтенного немецкого аристократа, возжелавшего увековечить в золоте и платине старинный фамильный герб. Другим суждено лишь любоваться красочно оформленной витриной лаборатории La Bottega degli Orafi.

Оставив Марко наедине с инструментами и газовой горелкой, я наконец отправился на Понте Веккио полюбоваться даже не столько на витрины ювелирных лавок, сколько на памятник Бенвенуто Челлини, стоящий на мосту. Увы, скульптурное изображение художника по злату скрывалось за непроницаемыми для взгляда строительными лесами. Зато вторая скульптура великого златокузнеца, что во дворике галереи Уффици, была открыта и всего лишь соседствовала с дорожным знаком «Ведутся работы». И это было не столько забавно, сколько символично: золото Флоренции живет и по-прежнему приносит радость людям.

Источник: Журнал «Вояж»

На rue de la république не пройдите мимо ювелирного бутика Augis 1830. Он был основан в Лионе еще в 1830 году. Там вы найдете шикарные украшения из серебра – браслеты, серьги, медали, подвески. Серьги с брильянтами можно купить за 800 евро, без камня – за 200. Также тут продаются чудесные медали из желтого золота с образами ангелов, Девы Марии и Христа (цена от 395 евро).

В Золотом треугольнике найдутся и известные люксовые бренды вроде Cartier, а также знакомый нам австрийский бренд Swarovski. Кстати, именно в Лионе производят украшения для Cartier, Van Cleef & Arpels, Fred, Chaumet, и других великих ювелирных домов Франции. 

На avenue Maréchal Foch расположился бутик Korloff. Свое имя марка получила от названия крупнейшего в мире черного бриллианта Korloff Noir в 88 карат, который находится в собственности у компании и занесен в Книгу рекордов Гиннеса. 

Существует мнение, что бриллианты Korloff приносят удачу и счастье. Французы говорят «Korloff – pour te dire j’aime» – что означает: «Подарить Korloff – значит признаться в любви». Так что, влюбленным есть повод купить обручальные кольца именно здесь.

Сам ювелирный дом основан в 1978 году, а марка за время существования стала известной и узнаваемой по всему миру, также как и логотип – две буквы K спиной друг к другу. Кроме обручальных колец посмотрите часы, ручки, палантины из лионского шелка и духи.

Для модников и любителей винтажных украшений – есть бутик Biche de Bere на rue Emile Zola. Нелли Бише де Бере – известный французский дизайнер, которая основала свою марку в 1993 году. 

Сначала там продавались только украшения, но со временем у нее появились коллекции одежды для женщин, мужчин и детей. Но, и по сей день, Нелли известна именно благодаря своим оригинальным украшениям – брошам, браслетам и кольцам в виде цветов.

Результаты ее творчества выставлялись в музее Современного искусства в Нью-Йорке, Сан-Франциско и Тель-Авиве, а также в Центре Жоржа Помпиду в Париже. Ее фирма работала для таких престижных производителей как Shiseido и Lancome.

В Лионе нашлось место и для кусочка Италии, коим стал магазинчик Santa Maria Novella.

Там вы найдете средства для ухода за кожей, косметику и парфюмерию, произведенные известной фармацевтической компанией, располагающейся во Флоренции с 1612 года. Кстати, в этом году марка празднует свое 400-летие.

Аннеси

Бутик Saoya, что на Rue Vaugelas, предлагает дизайнерские ювелирные изделия из олова, хрусталя и стекла с покрытиями из золота, серебра, бронзы и меди. Мастера уделяют внимание качеству и отделке каждой детали. Коллекция представлена обычно в нескольких цветовых вариантах.

Стоит посмотреть и сам магазин: изысканные красные стены, плитка на полу, стеклянный потолок с подвесными лампами. Все очень элегантно, вплоть до упаковки для ювелирных украшений: маленькие красные мешочки с имитацией кованого железа, сделанные вручную.

Гренобль

 В Гренобле зайдите в магазинчик Emotion. Здесь можно найти украшения и косметику на любой вкус и цвет, от классики до хиппи-шика: кожаные браслеты, часы, серьги, ожерелья, кулоны. Серебряные серьги Clio Blue обойдутся примерно в 120 евро, браслет – около 140, ожерелье – от 200. Тут найдутся интересные, яркие и необычные вещицы из яшмы, жемчуга, бирюзы и стекла. Цена на них ниже – от 25 до 150 евро.

Другие районы Рона-Альп

 На горнолыжном курорте Межёв не пожалейте денег на косметику Pure Altitude от Fermes de Marie Beauty. Косметика основана на горных растительных компонентах, чистой воде и, в частности, в ее состав входит эдельвейс – известное средство против старения и негативного воздействия окружающей среды. Защитный крем для рук обойдется в 18 евро, а антивозрастной крем – в 70 и выше.

 Также в регионе Рона-Альпы, в живописной долине реки Дром, в заповеднике Веркор, расположился мир косметики Sanoflore. Эта натуральная косметика именно здесь родилась, процветала и продолжает процветать.

Ингредиенты, входящие в состав каждого средства, имеют высокую концентрацию биомасел. Они состоят из экстрактов трав и цветочной воды, поэтому обладают увлажняющим, восстанавливающим и омолаживающим действием.

В 1986 году Рудольф Бальц и предприниматель Стефан Ришар основали лабораторию на территории заповедника, и вот уже более 20 лет Sanoflore специализируется на выращивании растений без каких-либо химических удобрений. 

К процессу производства предъявляются самые высокие требования: формулы кремов многократно тестируются, доводятся до совершенства, проходят сертификацию у независимых экспертов организаций Cosmebio и Ecocert. 

Ольга Бебекина, Источник: http://www.euromag.ru

На самом деле в Италии покупать практически нечего. То есть, здесь довольно ограниченные возможности – либо для людей с глубоко классическим вкусом, либо для жертв Черкизовского рынка. Хотя из магазинов не вылезаешь. Почему-то.

Но даже в Риме и Милане мало что впечатляет. Здесь все непросто – интересное надо выискивать. С Gucci/Prada ситуация очевидная – туристическая мекка. На улице можно услышать такие разговоры – молодая девушка матери: «Давай зайдем в Hermes, покажем бабушке настоящую Birkin».

Но менее известные марки (они-то и интересны – в принципе) выглядят как кошмар из девяностых. Понимаешь, откуда ползет леопардовая зараза – тут даже для детишек есть целые магазины сплошь леопардовых тряпок, да еще и в стразах . Фальшивые бриллианты повсеместно – даже на резиновых сапогах, и уже кажется, что даже на презервативах и в спагетти.

Как и в Испании, тут в моде американский флаг – на футболках, свитерах и джинсах, а еще сразу же замечаешь популярность спортивных штанов. В провинции вроде Вероны это кажется упрощением, но когда и в Риме, и в Милане, а потом еще и в Vogue сообщают, что давайте мол уделим внимание комфорту, наконец-то расслабимся и наденем эти штаны непременно с манжетами, а для пущей красоты еще и с поясом, который завязывается на бант, и вот смотрите – на любой вкус, от €50 до €500… В общем – такой вот тренд. Если что – «и в пир, и в мир», а не для похода в салон красоты.

Но все-таки количество безумной одежды, годной для собеседования в публичный дом, потрясает. Причем удивительное родство русского современного стиля и итальянского заставляет оценить достижения местного феминизма. Судя по всему они минимальные, но главное – не очень ясно, для кого же работает потрясающий местный Vogue.

Ответ, на самом деле, очевиден – для узкого круга культурной элиты, которая, действительно, разбирается в современной моде. Это уже совершенно другие люди, чем на улице. В этой среде обожают японцев (в смысле – дизайнеров) – очевидно, в противовес шлюховатым пристрастиям итальянцев в целом. Есть удивительный дизайнер Dusan (продается в московском Le Form, но, конечно, уже совсем по другим ценам), который использует английские мужские ткани для женской одежды. 

Ткани, кстати, потрясающие – особенно тончайший клетчатый кашемир, из которого сделана летящая юбка в пол. Эта вот юбка – одна из тех вещей, о которых ты до глубокой старости сожалеешь, что не купил. У Душана покрой немного мужской (в стиле нарядов Марлен Дитрих), гамма, разумеется, черная, серая и белая (в Италии это необходимо, чтобы выделяться в леопардовой толпе), а вещи страшно заманчивые, потому как очевидно сексуальны и удобны.

Другая новая марка, не особенно пока известная в Европе, – Moi Moltipli. Дизайнер Анна – похожа на Бетт Мидлер в имидже Синди Лаупер. Она делает очень забавные вещи – такие преувеличенно женственные, немного ретро, с яркими деталями, которые некоторым образом даже утрируют фигуру, как сейчас принято в массовой одержимости шестидесятыми. Анна раньше работала на La Perla, поэтому ее фирменный трюк – бюстье, встроенное в платья, которое подчеркивают грудь и даже выгодно ее приукрашивает.

Эти два дизайнера продаются пока только в Милане, в бутике Amaranto, который расположен хоть и в самом центре, но не очень приметном для обычного шопоголика месте – отелеBaglioni. Мало кто любит магазины при отелях – как правило, тут все дорого и выбор банальный, но в этом случае история совсем другая, поэтому в Amaranto стоит зайти, пока молодые дизайнеры стоят приемлимых денег. Отель находится напротив магазина Moncler, куда, кстати, в предрождественские распродажи каждый божий день стояла здоровенная очередь.

В Amaranto, кстати, есть потрясающие шляпы и тюрбаны, которые вот — вот станут хитом сезона (все, конечно, помнят, что у них был короткий триумф, когда чалму выпустила Prada, но скоро это будет настоящий фурор).

В Милане, кстати, вообще грех гулять по обычным магазинным улицам, вроде via Montenapolioni или via Della Spiga. Здесь надо уходить в переулки, где, например, можно обнаружить, что давным давно похороненная модниками Krizia вдруг разразилась феерической прогрессивной коллекцией, глядя на которую хочется рыдать от счастья.

Из масс-маркета в Италии мало чего увлекательного, разве что римская Zara – пока на вскидку она лучшая в Европе и работает, как настоящий магазин модной одежды – то есть никакой свалки, измазанных помадой вещей и толп разгоряченных подростков. Мало того, что у магазина очень стильные витрины, так и подборка очень достойная.

Еще есть магазин The End – это некая квинтэссенция массового местного стиля, но без вульгарности – без страз, леопарда и бесконечных рюшей. Единственный минус – в Италии все примерно на размер больше, то есть S – он как бы М, и если вы – субтильная барышня, то одежды на вас в The End не найдется.

А вообще в Италии интересно наблюдать, как меняется стиль от провинции к центру. Ну вот, например, в Вероне народ не без претензий, но такое ощущение, что выряжаться им лень, хоть они и знают – как. Поэтому все выглядят так, будто напялили все в последнюю минуту.

Во Флоренции уже лучше, но, например, в местных тратториях преобладает стиль «жениха хотела» – ботфорты на высоком каблуке, мими платье из стремной синтетики, а на бедрах – широченный пояс, надетый без малейшего смысла.

Ко всему прочему итальянки, в общем, довольно агрессивно красятся: тут есть мода серо–синими тенями намазывать глаза до бровей, подводить стрелки и сурмить брови дочерна. Причем ощущение, что все это – на полном серьезе.

Во Флоренции, кстати, у любителей марки The Bridge Leather от счастья затрясутся руки – есть прекрасный магазин, где продаются чудесные кожаные сумки, а теперь – даже и кеды. Причем он, конечно, зажат между миллионом устрашающих лавок, которые как-то так и называются – «Кожа из Италии», но не надо пугаться – неожиданно среди всей этой чепухи бывает нечто столь же прекрасное, как Bridge. Он, кстати, есть во многих городах, даже в средневековом горном Orvieto, знаменитом древностью, катакомбами, – чем угодно, кроме шоппинга. Естественно, из Orvieto я лично уехала с сапогами, которые почему-то надо было купить именно здесь, но может повлиял стресс – серпантин, да еще и ночью, это жуткое испытание.

Но если мы говорим о настоящем покупательском безумии, то это будет трюк в сто километров до Перуджи, чтобы купить часы за €20. Понимаете, просто никто не делает таких дивных пластиковых… даже скорее резиновых часов… как Full Spot. Эта мода пока обуяла не всю Европу – самый бум в Испании и Италии, но если, например, в Барселоне навалом безымянного хлама, то Италия богата уже известными брендами – и тебе Armani, и, конечно, Disiel и даже Converse. Но Full Spot – самые лапочки, только они еще молодые и магазины у них не везде. Вот и пришлось ехать в Перуджу, которая, кстати, удивительно прекрасный город. Причем в Венеции, куда бросилась моя подруга из Вероны, не оказалось The Mirror Collection, так что шизофренический крюк по пути в Рим был проделан не зря. Да и Перуджа, опять же, того стоит.

И, вообще, в Италии все то, что находится между магазинами – тоже очень ничего. Хотя самое дружелюбное место, конечно, Милан, где в отелях вроде того же Bagloini тебе сразу же выдают карту шоппинга, а из окна можно любоваться на очереди в магазины, суету и людей, которые приехали сюда, чтобы добавить себе немного красоты.  Info: www.euromag.ru

 Внимание:  данная статья участвует в  рейтинге  «Италия-туризм и отдых«.
Просим читателей помочь автору, чья работа вам кажется наиболее интересной,
и проголосовать за него, использовав одну из соц. кнопок

Турецкая пословица гласит: «Чашка кофе – путь к сорока годам дружбы», однако не всегда кофейные посиделки носят дружеский характер. В XVII веке кофе был частью сложных церемоний в судах империи, а особо изощренные правители даже использовали кофе для казни подданных – осужденный пил напиток, в который была подсыпана мелкая бриллиантовая крошка, от чего на утро умирал от внутреннего кровотечения. К тому же кофейни издревле были в Турции местом неполиткорректных бесед: один из визирей Османской империи, посетивший заведение под видом простолюдина, был шокирован царившим там свободомыслием и издал временный указ о закрытии всех кофеен. За неповиновение было казнено больше 100 человек.

Времена изменились, и сегодня кофе в Турции считается скорее напитком философов и шахматистов, чем ярых революционеров, мечтательные неторопливые завсегдатаи кафе больше не стремятся изменить мир, а просто… ловят кайф. Да-да, именно от слова «кейф» (по-турецки «кофе») произошло современное «кайф»… Правда, самый кайфовый крепкий кофе, известный во всем мире как кофе по-турецки, в самой Турции особой популярностью не пользуется – его пьют только в канун свадьбы (по качеству сваренного кофе судят о невесте). В обычные дни жители предпочитают мокко и латте.

Греки особое внимание уделяют сахару в кофе, можно заказать без сахара (скетос), в меру сладкий (метриос), очень сладкий (гликос)… Но главное в греческом кофе – это пенка! Существует даже традиция, по которой девушка делает кофе с пенкой поклоннику, к которому она благоволит, и без пенки тому, которого хочет отвергнуть.

Интересная история кофе в Австрии: первая кофейня открылась здесь в конце XVII века и кофе мгновенно стал любимейшим напитком горожан – ассортимент предлагаемых видов кофе был так огромен, что посетителям кафе предлагалась цветовая шкала из более чем 20 оттенков, по которой нужно было выбрать желаемый кофе. Такое вот своеобразное цветовое меню! Сегодня заказать здесь кофе тоже непросто, вот некоторые названия: курц (очень крепкий), оберс (со сливками), фиакр (с ромом), кайзермеланж (с бренди и яичным желтком)…