Мы свыклись уже с мыслью, привыкли, мы видим это ежедневно. Истории людей говорят сами за себя. Продавщица из магазина; пекарь из булочной, куда ты ходишь покупать хлеб; парень возраста твоего сына; отец семейства, которому ещё далеко до пенсии; мать, воспитывающая детей одна…Это Италия, это – мы. Одурманенные предвыборной компанией, обсуждающей пенсии, налоги, тарифы, ставки: мир политиков, которые желают быть избранными, которые обращаются к тем, кто имеет работу.
Но почти половина населения страны не имеет работы, или работает «по-чёрному», или имеет доход менее тысячи евро в месяц. Здесь, в Италии, также популярны доски объявлений без регистрации , где можно найти абсолютно любую информацию, а также в поиске работы, но все меньше и шансов найти достойную и высокооплачеваемую. В среднем итальянская семья зарабатывает менее двадцати тысяч евро в год – так говорят министерские данные.
Большая часть этих дискуссий полезна для имеющих годовые доходы выше миллиона евро, или миллион с половиной евро. Между цифрами двадцать тысяч и один миллион разница настолько огромная, что аккумулирует чувство неуверенности, разочарованности, гнев и желание бороться у тех, кого не желают услышать. Мы опять стали бедными, говорят данные Национального Института Статистики.
Более 8 миллионов итальянцев, одна семья из десяти, тратит около тысячи евро в месяц на человека, цифра, ниже которой Национальный Институт Статистики устанавливает относительный порог бедности. Мы откатились назад на 27 лет. Но даже это не подаёт нам никакой идеи, как выбраться из ситуации.
Экономический кризис убил средний класс . Уже многие годы как итальянцы разделились на богатых, купающихся в роскоши, и средний класс, перешедший в сословие крайне бедных. Отцы, выплачивающие алименты, спят в машинах и получают пропитание в Каритасах при цервях. Вот несколько простых историй, рассказывающих о распространённом уже явлении, которое никого не удивляет, покупать за полцены вчерашний хлеб, или дешевое мясо с датой реализации, заканчивающейся через пару дней, или бросать учёбу в университете в поисках работы с зарплатой в 800 евро, или, получив диплом университета, работать без контракта в пабе официантом. Всё это превратилось в нормальное явление. Это Италия, это мы.
Так обстоят дела. Социальный лифт не просто остановился, он сломался, заблокирован должностными преступлениями и злоупотреблениями. Не поднимается вверх, а падает всё ниже. Судьба наших детей ещё хуже, чем их отцов. Сын рабочего с юга Италии, закончивший юридический факультет, стыдится того, что не знает, что делать со своим дипломом, не знает, как объяснить своим родителям сложившуюся ситуацию.
Нет пути ни вперёд, ни назад. Есть только мысль о работе, которую невозможно получить. Только об этом необходимо говорить, только это предвыборная компания должна обсуждать. Надо предложить проект, как возможно вернуть в нашу страну работу. Без свободы в материальном благополучии нет свободы ни политической, ни демократической. Всё остальное только болтовня.
КАССИР
«Я вижу многих пенсионеров, рыщущих в поисках супер-уценок и продуктов, дата реализации которых заканчивается»
«Можно напишу только моё имя? Не хотелось бы, чтобы меня потом преследовали, мне только этого ещё не хватает. Джованна. Я здесь работаю кассиром 8 лет, и осталась единственная из тех, кто пришёл вместе со мной. Сейчас приходят девушки, которые остаются на три месяца без одного дня, потом их заменяют. Это называется «Контракт по обучению». Тебе дают пару евро, тебя «обучают», потом тебя отправляют домой – и вперёд другая!
Так проходит молодость, и потом, в 40 лет, где ты найдёшь работу? Да, в нашем супермаркете мы делаем скидки в последнюю минуту. Не видите их? Это те, у которых цена написана желтым. Если для сыра, или для молока, или для мяса остаётся 1 день срока реализации, то их стоимость снижается до 80 % от первоначальной цены. Т.е. эти продукты надо употребить немедленно, тем же вечером, прежде, чем испортятся. Но ведь кажутся ещё хорошими, эх!
Смотри, остановись, смотри внимательно! Здесь раскупается всё. Видишь, здесь, в San Giovanni in Laterano, живут очень много пенсионеров. Приходят с кошельком на застежке-молнии и внутри 10 евро, пластиковый кулёк приносят из дома. Кое-кто говорит, что думает о пенсионерах и о пожилых людях, а те пенсионеры, которых вижу я, имеют даже меньше шестидесяти лет. В 58 лет ты ещё не старый, но, если в один день 2000 евро зарплаты превращаются в 900 евро пенсии, и ты ещё имеешь дома детей…знаете, сколько таких историй я слышу?
И ты по необходимости покупаешь мясо не первой свежести. Смотри, смотри… Почему бы это не сказать? Ты их видишь хорошо одетыми, но потом они подходят к кассе с тремя покупками. В основном платят мелочью, в кошельках нет бумажных банкнот. Мы также имеем договор со школами: пункты, которые записываются покупателю, потом переводятся для приобретения школьных материалов. Да, в государственную школу. Но почему?»
Сотрудница телефонного центра
«Три женщины, четыре ребёнка. Арендуем одну квартиру на всех и, таким образом, нам удаётся дожить до конца месяца»
«Меня зовут Антония Л. Мне 57 лет, дочка 18-ти лет живёт со мной. Я начала работать в телефонном центре после развода с мужем, 3 года назад. Мой бывший муж не в состоянии мне помогать. Как все, получаю 80 чентезимов за каждый телефонный звонок, на который отвечаю. Месячный заработок зависит от того, сколько наработаю. Если не болею, если ещё делаю сверхурочные, то могу получить до 800 евро. Из них 400 плачу за аренду жилья, и плюс более 100 евро за разные услуги (свет, газ, вода и т.п.). Нам на двоих остаётся 300 евро, и их катастрофически не хватает на проживание. Как мне, так и остальным, в основном одиноким женщинам с детьми, работающим в телефонном центре.
С двумя из них мы объединились пару лет назад, чтобы снимать общее жильё: квартира в Чинечитта’. В доме нас три женщина, моя дочь и трое маленьких детей. Каждая из женщин спит в своей комнате с детьми. Покупки делаем по очереди раз в неделю, там, где есть скидки. По очереди убираем квартиру и сидим с заболевшими; таким образом, если ребёнок затемпературил, его мама всё-равно может выйти на работу.
По очереди какой-то вечер бываем свободны. У нас есть только одна машина, один телевизор, один компьютер. Мы делим всё на всех, по дням и по часам. Это как бы одна коммуна 70-х годов: разница в том, что тогда мы так жили, потому что нравилось, по нашему выбору, а сейчас по необходимости. Мой отец был служащим, мама учительницей. Они дали высшее образование трем детям, мы имели дачный домик возле моря. Я должна была скрыть свой университетский диплом, иначе не получила бы работу с более низкой квалификацией. Моя дочь говорит, что высшее образование не нужно, оно не даёт никакого преимущества. В молодости я занималась политикой, записалась даже в одну из партий. Сейчас не пойду даже голосовать во время выборной кампании».
Хозяин хлебного магазина
«Продаю за полцены вчерашний хлеб: стоит очередь, чтобы его купить»
«Мы повесили за дверью объявление: «Вчерашний хлеб со скидкой 50% ». Я сказал служащим, что надо быть предельно деликатными, чтобы не оскорбить людей. Знаете, как это бывает: мы показываем, что всё в порядке, но до определённого момента, когда нас ставят в невыносимые условия. Наш городок небольшой, люди болтают всякое, человеческое достоинство уже не имеет цены. Но я же вижу, что этот вчерашний хлеб очень востребован, его многие спрашивают. Меня зовут Луиджи ди Ланни, и мне 64 года.
Раньше был предпринимателем здесь, в Сулмона. Когда вышел на пенсию, построил пекарню «Запах хлеба», тут же печём и кондитерские изделия. Наше предприятие небольшое: три пункта, где продаём изделия, моя жена и маленький сын, которые мне помогают, и девять работников. Последнее Рождество для нас было бедствием. Пирожные раньше продавались ежедневно, сейчас же еле-еле в воскресенье и в праздничные дни.
Мы привыкли, что народ покупает хлеба много, большими порциями, а потом его выкидывает. Это бесполезные траты, и больше этого нельзя себе позволить. Моя мать пекла хлеб с картофелем, он был свежим двадцать дней. И тогда я подумал: «А почему мы перестали печь такой хлеб?». Если бы были более внимательны в прошлом, если бы смотрели на вещи более трезво… Я вижу посетителей магазина, хорошо знаю Сулмона. Городишко умирает.
Мы находимся в провинции Аквила, перенесли грустное время. Многие зарегистрированы в фонде пособий по временной безработице, у многих дети вернулись жить с ними, и их надо содержать. Всё-равно, если только думать о деньгах, то лучше вообще закрыть магазин. Это обязательство по отношению к другим, это целое дело. Ты знаешь, наш вчерашний хлеб ещё довольно-таки свеж. И потом хлеб священный. Его нельзя выбрасывать. И я вижу, что его на самом деле покупают. Возможно, в оправдание говорят: «Знаешь, мне он нужен для котлет». И кому это важно, даже если это неправда?»
Предприниматель, объявленный несостоятельным
«Мы задушены непогашенными долгами, мой отец покончил жизнь самоубийством, и мы вынуждены были закрыть наше предприятие»
«Я писала письма Марио Монти (7-й Министр экономики и финансов Италии 18.11.2011. – 11.07.2012) и Джорджио Наполитано (Президент Италии с 2006). Я всего лишь просила, чтобы было приостановлено предписание об оплатах. Мой отец покончил жизнь самоубийством именно по этой причине. Чтобы поднять заново предприятие, необходимо было иметь немного времени, немного наличных денег, и, прежде всего, мы нуждались не числиться должниками. Существует закон, в котором говорится именно о таком случае, как наш; я проверяла. Но ничего не случилось.
Проходили месяцы, а предписания об уплате продолжали приходить. 200 тысяч евро, 180 тысяч евро каждый раз. Но кто эти кредиторы? Отец застрелился. Предприятие не существует больше. И знаешь, кто всё это разрушил? Государственное управление. Работы, которые были выполнены, но не были оплачены. Были выполнены, вручены, было заплачено исполнителям и за материалы; но оплата от коммунальных предприятий, от местных органов здравоохранения никогда не приходит. Ждешь 9 месяцев, 12 месяцев…
А если протестуешь, то будет ещё хуже, потому что потом вообще не найдёшь заказов. Но как возможно ожидать оплату выполненной работы и в то же самое время оплачивать налоги в пенсионный фонд? Откуда ты возьмёшь эти деньги? И если ты опаздываешь с оплатой, то же самое государственное предприятие, которое не заплатило за работы, отказывает тебе в продлении лицензии, не выдаёт документы, необходимые тебе для получения банковского кредита.
И так ты умираешь, потому что потом надо платить проценты в банке, нанимать адвоката; эта ситуация тебя душит, ставит на колени; но я не хочу об этом говорить, я устала, уже нет сил. У меня маленький сын, и надо думать о нём. Я подумывала уехать из моего города, из моей провинции Венето; конечно, это лёгкие промышленности всей Италии, согласна. И потом – куда я поеду? Меня зовут Флавия, оставь, не спрашивай фамилию. Здесь все меня знают, и я устала также от этого. Я бы хотела только одного – исчезнуть».
Разведённый
«Всю зарплату перечисляю моему сыну: и сам сейчас живу милостыню»
«Что хотите ещё узнать из того, что я не рассказал? Сейчас все приходят брать интервью, как будто мы звери в зоопарке: «Дома разведённых отцов», — пишут в заголовках. И под этим всегда одни и те же истории, похожие друг на друга. Что в этом интересного? Это что — ненормально? И потом, почему все именно сейчас? Так продолжается уже долгие годы, и никто никогда не спрашивал, как живёт мужчина, получающий 1200 евро в месяц, который развелся, который обязан платить алименты и содержать маленьких детей. Как вы себе представляете такую жизнь? На 300 евро в месяц живёт. Или же идёт на улицу. Ночует в машине. Ок, хорошо, записывай.
Меня зовут Умберто, 52 года, последние 8 месяцев живу в одной из комнат в доме «Padri oblati di Rho». Моему сыну 11 лет, и он проводит время со мной одну неделю из двух. Квартиру я оставил его матери. Когда он со мной, мы спим в одной постели, хотя он уже немаленький. Но он не протестует. Раньше, когда я спал на разных диванах в различных домах, было намного хуже. У меня диплом графика. Работаю на фирме, занимаюсь рекламой. Я пытался искать вторую работу, но ещё чудо, что мне удалось сохранить первую. На некоторый период я впал в депрессию. Но потом апатия перешла в страшный гнев. Как это возможно, что я должен кормиться милостыню?
Я перестал смотреть телевизор, слушать ток-шоу, политики во мне вызывали ярость. Машину продал, в школу отвожу сына на городском транспорте. Он стыдится этого, просит выходить на одну остановку раньше. Никогда не надо разводиться. Надо терпеть, глотать обиды, но не разводиться. Я не смог вынести, и вот теперь плачу».
Получивший высшее образование
«Адвокат на бумаге, работаю официантом за 400 евро в месяц»
«Меня зовут Джузеппэ Минафро, 24 года. Моя семья из небольшого пригорода Зала Консилина. Мы из семьи потомственных крестьян, мои родители рабочие. У меня есть брат и сестра. У нас всегда всего было в достатке. Я видел своих всегда в работе, они много работали, но в воскресенье на столе всегда были торт и сладкое вино, летом ездили в отпуск на море, нам было хорошо; мы, дети, все выучились. Конечно же, родители принесли всё в жертву для нас, особенно для меня. Они меня отправили учиться в Рим, сняли мне комнату, оплачивали учебники, билеты на поезд в оба конца.
Я сейчас окончил университет: юриспруденция, дипломная работа по уголовному праву. Дома устроили вечеринку по этому поводу. Прекрасный праздник, была приглашена половина населения нашего городка. Все мне делали комплименты, говорили, что я их гордость, и теперь, в должности адвоката, должен защищать справедливость. Но я не работаю по специальности и никогда не буду работать. Я не чей-то родственничек, как у нас говорят. Конкурсы в магистратуре не существуют. Я тот, работу которого выполняю в пабе за Полем Цветов.
Ночной официант: прихожу к семи вечера и заканчиваю работу в три часа утра, и получаю 400 евро в месяц. Без контракта, о чём вы говорите!! Если я откажусь, тут же придёт другой. У меня есть девушка, мы с ней сняли на двоих комнату. Должен бы быть счастлив, я получил хорошие баллы на защите диплома и много похвальных слов. Однако в душе я чувствую тревогу, которая не даёт мне спокойно жить. Я адвокат, который не работает адвокатом, но в моем родном городке об этом не знают, и родителям я говорю: «Ещё немного, не растраивайтесь, подождите, я найду себе место». Как я объясню им, которые имеют только 8-классное школьное образование, что моё университетское образование не обеспечивает меня работой?»
В то время, как в мире бизнеса многие компании рушатся на фоне экономического кризиса, итальянская мафия переживает «золотой век».
«Застрахован от мафии». Фото: Reuters
По данным полиции и судебной власти различные организованные преступные группировки, которых часто называют в разговорной речи собирательно
«Мафия Инкорпорейтед”, поглощают бензиностанции, захватывают супермаркеты и рестораны, отпускают займы «голодающим» фирмам на наличные деньги, покупают дома в богатых районах в Риме и Милане.
Мафиози имеют в изобилии то, чего так недостает многим компаниям, — ликвидности (т.е. денежных средств), а также многовекового опыта, «съедания» уязвимых компаний, которых становится все больше и больше в условиях нынешнего финансового кризиса. Все это означает, что мафия может свободно вкладывать деньги в двух секторах, которые лежат в основе глобального экономического кризиса, — рынок недвижимости и кредиты. Жизненная ситуация такая, что многие граждане используют услуги кредитов. Это в повседневной жизни многих для поддержании семейных потребностей. О микрокредитах подробно можно ознакомиться здесь.
Преступные синдикаты имеют миллиарды евро от вымогательства, наркотрафика и бума продажи поддельной дизайнерской одежды, произведенной в Китае специально для итальянской мафии и являющейся все более прибыльным бизнесом в связи с ограниченными финансовыми возможностями потребителей, ищущих дешевые товары. Для мафиозных боссов глобальный экономический кризис — «только преимущество», как говорит антимафиозный прокурор Франко Роберти из Неаполя — родины «Каморры».
В десятилетней борьбе с мафией Италия добилась нескольких впечатляющих успехов. Она задержала ведущих боссов, убедила раскаяться некоторых членов группировок к даче показаний и поддержала рядовых граждан против запугиваний и рэкета. Тем
не менее, мафия продолжает развиваться, и ее усилия в последние годы занимать ведущие позиции в законном бизнесе приносят свои плоды огромными вливаниями финансовых средств в условиях финансового кризиса.
«В богатых районах Рима около Испанской лестницы, площади Навона и фонтана Треви, бандиты нагло скупают недвижимость», — говорит антимафиозный прокурор Джанкарло Капольдо.
При расследовании, по его словам, бандиты взяли под контроль многие гостиницы, рестораны и кафе в Риме. Полиция конфисковала активы некоторых из этих компаний, хотя учреждения остаются открытыми. Прокурор отказался назвать рестораны на том основании, что расследование продолжается, сказав лишь: «Вы найдете многие из них в туристических путеводителях.»
Отделом Капольдо были конфискованы и автомагазины дилеров в Риме подозреваемых членов «Каморры» или их союзников. «Каморра» зарабатывает деньги здесь, на юге, но инвистирует в законную деятельность на севере», — сказал Джованни Майнолфи, глава финансовой полиции в Неаполе. Он подчеркнул, что «если бандиты построят роскошные дома на бедном юге, то это бросится в глаза, но в богатых районах Милана, подобное вписывается очень хорошо».
Доходы преступных синдикатов в Италии были бы более, чем достойные для многих официально зарегистрированных компаний. Однако мафия, конечно, вряд ли отчитывается в ежегодных докладах. Римская финансовая контора Eurispes подсчитала, что в 2008 году
«Мафия Инкорпорейтед” получила от своей преступной деятельности 130 млрд евро, или около восьми процентов от валового внутреннего продукта в Италии, почти половина из которых — незаконный оборот наркотиков. Мозговой трест, который анализирует социальные, экономические и уголовные тенденции, подчеркнул, что только деятельность ростовщичества принесла криминалу более 12,6 млрд евро. По его оценке около 180.000 торговцев и других бизнесменов получали кредиты прямо или косвенно через организованную преступность в Италии.
«Торговля поддельными дизайнерскими товарами, по подозрению следователей, успешно развивается и в США, Франции, Великобритании и Германии, и уже становится более выгодным «бизнесом» для неаполитанских преступных синдикатов, чем операции с кокаином и гашишем», — говорит ген.
Майнолфи. Подсчитано, что за каждое вложенное евро в производство подделок «Каморра» зарабатывает десять, а за каждое евро, потраченное на управление торговлей наркотиками, она получает только шесть или семь. Поддельная фирменная продукция массово продается в уличных ларьках и магазинах одежды в Риме, в Неаполе и по всей стране, прибывая тоннами в огромный хаотичный порт Неаполя, где таможенники успевают проверять только 5% прибывших контейнеров.
P.S. В районе, где я живу почти в каждом подвале на профессиональном оборудовании производится всевозможная продукция всемирно известных брендов обуви и одежды. Вот так. Будьте внимательны, когда хотите купить что-то «Made in Italy» )))
Экономический кризис ощущается сильнее в южных регионах Италии. Здесь уровень бедности вырос до 22%. Необходимо объединять все усилия, чтобы вместе остановить волну нищеты и голода.
Foto: ricostruzionecondivisa.it
Италия все глубже погружается в нищету и финансовую депрессию.
Упадок жизненного уровня, коснулся всех слоев населения. Но все же, самые большие трудности испытывают пожилые люди и дети. Экономический кризис ощущается сильнее в южных регионах Италии. Здесь, уровень бедности вырос до 22%. Это почти вдвое превышает средний показатель по всей стране. Во многом это обусловлено снижением потока туризма, который является основным источником дохода в регионе Неаполя.
Foto: www.vivicentro.it
Розарио Сторнайуоло, президент организации «Federconsumatori» говорит: «Люди старше 65 лет не могут оплачивать и поэтому не получают необходимую медицинскую помощь. А один ребенок из трех не имеют достаточно полноценного питания».
Самая сложная финансовая ситуация — в неполных или многодетных семьях. Повсеместно продолжается дискриминация работающих женщин, с экономической точки зрения. А ведь во многих семьях женщины становятся единственными кормильцами, когда муж теряет работу.
Невозможно найти работу молодым людям, независимо от их образования. С продлением пенсионного возраста ситуация ухудшается с каждым днем.
Розарио Сторнайуоло настаивает, что пришло время предпринимать конкретные шаги, чтобы бороться с последствиями кризиса. Для этого, были подписаны два протокола о взаимном сотрудничестве между ассоциацией по борьбе с рэкетом, в лице президента Тано Грассо, и координатором ассоциации «Свобода» — донном Тонино Пальмезе.
«Бедность — сказал Грассо — это бедствие, которое поражает, в основном, мелкий частный бизнес. Пытаясь выбраться из долговой ямы, мелкие предприятия попадают в зависимость от мафии».
Ассоциация «Свобода», вместе с другими организациями потребителей, должны стремиться воплощать в жизнь совместные инициативы. Союз потребителей обязан продвигать на рынок продукты, произведенные на землях, конфискованных у мафии. Эти продукты, должны быть высокого качества и иметь низкие цены.
Альянс, между союзом потребителей и «Свободой» возник очень давно. Но, сегодня, пришло время объединиться всем против влияния мафии на продуктовом рынке.
Советник по социальной политике города Неаполь, Серджио Д’Анджело, одобрил соглашение о взаимном сотрудничестве. Он гарантировал всестороннюю поддержку администрации в борьбы с преступностью и бедностью. Источник: www.napolinotizie.com
15 августа в странах Европы отмечают праздник Успения Богородицы или Вознесение, который на родине – в Италии – называется Феррагосто. Однако в южной Европе этот день имеет не только религиозное, но и большое светское значение. Зародившаяся еще в Древнем Риме, традиция завершать в этот день сбор урожая – в современном мире превратилась в день начала отпусков. В связи с этим в Италии, Греции, Испании и Португалии этот день является выходным.
15 августа во многих странах Европы отмечают праздник Успения Богородицы (Вознесение). Корни этого праздника уходят в дохристианские времена и традиции, заложенные еще древними римлянами.
Праздник Феррагосто (Ferragosto) считался днем завершения сезона больших летних работ, поэтому во многих южных странах Европы этот день выходной. А на родине Феррагосто – в Италии – 15 августа имеет и светское значение. На этот день вся жизнь замирает, оставляя в городах только туристов. Фабрики и производства закрываются, местные жители берут отпуска и отправляются к морю или в горы.
В этом году, согласно опросу Национальной конфедерации фермеров Coldiretti, каждый четвертый итальянец решил отметить Феррагосто с помощью пикника на открытом воздухе. 7% жителей Италии пойдут в ресторан или пиццерию. В то же время для 27% итальянцев праздничная трапеза состоится дома у родственников или друзей. А вот 24% утверждают, что они не будут устраивать никакого специального обеда или ужина, и их меню не будет ничем отличаться от повседневного.
У этого дня, как и у любого праздника, некогда связанного с сельским хозяйством, есть свои традиционные блюда. В первую очередь, это салат caponata из баклажанов, который готовят жители Сицилии, блюдо из свинины frittole, обожаемое жителями Калабрии, спагетти с гусиным соусом из Умбрии, паста zitoni с свежими и сушеными помидорами, секрет которой должен знать каждый повар на Амальфитанском побережье, кролик по-искьитански с острова Джильо, улитки из Беллуно и так далее. Традиционно, каждый регион или даже городок старался предложить в этот день какое-то уникальное блюдо, поэтому это лишь немногие из тех традиционных блюд Феррагосто, которыми богаты итальянские регионы.
В этом году в Италии праздник, как и многие другие, особенно сильно омрачил экономический кризис, поэтому долгожданная неделя у моря для большинства местных жителей так и останется мечтой. Однако тем, кто остается на праздник в городе, не удастся соскучиться – им предлагается разнообразная культурная программа. В итальянских городах состоятся концерты, спектакли, показ кино на открытом воздухе, праздники на главных площадях, и, конечно, фейерверки. Ими можно будет любоваться практически во всех городах Италии.
Как сообщает ANSA, по всей Италии сегодня будут открыты различные музеи, галереи, виллы, храмы, парки, сады, археологические зоны и другие памятники культуры (всего около 300). В Милане на площади Канноне пройдет пиротехнический фестиваль под живую классическую музыку в исполнении симфонического оркестра, а все музеи города в этот день будут бесплатными. Венеция отметит Феррагосто концертом японского пианиста Секи Такахиро. В Падуе состоится кинематографический фестиваль в садах около римского амфитеатра.
Болонья и Флоренция могут похвастаться знаменитыми гастрономическими празднествами (sagra). Они будут посвящены сладостям (Гриццана), кабанине (Вергато), чернике (Лидзано), белым грибам (Кастель-дель-Рио), мясу-гриль (Саджинале). А в Удине, предъявив билет в музей, можно получить рожок мороженого.
Кроме того, сегодня во Флоренции пройдет необычный конкурс – на лучший замок из песка. А в Генуе также можно отправиться на пляж, где будут играть в традиционное поливание водой.
В Риме открыто множество парков, музеев, бассейнов, а вечером – клубов и дискотек. Особенно можно отметить праздник, посвященный «чуду снега» и Деве Марии Снежной. Согласно преданию, в августовскую ночь 358 года Пресвятая Богородица явилась знатным, долго молившим Богородицу о детях. И вот в ночном видении Богородица сообщила супругам, что Господь пошлет им сына, если они построят церковь на холме Эквилин в ее имя. А чтобы они не сомневались, будет дано знамение: утром 5 августа на том месте, где должна будет построена церковь, они найдут снег. И снег действительно пошел. В честь этого события на площади Санта-Мария-Маджоре устраивают искусственный снегопад.
«Съешь пиццу сегодня — заплати через неделю» — такую акцию начал проводить один из пиццайоло Джино Сорбилло. Экономический кризис вернул Неаполь во времена, которые итальянцы переживали после Второй мировой войны, когда даже продукты покупались в кредит. «Съешь пиццу сегодня — заплати через неделю» — такую акцию начал проводить один из пиццайоло Джино Сорбилло. Он прославился в своем квартале не только вкуснейшей пиццей, приготовленной по традиционному неаполитанскому рецепту, но и благотворительностью.
Сорбилло называет «пиццу в кредит» жестом солидарности. «Настал момент держаться вместе перед лицом всех невзгод. Сейчас, во времена большого экономического застоя и краха всей системы, итальянский Юг как всегда страдает больше всех», — сказал пиццайоло. Он признался, что его потрясла история, когда мужчина в маске, скрывавшей лицо, напал на человека, выходящего из пиццерии на окраине города. Всё, что взял грабитель, была коробка со свежеприготовленной пиццей.
«Сегодня её съедят мои дети», — сказал нападавшей прежде, чем убежать. «Это — очень показательная и характерная история. Люди больше не берут кредиты на покупку мобильного телефона или компьютера, они вынуждены есть в кредит», — с горечью констатировал Сорбилло.
В Неаполе давно существует традиция «оплаченного кофе». В барах состоятельный человек платит за свой кофе и ещё за один, который потом может выпить бедняк. Сейчас, как говорят бармены, этот «кризисный» обычай возвращается. Новости, Неаполь
мне понравился широкий жест людей в кофейнях. ведь хорошо, что у тебя есть деньги, можно поделиться благами с ближним своим. с тем, у кого нет средств даже на кофе. надо поддержать такую традицию, если и правда ситуация сейчас не из лучших
Рынок недвижимости в Неаполе, в столице Кампании — обзор Италии
Наблюдаются положительные признаки для рынка жилья, в частности, в таких зонах, как Porta Nolana и Chiaia — San Ferdinando, спасибо некоторым городским преобразованиям. Даже зоны, квартиры в которых заселяются, в основном, студентами, кажется, не чувствуют экономический кризис. Квартал, в котором располагается большинство ювелирных магазинов Неаполя, привлекает близостью к Университету. Элегантные квартиры в этом районе стоят от 4000 до 5500-6000 (маленькие площади) евро за кв.метр.
Особенно велик спрос на двухкомнатные квартиры — 40,3 % из числа общего спроса.
В историческом же центре цены, наоборот, упали на 3,8%, особенно в районе ул. Monteoliveto.
Наиболее востребованным является жильё в нижней части улицы Posillipo. Апартаменты в первоначальном историческом виде стоят 7000-7500 евро за кв.метр, стоимость реконструированных апартаментов приближается к 8000 евро за кв.метр. Несмотря на завышенные цены, покупатели пользуются выгодными услугами долгосрочного кредита, тем самым обеспечиваю себя необходимой суммой. Престижные виллы площадью 300-400 кв. метров, расположенные в той зоне Posillipo, которая наиболее приближена к морю (mar Terreno), могут стоить 3-4 миллиона евро.
Стабильные цены в первом квартале 2014 в зонах Вомеро и Аренелла
Ситуация на рынке недвижимости в начале нового 2014 года в большинстве итальянских городах не отличалась от ситуации в последнем периоде предыдущего года., т.е. ухудшалась. За исключением Неаполя, в котором владельцы жилья не отступили. По сообщениям компании , занимающейся мониторингом в области недвижимости (Ufficio Studi Idealista.it.), основные рынки продолжают демонстрировать тенденцию к снижению, но это не касается Неаполя.
Начало 2014 характеризуется отсутствием динамизма предложения. Недостаточно покупателей, готовых платить средне-низкие цены, и торги проходят крайне медленно. На ценовом фронте наблюдаются первые признаки ослабления спада на основных рынках , в то время как пересмотр тарифов продолжает поддерживаться в средних и небольших городах . Проблема не только в различии интересов продавцов и покупателей , но, прежде всего, в общей неопределённой картине, поэтому лучше прогнозировать продажи более-менее на уровне 2013. Цены ещё долго не будут снижаться.
Владельцы недвижимости в Неаполе, похоже, не знают о негативном цикле на рынке. В столице Кампании, на самом деле, цены предложений выросли на 2% , поднявшись с начала года до € 3356 за квадратный метр, в отличие от других крупных рынков.
Стабильно установились цены в первом квартале 2014 года в наиболее престижном районе Vomero-Arenella (4695 евро за кв.метр), и в районах вдоль набережной моря (как всегда высокие — 5073 евро за кв. метр).
В 7 из 10 зон, на которые разделен город, отмечается спад цен. Наибольшее снижение стоимости жилья в 1-м кварале 2014 отмечено: Ponticelli — San Govanni a Teduccio (1.754 евро за кв.м; -6,6%), исторический Центр (2.480 евро за 1 кв.м; -4,4%) и Bagnoli – Fuorigrotta (2,913 евро за 1 кв.м; -4,1%).
По всем вопросам организации экскурсий по Неаполю и Региону Кампания, обращаться к администрации нашего портала.
Профессиональные гиды юга Италии готовы встретить вас!
Всего комментариев: 0
06 Июня 2014 — портал Неаполь по-славянски — Страница
Экономический кризис заставил итальянцев по-новому взглянуть на то, что может приносить доход. Северная часть страны – это уже сейчас 4 сотни гектар конопли
Италия. Газета il Giornale не смогла больше умалчивать о ситуации, происходящей на юго-востоке Украины. В среду вышел материал под названием «Луганск, резня мирных жителей» — ВИДЕО
Не смотря на сложившуюся нестабильную экономическую ситуацию во многих странах мира, рынок недвижимости в Италии практически не претерпел изменений, он был и остается гарантом стабильности и вложенных денежных средств для многих покупателей.
За период до 2009 года цены на покупку жилья постоянно поднимались, затем произошел небольшой спад спроса, но кардинально эта ситуация не повлияла на покупательскую способность.
рынок недвижимости в Италии
В Италии, наряду с приобретением уже готового жилья, вы может стать долевым застройщиком. Многих привлекает финансирование и строительство коттеджей, вы с легкостью вернете вложенные деньги путем сдачи жилья в аренду.
Во многих регионах Италии снижения цены на недвижимость вообще не произошло, а обусловлено это тем, что во многих престижных регионах Умбрии, Тосканы, Лигурии или Ломбардии покупка элитного жилья – это надежное вложение инвестиций, а цена на него стабильны вот уже не один год.
Пользуются большим спросом у покупателей дома, коттеджи и квартиры которые уютно расположились на горнолыжных курортах, к примеру, купить жилье в Итальянских Альпах ничуть не дешевле чем в Австрии или Франции.
Почему же иностранные граждане выбирают Италию, для приобретения там жилья?
Дело в том, что итальянский рынок жилья, остается дешевле, чем во многих странах Европы. Происходит это за счет дешевого строительства, в стране есть все необходимое для застроек, например, мансардная крыша любого строения может быть произведена полностью из итальянских материалов. А итальянские специалисты, инженеры и рабочие признаны одними из самых квалифицированных в мире.
Немало важным, даже можно смело говорить первостепенным является тот фактор, что итальянский рынок жилья был долгое время ограничен для сделок с иностранными инвесторами. И только лишь после принятия некоторых мер и законов, в Италию начался поток инвесторов и покупателей, что конечно не могло не отразиться на цене на недвижимость. Не отразился отрицательно на цене итальянского жилья экономический кризис, а вот в других странах Европы цены упали на недвижимость.
Италия известна стабильной политической и экономической ситуацией в стране, правовой базой, которая гарантирует и обеспечивает иностранным покупателям и инвесторам безопасность из капиталовложений. Именно поэтому рынок жилья в Италии пользуется успехом, как у частных лиц, так и у компаний желающих приумножить, или надежно вложить свои деньги.
По всем вопросам организации экскурсий по Неаполю и Региону Кампания, обращаться к администрации нашего портала.
Профессиональные гиды юга Италии готовы встретить вас!
Иммиграция, представлявшаяся в 1980-е годы временным явлением, превратилась в постоянный фактор жизни Италии, оказывающий все большее влияние не только на экономику и социальную сферу, но и на политическую, общественную и культурную жизнь страны. Однако идеологизация иммиграционной проблематики и жесткое политическое противостояние по вопросу иммиграции ведущих политических партий затрудняют выработку комплексного подхода к этой сложной социально-экономической, этнокультурной и политической проблеме.
Как и 20 лет назад, политика правительства сконцентрирована на проблеме нелегальной иммиграции и борьбе с ней. Что касается иммигрантов, находящихся в стране на легальных основаниях, ими занимаются местные и региональные власти, а также работодатели. Как это часто бывает в Италии, решения местных политиков принимаются исходя из политических установок и личных пристрастий.
Например, в области Тоскана, где у власти стоят представители левоцентристского блока, принят региональный закон об интеграции иммигрантов. Руководство области оказывает финансовую и организационную поддержку постоянному форуму для обсуждения проблем иммиграции, межкультурного взаимодействия и совместного общежития, а также реализует большой региональный проект «Объединимся против расизма».
Иная картина наблюдается там, где у власти находятся представители Лиги Севера [8]. Примером может служить вызвавшая большой скандал в конце 2009 г. полицейская операция по поиску нелегальных иммигрантов, проведенная в небольшой коммуне Коккальо в Ломбардии, под кодовым названием «Белое Рождество» (название операции имело расовый подтекст, поскольку все нелегальные иммигранты, выявленные в ходе нее, были выходцами из Африки).
Активную роль в судьбе иммигрантов в Италии играют христианские, волонтерские, неправительственные и общественные организации, а также профсоюзы, отстаивающие права этой группы населения.
Что касается работодателей, то они обычно руководствуются прагматическими и утилитарными соображениями, нередко прибегая к неформальным формам занятости, очень распространенным в Италии, или к откровенной эксплуатации.
По данным исследования «Безопасность, работа в Италии по-черному и иммиграция», проведенного в 2010 г., у лиц, не имеющих специальных разрешений на работу в Италии, больше шансов трудоустроиться (в этой группе занятость достигает 90%), однако при этом в 68% случаев речь идет о работе «по-черному» – не только с нарушением трудового и налогового законодательства, но часто и без соблюдения правил безопасности на производстве. В результате почасовая оплата нелегального работника меньше в среднем на 30–50%, чем у итальянцев, и на 10%, чем у легальных иммигрантов, занятых аналогичным трудом.
Нелегалы выполняют самую тяжелую, неквалифицированную и опасную работу, 48% из них трудятся в ночные смены, часто без выходных, не имея при этом никаких социальных гарантий [10].
Число иностранцев, живущих и работающих в Италии, уже превысило 5 миллионов. Несмотря на их вклад в экономику, менее трети граждан страны видят в иммиграции скорее благо, чем проблему. Жесткий курс правительств С. Берлускони позволил резко сократить «высадки» нелегалов на берега Апеннинского полуострова, но решения не принес. Подавляющее большинство итальянцев негативно оценивают иммиграционную политику властей, находя ее недостаточной и неэффективной. «Иммиграционный кризис» 2011 года стимулировал бурные дебаты в обществе и парламенте.
Лет тридцать назад трудно было представить, что Италия, многие поколения граждан которой, не находя работы на родине, эмигрировали в другие страны, станет привлекательной для иммигрантов. Однако в контексте эволюции мировых миграционных процессов, динамики экономического развития и демографических сдвигов такой переход представляется закономерным.
Необычна скорость, с которой Италия превращается в страну массовой иммиграции. Если в 1991 г. здесь официально насчитывалось 652 тыс., а в 2001 г. – 1,3 млн иммигрантов, то на 31 декабря 2010 г. их было зарегистрировано уже 4,57 млн (7,5% общей численности населения). Это один из самых высоких показателей среди стран – членов ЕС [17]. С учетом нелегальных мигрантов, численность которых, по разным оценкам, колеблется от 500 до 800 тыс. человек, общее число иностранных граждан, живущих и работающих в Италии, приблизилось к 5,3 млн [31].
Особенности иммиграционных процессов
В вопросах иммиграции Италия стала заложницей своего географического положения. Близость к берегам Африки, странам Балканского полуострова и Восточной Европы, большая протяженность морских границ долгие годы определяли характер миграционных процессов и этнический состав прибывающих.
Впервые Италия столкнулась с мигрантами в середине 1970-х годов. Тогда речь шла о транзите через Италию нелегальных мигрантов из Африки и Югославии в страны Западной Европы, закрывшие из-за кризиса легальный въезд для желающих найти работу. Однако очень скоро страна сама стала достаточно привлекательным «пунктом конечного назначения» для сотен тысяч искателей лучшей жизни из третьего мира. Существенное влияние на динамику миграционных процессов оказывала и до сих пор оказывает нестабильность в Средиземноморском регионе: любые политические потрясения здесь приводят к массовому исходу в Италию беженцев и мигрантов. Ярким примером может служить недавний поток из Туниса, вызванный так называемой жасминовой революцией. В 1990-е годы Италия регулярно подвергалась подобным нашествиям [33], что крайне негативно сказалось на отношении итальянцев к иммигрантам.
Следует отметить, что ни государство, ни общество не были готовы к массовой иммиграции. Со многими странами, откуда шли основные миграционные потоки, у Италии не было визового режима. Существовали проблемы с охраной морских границ. В то же время на юго-восточном и юго-западном побережьях страны, где береговая граница составляет сотни километров, в течение десятилетий функционировали криминальные группировки, занимавшиеся переброской нелегальных мигрантов в Европу. К тому же до 1986 г. в стране отсутствовало законодательство, которое регулировало бы пребывание иммигрантов на ее территории, в результате чего они не могли получить вид на жительство в Италии, но при этом их нельзя было и выслать. В сочетании с ростом спроса на дешевый труд иммигрантов со стороны теневой экономики, эти факторы способствовали превращению нелегальной миграции в массовое и трудноискоренимое явление. По некоторым оценкам, в 1970–1980-е годы численность нелегалов в Италии достигала 1,2–1,5 млн человек [27]. Сегодня она оценивается разными экспертами на уровне 500–800 тыс. человек [31].
В целом в 1970-х – начале 1980-х годов отношение к иммигрантам со стороны итальянской политической элиты было достаточно позитивным. Многие политики – как левые (социалисты и коммунисты), так и христианские демократы – видели в приеме мигрантов, прибывавших преимущественно из Африки, акт солидарности и помощи обделенным. Существенную роль играло чувство вины за отсталость третьего мира, определявшее отношение многих левых политиков и той общественности, которую называют демократической, к вопросу о том, «пускать или не пускать» иммигрантов. Сегодня, правда, некоторые левые политики и эксперты признают, что, «открывая» Италию для иммигрантов и солидаризируясь с ними, они не задавались вопросом, может ли Италия принять всех желающих. Так, Л. Турко (в 1996–1998 гг. она возглавляла министерство социальной солидарности в левоцентристском правительстве Р. Проди и была одним из авторов иммиграционного закона 1998 г.) сказала в интервью газете «Corriere della Sera», что в начале 1990-х годов «ошибалась, полагая, что в вопросах иммиграции можно руководствоваться соображениями солидарности», и только в статусе министра начала «выступать за жесткое регулирование потоков иммигрантов» [30]. Ей вторит эксперт министерства внутренних дел по вопросам общественной безопасности М. Барбалья, заявивший, что в 1990-е годы его взгляды на иммиграцию определялись в значительной степени левыми убеждениями и он старался не замечать проблем, связанных с иммиграцией, в частности – роста преступности [там же].
В то же время у рядовых итальянцев сложилось неоднозначное отношение к иммиграции. Уже первые иммигранты вызвали в определенных слоях общества отторжение. Наблюдатели отмечают, что для итальянцев характерно проявление не столько расизма, сколько ксенофобии – неприязни к «другому» (иным традициям и культуре, манере поведения), прежде всего на бытовом уровне. Некоторые аналитики в связи с этим проводят параллели с негативной реакцией жителей Милана и Турина на массовый приток мигрантов из южных областей страны в период индустриализации 1950-х годов. По мнению других, неприятие иммигрантов есть результат провинциальной замкнутости итальянцев и отсутствия у них, в отличие от Франции, Великобритании или Испании, опыта общения с «колониальными» народами. Третьи видят в этом политический просчет сил, находившихся у власти в 1980-е годы, открыто проявлявших желание не только принять, но и «обогреть всех страждущих». При этом никто не хотел замечать негативных последствий нерегулируемой иммиграции, включая рост преступности, наркомании и проституции, связанный с появлением в стране этнических преступных группировок. В условиях бедности, нерешенности многих социальных проблем и слабости системы социальной защиты такая позиция политиков вызывала у простых итальянцев лишь раздражение и отрицательные эмоции по отношению к иммигрантам [12, 8].
С 1980-х годов в академических и политических кругах Италии активно шли дискуссии по вопросам, открывать или не открывать границы для иммигрантов и в каких масштабах их принимать, легализовать ли незаконных мигрантов, повинны ли развитые страны в мировой бедности, как относиться к проявлениям расизма. Все это вело к поляризации общественного мнения и позволяло использовать тему иммиграции в политической борьбе. Законодатели, вместо разработки комплексного законодательства и создания системы управления миграционными потоками, которая учитывала бы реальные потребности итальянской экономики в иностранной рабочей силе, под давлением общественного мнения принимали «чрезвычайные меры» [1].
На волне антииммигрантских настроений в обществе на политическую арену Италии укрепили свои позиции партии и движения, открыто выступающие с антиимиграционными заявлениями. В частности, Лига Севера и некоторые представители Национального альянса, преемника неофашистского Итальянского социального движения (ИСД) стали представлять себя в качестве рупора тех, кто видел в иммиграции угрозу своей безопасности, занятости, социальным гарантиям, а также национальной, культурной и религиозной идентичности, и требовали закрыть страну для иммигрантов. Очень скоро эти партии обрели свой электорат. Если на выборах 1987 г. недавно созданная Лига Севера набрали всего 0,5% голосов, то на последующих общенациональных выборах в 1992 г. — 8,6%, в 1994 г. — 8,4% и в 1996 г. — 10,1% голосов.
Национальный альянс (НА), также добился заметных успехов на парламентских выборах в 1990-ые годы: в 1992 г. за партию проголосовало 5,4% избирателей, в 1994 г. — 13,5%, в 1996 г. — 15,7% [3]. В 1994 г., 2001 г., и 2008 г. обе эти партии в союзе с движением С.Берлускони «Вперед, Италия”, а затем и с его партией «Народ свободы” побеждали на парламентских выборах и их представители входили в состав право-центристского кабинета. У.Босси – председатель Лиги Севера и Дж.Фини– глава Национального альянса, войдя в правительство С.Берлускони в 2001 г., разработали и провели через Парламент крайне жесткий иммиграционный закон, известный как Закон «Босси-Фини”.
И сегодня Лига Севера укрепляет свои электоральные позиции, причем и не только в северных областях, но и в так называемых «красных” регионах, традиционно голосующие за левых, в частности в Тоскане, Марке, Эмилии-Романие. На региональных выборах 2010 г. Лига Севера получила 12,28% голосов, а в восьми областях, где партия уже имела своих представителей в представительных органах, за нее проголосовало 19,77% [11].
Эволюция иммиграционного законодательства
До середины 1980-х годов положение иностранных граждан, находившихся на территории Италии, определялось на основе Конституции, гарантирующей соблюдение «гражданских прав и свобод без различий пола, расы, языка, религии, политических взглядов, личного или социального положения» (статья 3). Что касается статуса иностранных граждан, то он, согласно статье 10 Конституции, «регулируется законом в соответствии с нормами международного права и международными соглашениями». Законом от 1961 г. была учреждена система видов на жительство и разрешений на право работы, выдачей которых ведало министерство труда Италии.
В связи с массовым притоком в страну рабочей силы правительство предприняло попытку ввести систему регулирования миграции. В частности, в 1981 г. Италия присоединилась к конвенции Международной организации труда (МОТ) о нелегальной миграции. Министерство труда разработало законопроект, предусматривавший ужесточение контроля над иностранной рабочей силой. Одновременно было принято решение о замораживании оформления разрешений на работу. По мнению итальянского исследователя К.Коданьоне, данное решение в условиях увеличения спроса на дешевый труд иммигрантов со стороны итальянских предпринимателей еще больше стимулировало нелегальное использование труда иммигрантов и создало условия для роста нелегальной иммиграции [1].
Первый иммиграционный закон, принятый в 1986 г., был разработан коалиционным правительством во главе с социалистом Б.Кракси. В нем были определены условия и процедура получения разрешений на работу, предусматривались санкции против работодателей, использующих труд нелегальных мигрантов, и лиц, поощряющих нелегальную иммиграцию. Закон предоставлял рабочим-мигрантам, приехавшими из стран – не членов ЕС, практически те же права, которыми пользовались итальянские рабочие. По этому закону срок действия вида на жительство был отделен от срока действия трудового соглашения, что позволяло иммигрантам, потерявшим работу, оставаться в стране на легальных основаниях. Центрам занятости предписывалось составлять специальные списки безработных иностранных рабочих, ищущих работу. Иммигрантам, законно въехавшим в страну и имеющим вид на жительство, гарантировалось право на воссоединение с семьей. Были созданы органы, занимающиеся координацией и мониторингом миграционных процессов. Специальный совет в министерстве труда ведал проблемами рабочих, приезжающих из стран – не членов ЕС, а орган при министерстве иностранных дел занимался подготовкой и контролем исполнения двусторонних соглашений со странами, откуда шла массовая нелегальная миграция [9]. На практике этот закон оказался малопригодным как для регулирования миграционных потоков, так и для борьбы с нелегальной иммиграцией.
На основе закона провели первую легализацию иммигрантов. В общей сложности виды на жительство получили 400 тыс. человек. Однако, по оценкам экспертов, в стране находилось в два, а то и в три раза больше мигрантов. Часть из этих людей не стали оформлять документы из-за боязни быть высланными, другие столкнулись с непреодолимыми формальностями (отсутствие необходимых документов, нехватка переводчиков, длинные очереди, продолжительные сроки оформления).
Наличие в Италии теневой экономики также способствовало эрозии регулирующих механизмов. Иммигранты имели возможность устроиться на работу и без соответствующих документов. Кто обладал видом на жительство, мог зарегистрироваться в качестве безработного и работать без заключения контрактов и трудовых соглашений. Это было выгодно и работникам, и работодателям, поскольку позволяло уклоняться от уплаты налогов и взносов социального страхования. Очередное замораживание разрешений на работу привело лишь к увеличению нелегального въезда иммигрантов в страну. В результате правительство решило провести очередную легализацию живущих в Италии нелегальных иммигрантов (так называемую амнистию). Неэффективной оказалась и деятельность органов, занимавшихся вопросами иммиграции. Оба совета были распущены через четыре года после вступления в силу закона. В декабре 1989 г. Комиссия по конституционным вопросам палаты депутатов итальянского парламента подготовила доклад под названием «Исследование условий пребывания иностранцев в Италии и феномен фашизма», в котором указывалось на серьезность проблем, порождаемых нерегулируемой иммиграцией, и невозможность их решения с помощью существующего иммиграционного законодательства [1].
В 1990 г. был принят новый иммиграционный закон № 39/90, авторы которого попытались создать механизм регулирования миграционных потоков. В частности, закон предусматривал ежегодное установление максимальной численности вновь прибывающих легальных иммигрантов и высылку из страны иммигрантов, нарушающих общественный порядок. Одновременно закон предписывал проведение серии амнистий для нелегальных иммигрантов, включая лиц, не имеющих работы. (Всего в соответствии с этим законом было легализовано 250 тыс. человек). Для значительного числа стран вводился визовый режим, что позволяло контролировать потоки мигрантов на стадии получения разрешения на въезд в страну. Закон также распространял право на убежище на граждан любой страны (ранее это право предоставлялось лишь приезжавшим из СССР и социалистических стран).
Это был своего рода поворот. Отныне миграция рассматривалась властями как постоянное явление, требующее регулирующих мероприятий со стороны правительства. Предполагалось, что квоты на въезд иностранных рабочих будут учитывать как потребности экономики, так и возможность общества их принять.
Однако реализация закона не дала желаемых результатов. Попытки приостановить иммиграционный приток путем квотирования численности легально въезжающих в страну иностранных работников провалились. Запретительные меры увеличили нелегальную иммиграцию.
Неэффективность иммиграционной политики правительства вызвала в начале 1990-х годов недовольство общественности. Это отразилось и на содержании иммиграционного законодательства. Декрет, принятый в 1995 г. правительством Л. Дини, стал компромиссом между требованиями националистически настроенной Лиги Севера, касающимися ужесточения режима въезда в страну, и позицией левых партий и христианских демократов, традиционно обеспокоенных проблемой солидарности с иммигрантами. С одной стороны, вводилась новая система отказа во въезде в страну и высылки иностранцев, нарушивших иммиграционные правила, с другой – была предусмотрена очередная амнистия нелегалов, увеличившая численность иммигрантов в стране еще на 250 тыс. человек. В обществе укрепилось мнение, что правительство не способно контролировать иммиграцию [1].
Очередной закон № 40/98 (так называемый Единый иммиграционный закон) был разработан и проведен в жизнь левоцентристским правительством в 1998 г. Представляя закон в парламенте, авторы указывали, что его целями являются «борьба с нелегальной миграцией и криминальной эксплуатацией иммигрантов; реализация политики легального и планируемого въезда иностранных рабочих и создание эффективных мер по интеграции новых иммигрантов и иностранцев, проживающих в Италии» [7]. Разработчики исходили из того, что эффективная интеграция иммигрантов возможна только в условиях результативной борьбы с иммиграцией нелегальной. Закон предусматривал укрепление внешних средств контроля (визы, квоты), вводил жесткие санкции против организаторов нелегального въезда в страну (тюремное заключение сроком от 1 до 3 лет), предусматривал более эффективные механизмы выдворения из страны (насильственную депортацию под конвоем и создание центров временного заключения под стражу для содержания лиц, в отношении которых принято решение о депортации), а также заключение соглашений с основными странами – источниками иммиграции о беспрепятственном пропуске мигрантов на родину. Для граждан стран, заключивших соглашения о регулировании иммиграционных потоков, итальянские власти вводили специальные квоты на въезд.
В то же время закон 1998 г. не содержал мер по регулированию рынка труда и контролю над нелегальной занятостью в теневой экономике. Единственное, что было предусмотрено, – это введение механизма планирования иммиграции в виде годовых квот на легальный въезд. В 1998 г. размер квоты на использование иностранной рабочей силы составил 38 тыс. человек. Однако число заявлений оказалось намного больше. К тому же большинство заявлений исходило от лиц, уже живущих в Италии. В результате правительство вынуждено было провести очередную (пятую за 16 лет) амнистию нелегальных иммигрантов.
Главная особенность данного закона состояла в том, что правительство впервые обратило внимание на проблемы интеграции иммигрантов. Были сформулированы принципы, которыми надлежало руководствоваться властям всех уровней для обеспечения этого процесса. Создавался институт культурных посредников (медиаторов), учреждались территориальные советы по вопросам иммиграции и специальный Фонд финансирования иммиграционной политики, средства которого должны были направляться на создание курсов по изучению языка, культуры и социально-политической системы Италии взрослыми иммигрантами, а также на подготовку педагогических кадров для работы в школе с их детьми.
Правительство учредило специальную Национальную комиссию по политике интеграции иммигрантов. Как говорилось в президентском декрете, «интеграция должна стать инструментом, обеспечивающим недискриминационный процесс взаимодействия итальянского общества и иммигрантов, базирующийся на сочетании универсальных ценностей и признании различий, с тем чтобы избежать маргинализации и геттоизации, угрожающих стабильности и социальному сплочению в обществе» [7].
В 2001 г. Комиссия предложила модель интеграции, которая, как предполагалось, должна была учитывать культурно-исторические и политические традиции и специфику иммиграционных процессов в Италии. Полагая, что для Италии не подходят ни ассимиляция, ни мультикультурализм, авторы предлагали строить отношения между итальянским обществом и иммигрантами на основе «культурного плюрализма» и «межкультурного взаимодействия». Вместе с тем, как обязательное условие рассматривалось признание иммигрантами ценностей и норм итальянского общества [там же].
Победа на парламентских выборах 2001 г. правоцентристской коалиции, куда наряду с более умеренными партиями входила и Лига Севера, положила на том этапе конец этому направлению правительственной политики. Новый закон № 189/02, принятый в 2002 г. (так называемый закон Босси-Фини), ориентировался не на идею интеграции, а на германскую модель «гостевых рабочих» и привязывал присутствие иммигрантов на территории Италии исключительно к трудовым контрактам.
Закон ввел новое понятие – «контракт на пребывание». В отличие от рабочего контракта, контракт на пребывание заключается с итальянским работодателем до въезда в страну и является единственным основанием для получения вида на жительство. Причем работодатель обязан гарантировать иностранному работнику не только место для проживания, но и оплату проезда при его возвращении на родину.
По Закону иммигранты, не имеющие виз, должны направляться в специальные центры для установления их личности. Если в течение 60 дней это сделать не удается, они подлежат высылке из страны. При этом высланный лишается права на въезд в Италию сроком на 10 лет. При трудоустройстве иммигрантов, не имеющих визы, работодатели должны заключить с ними контракт сроком на один год и внести в казну взнос: 330 евро – за домработницу, 800 евро – за работника, занятого в сельском хозяйстве или на промышленном предприятии. Владелец предприятия, использующий труд нелегальных иммигрантов, платит за каждого из них штраф в размере 5 тыс. евро. Работодатель может быть даже заключен в тюрьму сроком от трех месяцев до года.
Закон существенно затруднил процедуру воссоединения семей иммигрантов и резко сузил круг лиц, имеющих право на политическое убежище [2].
Против Закона выступила не только левоцентристская оппозиция, назвавшая его «расистским» и «бесчеловечным», но и Конфедерация промышленников и предпринимателей, настаивающая на том, что итальянская промышленность задыхается без притока дешевой рабочей силы. Эксперты указывали, что запретительные меры не только не искореняют нелегальную иммиграцию, но, напротив, способствуют ее росту [2,4].
Однако правительство С.Берлускони, несмотря на критику, последовательно проводило курс на сокращение притока иммигрантов в страну. В 2009 г. был принят так называемый «Пакет мер по обеспечению безопасности», в котором была ужесточена финансовая ответственность, а в ряде случаев предусмотрено уголовное наказание за нелегальное пребывание в стране как для иммигрантов, так и для лиц, «оказывающих им содействие», к которым отнесены работодатели и владельцы жилья. Последние могут быть подвергнуты тюремному заключению сроком от полугода до трех лет с последующей конфискацией недвижимости. Авторы закона хотели ввести ответственность и для врачей, оказывающих помощь нелегалам, но под давлением медицинского сообщества и протестной кампании отказались от этой идеи. Не стали вводить и предоставление документов, подтверждающих законность пребывания в стране, при устройстве детей в школу.
За незаконное пребывание на итальянской территории для иммигрантов установлен штраф в размере от 5 до 10 тыс. евро. Иностранцы, не предъявившие полиции паспорта или удостоверения личности вместе с видом на жительство, могут быть заключены в тюрьму сроком до одного года и одновременно оштрафованы на сумму до 2 тыс. евро. За продление или возобновление вида на жительство по закону 2009 г. взимается от 80 до 200 евро.
Каждый иммигрант, получающий впервые вид на жительство, должен отныне подписывать «Договор об интеграции». В соответствии с этим документом за два года (срок, на который выдается вид на жительство) необходимо набрать определенное количество баллов, которыми оцениваются знание итальянского языка, истории, правовых норм, навыков, позволяющих свободно включиться в жизнь в Италии. Предусмотрено снятие баллов за нарушение налогового и административного режима, за привлечение к судебной ответственности и ряд других нарушений права. Потеря всех баллов ведет к аннулированию вида на жительство и выдворению из страны.
Закон также продлевает срок пребывания нелегальных мигрантов в центрах временного содержания (переименованы в «центры установления личности и выдворения») с 60 до 180 дней [23].
Некоторые положения итальянского закона впоследствии были скорректированы в соответствии с общими требованиями Евросоюза к иммиграционной политике стран – членов ЕС. В частности, Европейский суд указал, что статья о наказании в виде лишения свободы для «гражданина государства, не входящего в ЕС, который нелегально находится в стране и не исполнил предписание о необходимости покинуть территорию Италии», не соответствует директиве ЕС, требующей «проведения эффективной политики выдворения и репатриации, при соблюдении основных гражданских прав» [22].
Иммиграционная политика и борьба с нелегальной миграцией
В течение последних 20 лет все правительства (как левоцентристское, так и правоцентристское) делали акцент на борьбе с нелегальной миграцией и контроле над миграционными потоками в интересах прежде всего общественной безопасности. Правда, правительство С. Берлускони ставило задачу еще и максимально ограничить приток в страну новых иммигрантов. Обвиняя своих предшественников в «излишней доброте», Берлускони неоднократно заявлял, что Италия готова принимать иностранных граждан только по гуманитарным соображениям, предоставляя убежище тем, чья жизнь и свобода подвергаются опасности. Главными темами в его иммиграционной политике стали депортация и репатриация тех, кто незаконно пересек границу Италии или нелегально остался на ее территории
По оценкам, наземным путем, в том числе и через страны ЕС – участницы Шенгенского соглашения (Австрию, Францию и Грецию), в Италию прибывает до 15% нелегальных иммигрантов. Долгое время основными нарушителями наземной границы Италии были преимущественно выходцы из стран Центральной Европы и Балканского полуострова – Румынии, Болгарии, Албании, Словении. В 2005 г. доля выдворяемых граждан Румынии достигала 20% от общего числа высланных, Болгарии – 10,9%. Албанцы находились на третьем месте – 7%. Вступление Румынии и Болгарии в Евросоюз привело к изменению статуса граждан этих стран, но не облегчило положение с иммигрантами. Например, румынская диаспора (самая многочисленная в Италии) насчитывает сегодня 1 млн человек, и у многих из них возникают существенные проблемы с интеграцией и законом. Об этом можно узнать не только из многочисленных интернет-блогов, но и из официальных заявлений румынских властей, протестующих против депортаций румын и румынских цыган. В то же время итальянцы увязывают рост преступности в стране с увеличением румынской диаспоры. Так думают и простые граждане, и многие политики, в том числе и левые. В частности, после убийства в Риме итальянской гражданки румынским иммигрантом в ноябре 2007 г. мэр Рима (представитель левоцентристского блока) В. Вельтрони заявил, что до вступления Румынии в ЕС его город был самым безопасным [28].
Хотя морским путем в Италию нелегально прибывает всего 10% иммигрантов, однако именно они, приплывающие из Африки на утлых лодчонках, вызывают наибольшие дискуссии в обществе. Отчасти этому способствуют репортажи с места событий и тиражируемые СМИ драматические, а иногда и трагические подробности этих «высадок», как их именуют итальянские журналисты.
За последние 10 лет правительству удалось несколько ослабить остроту проблемы путем усиления патрулирования своих территориальных вод, создания системы специальных полицейских подразделений и центров временного содержания. В связи с наплывом беженцев из Туниса и Ливии в ходе «арабской революции» 2011 г. срок содержания в этих центрах был увеличен до 18 месяцев (закон 129/2011).
Еще в начале 2000-х годов Италия заключила соглашения о репатриации и депортации с правительствами африканских стран, откуда идут основные потоки нелегальных мигрантов. В 2008 г. для пресечения незаконных перевозок мигрантов из Африки в Италию с лидером Ливии М. Каддафи было подписано соглашение о контроле за морским побережьем страны. Итальянские власти предоставили в распоряжение Ливии быстроходные пограничные суда. Подписание договора с режимом М. Каддафи вызвало бурю критики со стороны леволиберальной общественности, правозащитников и католической церкви, а когда власти начали возвращать суда с нелегалами в Ливию, не рассматривая вопроса о предоставлении убежища даже формально, это вызвало бурную реакцию со стороны руководства ЕС и Верховного комиссариата ООН по делам беженцев. Отвечая на критику, премьер-министр Италии С. Берлускони и министр внутренних дел Р. Марони указывали, что власти Италии действуют в рамках закона, в соответствии с нормами международного права и международными обязательствами Италии.
В целом жесткие меры борьбы с нелегальными пересечениями морской границы Италии дали свои результаты. За весь 2010 год на побережье Сицилии и соседних островов высадилось 205 человек, а общее число нелегальных мигрантов, прибывших морским путем, составило всего 1470 человек. Правительству Италии даже пришлось закрыть центры по приему нелегальных мигрантов на печально знаменитом острове Лампедуза.
Однако революция в Тунисе и свержение режима М. Каддафи привели к новой волне беженцев и мигрантов. По оценке министерства внутренних дел, за несколько месяцев «арабской весны» с начала 2011 г. на соседних с Сицилией островах высадились 51596 беженцев и так называемых «экономических мигрантов», а всего в Италию морским путем прибыли 60656 человек. Выступая перед депутатами парламента 29 сентября 2011 г., замминистра внутренних дел правоцентристского правительства [34] С. Виале отметила, что часть прибывших получила временные разрешения по гуманитарным соображениям. В то же время чуть более 16,5 тыс. человек было репатриировано. С переходным правительством Ливии Италия также не замедлила подписать соглашения о сотрудничестве в деле возвращения мигрантов на родину и о противодействии транзиту нелегалов. Подобное соглашение было заключено и с временным правительством Туниса [13].
«Иммиграционный кризис» стимулировал бурные дебаты в обществе и парламенте, сопровождавшиеся взаимными обвинениями политических оппонентов в политиканстве и популизме и критикой правительства [16]. Критический разбор как принимаемых мер, так и предлагаемых рецептов дала Дж. Дзинконе – крупный специалист в области иммиграционной политики, профессор Туринского университета, возглавлявшая в 1998–2001 гг. Национальную комиссию по разработке политики интеграции иммигрантов, а ныне советник президента Италии по вопросам социального сплочения. В статье, опубликованной газетой «La Stampa», она выразила сомнение, что идея так называемой спонсируемой высылки (выплаты определенной суммы высылаемому иммигранту, на что специально выделяет средства Евросоюз) даст положительный результат – независимо от того, будет ли эти средства получать сам иммигрант или ими станут премировать правительства развивающихся стран за прием собственных граждан, высланных из Италии. В первом случае иммигранты, получив средства, либо вернутся еще раз, либо постараются нелегально остаться в стране. Что касается правительств развивающихся стран, то для них эмиграция граждан является возможностью сократить число безработных и поправить экономическое положение за счет денежных переводов от работающих за рубежом соотечественников. В этих условиях возврат нелегалов за деньги может стать для них просто дополнительным источником дохода.
Дж. Дзинконе предложила свое решение: активно развивать многостороннее сотрудничество со странами, откуда исходят и через которые идут потоки мигрантов. Речь идет, в частности, о финансовой помощи, инвестировании в развитие производства и создание рабочих мест. Учитывая экономические проблемы самой Италии, отмечает эксперт, сделать это будет крайне сложно [32].
Первые шаги в этом направлении сделало «техническое» правительство М. Монти, в котором впервые был учрежден пост министра по делам международного сотрудничества и интеграции. В его компетенцию входит координация деятельности правительственных органов и неправительственных организаций в сфере оказания гуманитарной помощи развивающимся странам в чрезвычайных ситуациях и содействия их экономическому развитию.
Еще одним важным направлением, которому, по мнению итальянских экспертов, необходимо больше уделять внимание, является борьба с криминальными структурами, занимающимися трафиком нелегальных иммигрантов и торговлей людьми [4]. Наиболее активно новой работорговлей занимается калабрийская мафия – ндрангетта. В частности, эксперты полагают, что за волнениями африканских сборщиков апельсинов в местечке Розарно в Калабрии, имевшими место в январе 2010 г., стояла именно мафия.
Борьба с нелегальной иммиграцией осложняется наличием в стране теневой экономики и отсутствием современных механизмов регулирования рынка труда. В этих условиях полицейские методы недостаточны и могут дать лишь временный эффект. Даже если предположить, что все выявленные нелегалы будут высланы, а все границы окажутся«на замке», у иностранца всегда найдется способ остаться в Италии и трудоустроиться. По официальным данным, 75% нелегальных иммигрантов – это иностранные граждане, въехавшие в Италию легально (по туристической или иной визе) и живущие в стране по просроченным документам. Многие из них остаются в Италии на годы и даже находят постоянную работу. Особенно часто это наблюдается среди такой категории работников, как сиделки, няни и прислуга в семьях, но имеет место и в промышленном производстве, и в строительстве. Обследования, проводившиеся в 2002–2003 годах, показали, что более 60% предприятий, в том числе крупные, не заключают трудовых контрактов с принятыми на работу иммигрантами. Такая система найма используется даже применительно к гражданам стран – членов Евросоюза [16].
О массовости этого явления красноречиво свидетельствуют данные амнистий. Так, в ходе легализации иммигрантов, проведенной в 2002 г., было подано 700 тыс. заявлений от лиц, проживавших на территории Италии не менее 3 месяцев до вступления в силу нового закона и имевших работу. После амнистии численность отдельных национальных диаспор возросла в разы. Например, число граждан Украины увеличилось в 8,6 раза (с 14 тыс. до 121 тыс.), Молдавии – в 5,5 раза (с 6,9 тыс. до 38,1 тыс.), Эквадора – в 4 раза (с 12 тыс. до 48,8 тыс.) [15].
Доля нелегалов среди иммигрантов сокращается по мере удлинения срока их пребывания в стране. В частности, опросы домашней прислуги и сиделок в итальянских семьях (одна из самых многочисленных и социально значимых групп работающих иммигрантов, регулированию которой правительство уделяет большое внимание) показали, что среди живущих в Италии 2 года доля нелегалов составляет 68,3%, от 3 до 5 лет – 38,8% и от 6 до 10 лет – 12,6% [16].
Проводя легализации, правительство Италии пытается ответить на запросы бизнеса и системы социальных услуг, нуждающихся в рабочей силе. За период с 1986 по 2009 г. в стране было проведено шесть легализаций, в результате которых 1,75 млн человек получили легальный статус [26]. В последние годы, из-за того, что органами Евросоюза массовые легализации запрещены, итальянские власти проводят «выборочное урегулирование рабочих отношений». В первую очередь это касается категории «домашних работников» и «сиделок», но также занятых в строительстве и других отраслях, где наблюдается нехватка рабочей силы или возникает потребность с помощью дешевого иммигрантского труда повысить конкурентоспособность.
Многие эксперты считают путь легализаций тупиковым. По их мнению, нужно не амнистировать нелегальных иммигрантов, а принимать меры, которые заставляли бы работодателей официально оформлять трудовые контракты, являющиеся юридической базой для получения работниками права на легальное пребывание в стране. В противном случае правительство обречено на бесконечные амнистии [4].
Неэффективной мерой является, по мнению экспертов, и система квот ввоза рабочей силы. Работодатели пытаются использовать это для легализации имеющихся у них нелегальных работников, поэтому заявки существенно превышают выделяемые квоты. В свою очередь, правительственные чиновники, опасающиеся недовольства профсоюзов и граждан, старательно понижают размеры квот. К тому же сами квоты недостаточно связаны с потребностями рынка труда: речь идет не о рекрутировании необходимых экономике работников, а о выдаче виз гражданам тех стран, с которыми у Италии есть специальные соглашения об иммиграции [4].
Экономический кризис обнажил всю противоречивость существующей системы регулирования иммиграционных потоков. Профсоюзы выступили против принятия квот на 2010 г., предусматривавших выдачу 100 тыс. разрешений на въезд. По их мнению, в условиях, когда только по официальным данным в стране остаются без работы 235 тыс. иммигрантов, правительству следует не выдавать новые разрешения, а разбираться с потерявшими работу – в частности, предоставлять им время на поиск новой работы и не лишать права на пребывание в стране [20].
Интересно, что с критикой политики квот начали выступать и представители христианских ассоциаций, обычно протестующие против любых ограничений иммиграции. По словам Д. Пистолато (главы венецианского отделения католической организации «Caritas», занимающейся проблемами иммиграции), «ситуация в сфере занятости настолько серьезная, что Италия не вправе открывать двери новым мигрантам». Он также заявил, что «необходимо смотреть правде в глаза: прием иммигрантов означает, кроме всего прочего, предоставление работы, обеспечение жильем и достойное и уважительное отношение к вновь прибывшим. Прием новых иммигрантов также не должен вести к панике и питать расистские настроения у местного населения. Иногда реализм является лучшим решением, в том числе в иммиграционной политике» [5].
Многие эксперты называют главным врагом интеграции иммигрантов и легального устройства на работу бюрократическую практику оформления документов. По данным профсоюзного объединения ВИКТ, обычно реальные сроки оформления документов составляют 289 дней вместо положенных по закону 20. Несколько лучше обстоят дела с возобновлением вида на жительство – сроки продления документа не превышают 45 дней. Но и за это время иммигрант может не только лишиться работы, но и превратиться в нелегала. Число таких выявленных в ходе полицейских рейдов нелегалов в 2010 г. составило около 50 тыс. человек [25].
Сменившее кабинет С. Берлускони правительство М. Монти сделало в этом плане шаг навстречу иммигрантам. В принятом им антикризисном плане, предписывается: «для облегчения найма иностранных рабочих, ожидающих выдачи или продления вида на жительство, считать пребывание их в стране и работу законными до момента получения окончательного решения компетентных органов» [14].
Несмотря на существенный вклад трудовых мигрантов в экономику (их доля в ВВП в 2009 г. составила 12,1%, или 165 млрд евро [26]) и то обстоятельство, что они выполняют самую тяжелую и непрестижную работу, от которой сегодня отказываются итальянцы, а их труд оплачивается в среднем на треть ниже, только 28% граждан Италии согласны с тем, что иммиграция является ресурсом для развития страны. Около половины жителей Апеннинского полуострова считают иммиграцию скорее проблемой, чем благом, в том числе и из-за нелегальной иммиграции. 68% опрошенных полагают, что большая часть иммигрантов в Италии являются нелегалами [29].
Многие эксперты, в свою очередь, утверждают, что такое отношение к иммиграции является результатом антииммиграционной риторики правоцентристского правительства, а также жесткого иммиграционного законодательства. Между тем, как отметил в интервью по поводу депортации цыган из Франции известный социолог из университета Генуи А. Дель Лаго, опросы показали, что 81% итальянцев одобрили меры французского правительства. По его мнению, если бы в Италии провели референдум по вопросу изгнания иммигрантов, результат скорее всего был бы таким же [6].
Хотя за время действия «Закона о безопасности» правительству С. Берлускони удалось существенно сократить нелегальные «высадки» на берега Италии (с 37 тыс. человек в 2008 г. до 9,5 тыс. в 2009 г. и 4,4 тыс. в 2010 г.), увеличить количество выдворений на границе до 4 тыс. и репатриировать под охраной 16 тыс. человек [17], опросы показывают, что в 2010 г. 70% граждан негативно оценивали иммиграционную политику правительства, считая все эти меры недостаточными и неэффективными. В 2011 г. в связи с «иммиграционным кризисом» доля недовольных увеличилась до 83% [29].
В то же время итальянские демографы и экономисты в основном сходятся во мнении, что стареющая Италия в своем развитии не может обойтись без иммигрантов. При этом одними полицейскими мерами невозможно ответить на вызовы, связанные с социально-экономическими последствиями иммиграции, с формированием этнически неоднородного общества, усложнением системы социальных связей и появлением большого числа носителей иных культурных, национальных и религиозных традиций.
Италия стремительно превращается в фактически многонациональную страну, где уже живут и работают представители 150 этнических групп. И многие в итальянском обществе все активнее настаивают на необходимости новой иммиграционной политики.
Специально для портала «Перспективы»
Ирина Животовская
По всем вопросам организации экскурсий по Неаполю и Региону Кампания, обращаться к администрации нашего портала.
Профессиональные гиды юга Италии готовы встретить вас!
В результате опроса, проведенного исследовательским институтом международного правительства (ISPI), Владимир Путин занял первое место в рейтинге самых влиятельных мировых политиков.
Анонимно были опрошены известные бизнесмены, журналисты, профессора и банкиры в количестве 130 человек. Из них 42% считают Путина авторитетным политиком. По их мнению, Россия существенно увеличила свой рейтинг на мировой арене. 28% считают более значимой фигурой американского президента Барака Обаму, папе Римскому отдали предпочтение 16% респондентов, и по 6% голосов разделили Ангела Меркель и Си Цзиньпин.
Стоит отметить, что мировые державы, такие как США и Китай, потеряли свое влияние в мировой политике. Эти данные были представлены в докладе ISPI, который был озвучен в Риме. (Пишет Ansa.it)
Самими опасными, по их мнению, мировыми угрозами продолжают оставаться исламский терроризм и неспокойная ситуация на Ближнем Востоке. Для Италии, считает каждый четвертый эксперт, угрозой является нестабильность и экономический кризис на Ближнем Востоке, из-за которых увеличился поток беженцев.
0
Неаполь. Студенты Балетной школы Teatro di San Carlo, старейшей в Италии школы танцев, совершат турне в Россию
42
Италия. Выход дебютного альбома 26-летней монахини «Сестра Кристина» запланирован на 11 ноября. В альбом вошли 10 известных композиций
Несколько человек задержаны, а двое получили травмы в результате нападения группы экстремистов на центр временного размещения иммигрантов в Риме
9 ноября 2014, в г.Неаполь (Италия) в «Научном Городке» прошёл Всемирный День Науки за Мир и Развитие (ЮНЕСКО) 
Связи между РФ и Италией всегда были многосторонними, разнообразными. Только за последний год поток русских туристов в Италию увеличился в 3 раза
Автопортрет находится в весьма плохом состоянии из-за того, что долгое время условия его хранения были слишком агрессивными для портрета
Россия привезла внеконкурсный проект о городском развитии столицы РФ за 100 лет
Экономический кризис заставил итальянцев по-новому взглянуть на то, что может приносить доход. Северная часть страны – это уже сейчас 4 сотни гектар конопли
Италия. Газета il Giornale не смогла больше умалчивать о ситуации, происходящей на юго-востоке Украины. В среду вышел материал под названием «Луганск, резня мирных жителей» — ВИДЕО
Тело второго итальянского альпиниста, пропавшего в пятницу, было найдено в перуанских Андах
Активную роль в судьбе иммигрантов в Италии играют христианские, волонтерские, неправительственные и общественные организации, а также профсоюзы, отстаивающие права этой группы населения.
Средиземноморский климат Юга Италии
