Итальянцы всегда славились своей любовью к песенному искусству. Пожалуй, ни в одной стране мира не проходит такого количества масштабных вокальных фестивалей — это и Венецианский международный фестиваль современной музыки, и «Флорентийский музыкальный май».

У любителей эстрадной музыки большой популярностью пользуется конкурс в Сан-Ремо. Но особое значение музыка имеет для неаполитанцев — организаторов и неизменных участников фестиваля народной песни в Пьедигротта.
Фестиваль народной музыки

Неаполь неслучайно считают музыкальной столицей Италии. «Я неаполитанец; Без песни мне жизнь не мила», — так поется в одной из песен Либеро Бовио, и с этим трудно не согласиться.

Вместе с песнями венецианских гондольеров лирическая неаполитанская песня входит в золотую сокровищницу мировой музыки. Ежегодно в ночь с 7 на 8 сентября в пригороде Неаполя Пьедигротта, давшему название фестивалю, проходит праздник-конкурс на лучшую лирическую песню.
Слово «Пьедигротта» означает «у подножия грота», так в древние времена называлась местность неподалеку от большой пещеры, где, по свидетельству Петрония Арбитре, проходили шумные языческие праздники.

В 1200 году это место было освящено и, дабы изгнать из пещеры языческий дух, была построена церковь Санта Мария ди Пьедигротта. Постепенно религиозная составляющая праздника в честь Мадонны утрачивала свое значение, и пышные торжества превратились в настоящие народные гуляния, сопровождающиеся исполнением народных песен.


Неаполь — музыкальная столица Италии

Праздник привлекает множество туристов, любителей музыки и желающих выступить. Но подавляющее число участников — это жители Неаполя, ибо никто не исполнит напевную лирическую песню лучше неаполитанца. Праздник открывается парадом колесниц, представляющих почти каждый квартал города. На колеснице едет исполнитель и «группа поддержки» в красочных костюмах персонажей народных сказок.

Процессия проходит через площадь Плебисцита, где участники исполняют перед жюри свои песни. Все действо транслируется по радио, так что мелодии, покорившие зрителей, быстро приобретают популярность, и уже на следующий день их можно услышать на улицах города. Случается, что победителя не удается выбрать сразу, и тогда разгорается нешуточная борьба между кварталами. Но побеждает всегда любовь к прекрасному — если обе песни достойны, то они разделяют пьедестал почета.



Церковь Санта Мария ди Пьедигротта


Я очень тебя люблю

Первой песней, покорившей Неаполь, стало произведение поэта-любителя Рафаэля Сакко. Оптик по профессии и поэт по призванию, он написал слова на популярную тогда мелодию, по слухам принадлежащую самому маэстро Доницетти. В разгар праздника 7 сентября 1835 года автор спел ее в кафе, и последние слова припева «Я очень люблю тебя, ты же терзаешь меня» уже были подхвачены публикой на улице. С тех пор песня Сакко «терзала» Неаполь. Легкая и изящная, она завоевала город за один вечер, ее распевали на каждом углу, а вскоре на эту же мелодию по заказу кардинала Неаполя была заказана «переделка», которой отводилась роль простого и понятного религиозного гимна.

Популярность новой песни в Неаполе оценивалась и по количеству стихотворных ответов на нее. В этом смысле песне Сакко не было равных, однако через некоторое время слава чуть не сыграла с ней злую шутку. Ее так часто пели, что мотив стал надоедать, да так, что некоторым любителям музыки захотелось срочно покинуть город. Эти настроения были немедленно выражены в стихах:
«Прощай, мой любимый Неаполь!
Прощаюсь с тобой навсегда.
Ты спросишь меня: что случилось?
Я очень люблю тебя.
Ты же терзаешь меня…»
Несмотря на подобные «заявления», именно эта песня положила начало традиции писать к 7 сентября новые песни и превратила религиозный праздник в Пьедигротта в популярный песенный фестиваль.


Страницы истории

Было бы ошибочным считать, что сама неаполитанская песня появилась лишь в XIX веке. Без сомнения, именно в это время она обрела особую популярность, но собиратель народного песенного фольклора Витторио Палиотти ведет отсчет ее истории с XIII века. Неаполитанская песня берет свое начало от многословных народных песен «вилланелл», которые сочинялись по любому хоть немного значительному общественному поводу. Но кроме политики и злободневных тем вокруг была великолепная природа, не воспевать которую было просто невозможно, и именно этой теме посвящены многие песни. Кажется, ни один уголок родного Неаполя не оставлен без внимания. Знаменитая «Сайта Лючия» — это песня о бухте посередине Неаполитанского залива, которая надежно прикрыта с моря и служит надежным убежищем для рыбачьих судов.

Покопавшись в богатейшей истории неаполитанской песни, можно найти и курьезы, порожденные желанием быть причастным к месту, воспеваемому поэтами. Например, поэт Сальваторе Ди Джакомо, написавший знаменитую песню «А Марэкьяро», никогда не был в этом местечке. Слова «Есть на Марэкьяро над берегом окно. В нем как-то девушку увидел я». — чистейший поэтический вымысел. Но когда судьба привела поэта в таверну на Марэкьяро, ему довелось услышать от хозяина любопытную историю. Тот утверждал, что однажды к нему пришел позавтракать поэт, увидел окно, гвоздику, его дочь Каролину и рассказал об этом в своей песне. Автору, знавшему правду, оставалось лишь улыбаться в ответ на такой простодушный рекламный трюк.

Строить и жить помогает

В неаполитанских песнях поется не только о море, любви и солнце. Вдохновение позволяет писать чудесные мелодии даже с практической целью. Например, популярная песня «Фуникуль. фуникуль» появилась в результате «заказа» от владельцев канатной дороги на Везувий, которая из-за недоверия местных жителей и туристов терпела большие убытки. В 1880 году, когда был запущен фуникулер, консервативно настроенные неаполитанцы предпочитали не «болтаться в корзинках», а подниматься по старинке на осликах или даже пешком. Известный в то время журналист Беппино Турко стал автором слов на музыку Луиджи Денца, и появилась песня, которая заставила жителей пересмотреть свою позицию по отношению к новшеству, и таким образом спасла будущее канатной дороги.

При помощи песни можно было решить и не такие проблемы. В 1902 году в Сорренто проездом остановился важный гость, прибывший из Рима. Мэр Сорренто нанес ему визит и попросил ходатайствовать в столице о дотации на постройку почтового отделения, которого в городе не было. Городской глава получил отказ и чрезвычайно расстроенный вышел из гостиницы. Над росписью стен этого здания как раз трудился поэт-любитель Джамбаттиста де Куртис, который и пришел на помощь мэру. Вместе со своим братом Эрнесто они за пару часов написали песню, которой суждено было стать хитом. «Вернись в Сорренто» была впервые исполнена на вокзале перед отходом поезда, на котором отбывал тот самый важный гость. Песня тронула сердце чиновника, и вскоре в Сорренто появилось свое почтовое отделение.



Святилище внутри пещеры Пьедигротта

Гимн солнцу

Напевные и мелодичные неаполитанские песни требуют хорошего сильного голоса, в противном случае они теряют половину своего очарования. К счастью, итальянская земля не скупится на таких исполнителей — голоса Робертино Лоретти, Беньямино Джильи, Марио Ланца и Лучано Паваротти не перестают слушать и сегодня. Неаполитанская песня вдохновляла самых талантливых композиторов на сочинение оперных партий, которые продолжают звучать со сцен лучших театров мира, но при этом она осталась истинно народным явлением.

Песня поэта Джованни Капурро и композитора Эдуарде ди Капуа «О, мое солнце» лучшее тому подтверждение. На Олимпийских играх 1920 года в Антверпене во время награждения итальянцев-победителей должен был звучать гимн Италии. Но по какой-то причине у бельгийского оркестра не оказалось соответствующих нот. Тогда дирижер дал музыкантам знак играть «О, мое солнце». С первых же нот публика на трибунах встала и запела! Известность неаполитанских песен уже давно распространилась за пределы страны, а фестиваль в Пьедигротта стал эпицентром, откуда волны чудесной музыки разливаются по всему миру.

Источник: Тайны ХХ века (Украина), №18, сентябрь 2008, Наталья ИВАНОВА

Казанова

Хотя имя давно стало нарицательным, рассказы о блестящем соблазнителе явно преувеличены. За четыре десятилетия XVIII века, описанных в мемуарах итальянского вельможи Джакомо Казановы, он умудрился переспать всего лишь со 116 женщинами. Включая уродливых и старых: он принципиально не отказывался ни от одного подвернувшегося случая. В перерывах между любовными похождениями он очень много путешествовал, переводил с французского, писал научные трактаты, издавал журнал, заведовал лотерейным бюро, был секретарем кардинала, капитаном галеры, послом, библиотекарем, дипломатом и шпионом многих правительств.

Историки до сих пор спорят, являются ли подлинными рассказы знаменитого авантюриста. В любом случае, Казанова был скорее забавным, безобидным юбочником, чем неотразимым покорителем сердец. Нынешние психологи, наверное, поставили бы ему диагноз «интимофобия» — боязнь истинной близости. Впрочем, у Казановы это окупалось другими достоинствами: многих своих любовниц он удачно пристроил замуж, пользуясь своим красноречием и талантом сводника. Джакомо ничего не жалел для женщин: ни денег, ни красивых слов, ни времени.

 Капучино

Путешествие в Италию невозможно представить без итальянского кофе. Многие итальянцы заменяют завтрак большой чашкой этого напитка. Рассказывают, что капучино изобрели лишенные большинства плотских радостей, но оттого не менее жизнелюбивые монахи-капуцины. Цветом напиток напоминал их плащи – светло-коричневые, с капюшонами («капуччо»), отороченными белым. Молоко для капучино предварительно подогревали и взбивали до получения пенки. Сначала – венчиком, потом – миксером, теперь – с помощью специальной машинки, которая вспенивает молоко, пропуская через него горячий пар. Но для Папы Римского, большого любителя капучино, молоко по старинке взбивают вручную.

 

Карнавал

Carne,vale! – от латинского «Славься, плоть!». Это одна из версий происхождения этого слова. Согласно другой версии, «карнавал» — трансформация названия колесниц в виде кораблей (carrus navalis), в которых плыли над толпой жрецы во время древнеримских весенних мистерий.

Традиция шумных уличных костюмированных празднеств возродилась в Венеции во времена Ренессанса. До нас дошли рассказы описывающие карнавал 1495 года. В программе был бой быков на площади Сан-Марко, выступления акробатов, шутов и танцоров, а в завершение – фейерверк. Поглазеть на праздник собрался весь город. В духе демократических веяний Возрождения было решено не портить веселья сословными предрассудками и всех уравнять с помощью масок.

С тех пор маски стали главными действующими лицами карнавалов: коломбины, пьеро, арлекины и пульчинеллы. И непременно – черный лик Смерти, как напоминание о ничтожности плоти, поскольку проводы зимы означают начало Великого поста.

 Мафия

В Сицилии туристам в качестве сувенира предлагают куклу-мафиози. Это крепкий черноусый мужичок в кепке, точь-в-точь карикатурный герой фильма «Невероятные приключения итальянцев в России».

Коза ностра (арабское «махья» также означает «наше дело») появилась 150 лет назад на Сицилии. Гвардия, охранявшая местных помещиков от набегов голодных крестьян, постепенно превратилась в самостоятельную структуру, которая подмяла под себя и прежних хозяев. За охрану и покровительство теперь следовало платить деньгами, услугами или жизнью.

В результате массовой миграции 20-30-х годов XX века коза ностра переехала в США. После войны ее искусственно импортировали обратно американские войска: организованное вооруженное формирование людей, хорошо знакомых с местным бытом и обычаями, было необходимо американцам, чтобы навести порядок в постфашистской Италии.

К 70-м годам страна из аграрной превратилась в урбанистическую, поэтому интерес сицилийской мафии сместился от производства винограда к производству героина. С тех пор три главных источника мафиозных сверхприбылей – это наркотики, проституция и торговля оружием.

Попытки борьбы с мафией, длящиеся ровно столько, сколько она существует, успеха не имели. Прежде всего благодаря круговой поруке – омерте. Выдавать мафиози властям считается в обществе дурным тоном. История комиссара Каттани на самом деле закончилась печально: его прототип, неподкупный судья Джованни Фальконе, погиб вместе с женой и охраной от взрыва подброшенной на дорогу бомбы – уже после выхода «Спрута» в прокат.

 

Опера

Новый музыкально-драматический жанр родился в Италии в период позднего Ренессанса, как подражание античной трагедии – все греческое тогда было в моде. В ложах и партере завязывали знакомства, назначали свидания, играли в карты, ели и рассказывали сплетни. В одной Венеции тогда было 10 театров.

Понятно, что, когда творчество поставлено на поток, шедевры получаются нечасто. Тем не менее именно гениальным итальянским сочинителям (Беллини, Доницетти, Россини, Верди) и исполнителям (Карузо, де Лука, Каллас, Тебальти) опера обязана столь долгой и счастливой жизнью.

 

 

Папарацци

Папарацци — фамилия одного из героев «Сладкой жизни», наглого и глуповатого фотографа Феллини. В 50-х в Италии было несколько знаменитых репортеров, которых называли «фотографами действия». Они путешествовали в дорогих спортивных машинах с сигаретой в зубах и фотоаппаратом наготове, клацали затвором и стремительно уносились прочь.

Золотой век папарацци закончился в 70-е, когда из романтиков и пижонов они превратились в скучных работяг, заключавших тайные соглашения с пиар-агентствами знаменитостей. Например, Элизабет Тейлор славится умением подогреть к себе интерес. Папарацци Алан Зингер просидел несколько часов на крыше госпиталя, чтобы снять, как больную пневмонией Тейлор будут переносить из палаты в машину. За фотографию ему заплатили 100 тысяч долларов.

Впрочем, терпению публики есть предел. Когда некий папарацци пробрался в больничную палату, где лежало еще не остывшее тело Феллини, и отщелкал несколько кадров, приподняв с лица маэстро простыню, — фотографии у него никто не купил. Более того, репортер угодил в черный список и навсегда остался без работы.

 Пицца

Потомок обычной лепешки с разнообразной начинкой, какие последнюю тысячу лет готовили по всему Средиземноморью, превратили в самое знаменитое и популярное блюдо итальянской кухни. Только в США – около 65 тысяч пиццерий, где ежегодно тратится более 32 миллиардов долларов. Правда, там пиццу готовят на неприлично толстой, мясистой лепешке. На Востоке в нее добавляют имбирь, во Франции экспериментируют с дорогими сырами. Но все эти фокусы для патриота оскорбительны.

Рецепт классической неаполитанской пиццы родился в 1889 году, когда Неаполь посетила королева Маргарита, супруга Умберто Первого. В ее честь повар приготовил пиццу с начинкой цветов итальянского флага: томатная паста, моцарелла и базилик.

Настоящую неаполитанскую пиццу выпекают вручную в дровяной печи и используют только традиционные ингредиенты: моцарелла (сыр из буйволиного молока), оливковое масло, томаты сорта «Сан марцано» и пряности орегано и базилик. Лепешка должна быть тонкой, хрустящей, но мягкой, чтобы пиццу можно было сложить пополам.

 

Спагетти

В Италии сотни разновидностей макарон и пасты. Спагетти – лишь один из них. Они появились в Италии в середине XVII века, но до XIX их считали плебейской едой, и не в последнюю очередь потому, что есть их можно было только руками. Камергер сицилийского короля Фердинанда Второго придумал специальную трехзубчатую вилку для спагетти.

Сейчас итальянский закон регламентирует выпуск спагетти. Например, запрещается добавлять в пасту консерванты и красители.

Итальянцы считают, что девушка не готова выходить замуж, если не умеет приготовить пасту пятнадцатью способами. Макароны в Италии объединяют и даже мирят поссорившихся. Существует поговорка: «тарелка спагетти – и забудем об этом».

 

Тирамису

Красивая легенда рассказывает, что этот потрясающе вкусный десерт был впервые приготовлен в конце XVII века в Сиене, во время визита великого герцога Козимо Медичи. Название ему дали венецианские куртизанки (в переводе с итальянского тирамису значит «подними меня, взбодри»). Остроумные жрицы любви имели в виду, что калорийное лакомство поддерживает силы утомившихся любовников.

Основу десерта составляет нежнейший крем из сливочного сыра маскарпоне и воздушное печенье савойарди из белков, муки и сахара. Все прочее – крепкий кофе, какао, шоколад, ликер и сладкое вино.

 

Эспрессо

Первую в мире машину для ускоренной варки кофе изобрел итальянец Луиджи Беццера в начале XX века. Главный принцип кофеварки: горячая (92-95 градусов) вода под давлением подается через спрессованный молотый кофе темной обжарки.

Кофеварки-эспрессо популярны во всем мире. Но вот кофе, сваренный на Украине или, к примеру, в Америке, почему-то разительно отличается от итальянского. В Риме, Венеции или Флоренции, заказав эспрессо, вы получите крошечную чашечку лишь наполовину заполненную ошеломительно крепким, густым до маслянистости напитком с золотистой пенкой. С непривычки чувствуешь легкую эйфорию и сердцебиение – кофеин в таких высоких концентрациях усваивается быстрее и действует сильнее.

Где именно приготовили эспрессо – в дорогом ресторане или в баре за углом, — в общем-то, неважно. Даже в самом захудалом кафе за сущие гроши туристы получат чашку чудесного ароматного напитка. Варить плохой кофе в Италии просто не умеют.

Top-Tur.com.ua :: Путешествие. Рассказы туристов. Любопытные факты.

Если вы будете готовить тесто сами, берите муку из твердых сортов пшеницы — Farina di grano duro (по-итальянски) или Hartweizengriess (по-немецки)  Итальянцы говорят: 

«Пицца – это любовница, а паста – мать и жена». 

Остальные народы соглашаются и зовут итальянцев «макаронниками», а те и не обижаются. Блюд из разных макарон в Италии сотни. 

И одно из самых популярных – лазанья. Оно настолько вкусное и демократичное, что с легкостью спорит с пиццей. 

Info: www.aif.ru