Но больше всего в Италии любят футбол. 

В Италии-то пища очень здоровая

Что бесит: едва вы распаковали вещи и ты расслабленно расположился на балконе с откупоренной бутылочкой виски и биноклем, в который вместилась добрая половина блондинки, загорающей топлесс у бассейна, как тебе перегораживают весь чудный вид картами и проспектами. Оказывается, твоя супруга — большая любительница здешней истории. Всю свою сознательную жизнь она спала и видела, как посетит средневековый лепрозорий на острове, расположенном в трехста километрах к югу отсюда, а также развалины дворца династии прославленных Мудакидов. А не увидев могилы великого завоевателя принца Насрулло ХIV, она просто отказывается отсюда уезжать. И еще она успела записать тебя и себя на участие в археологических раскопках. Всего за 200 евро.

Почему бесит: потому что и ишаку понятно, что главная достопримечательность в этой средиземноморской дыре — блондинка, которая загорает топлесс у бассейна. Потому что жутко жарко, под мышками хлюпает, а в море по дороге на остров тебя укачало. В заброшенном средневековом лепрозории подозрительно много странных субъектов, забинтованных по самые уши и снабженных колокольчиками и трещотками, а проказливый гид, который постоянно отпускает на сей счет шуточки, беспрестанно почесывается, и ты, глядя на него, начинаешь чесаться тоже. Виски же осталось в номере и продезинфицироваться решительно нечем. Не впечатляет тебя также склеп Насрулло, из-за того что вокруг слишком много следов его фанатичных поклонников. Что касается дворца прославленной династии, то в этой халупе, ласточкиным гнездом прилепившейся к пропасти на высоте 5 тысяч метров над уровнем моря, действительно могли жить только полные Мудакиды. Все эти соображения ты выкладываешь на обратном пути супруге на весь автобус и, уже рыдающей, рекомендуешь ей ехать на раскопки в одиночестве, иначе ты ее сам закопаешь. 

Вот если бы: ознакомление с историей местной культуры началось бы с погребка в арабском стиле и танца живота, а вместо дворца прославленных Мудакидов вы бы отправились в знаменитые мудакидские бани с массажистками и кальянами. Расслабленно валяясь на расшитых подушках в позе султана, посасывая кальян, ты бы даже был готов благосклонно выслушать биографию Насрулло и историю падения династии Мудакидов, монотонно зачитываемую супругой из буклетов, пока ты дремлешь в блаженном полунаркотическом бреду.



2. Шопинг 

Что бесит: такое ощущение, что вы с супругой приехали сюда голыми и босыми. И что самая актуальная вещь в сорокаградусную жару — это шуба, которую надо срочно купить, потому что она на 10 долларов дешевле, чем дома. А потому в тот самый момент, когда ты уже устроился в шезлонге у бассейна под пальмой со стаканом виски в руках и отличным видом на блондинку, загорающую топлесс, тебя выдергивают из этого наблюдательного пункта и тащат в вонючую лавку, где, судя по запаху, и забивали ногами ту самую норку, шубку из которой дражайшая супруга себе присмотрела. 

Почему бесит: от этого приобретения одни потери. В лавке ты оставил ровно половину отпускного бюджета. К тому же норка, до того как ее забили ногами, явно страдала стригущим лишаем, потому что усеяла своим мехом все кусты по дороге от магазина до отеля. Однако продавец претензии не принял даже после того, как ему была предъявлена пара меховых кустов, ссылаясь, что это такая у норки порода — турецкая лысая. И главное — виски, оставленное под пальмой, кто-то выпил, блондинка куда-то ушла, а бар у бассейна закрылся. 

Вот если бы: шубу тебе показали, ткнув пальцем в буклет, ни на какую примерку и торги с продавцами не тащили, а оставили бы под пальмой мирно накачиваться виски да еще снабдили бы видеокамерой, чтобы разглядывать блондинкин топлесс в деталях, то ты бы против такого шопинга совершенно не возражал. Более того, был бы двумя руками «за» и даже отдал на турецкую лысую вторую половину отпускного бюджета. Оставив разве немного на виски.



3. Марш-броски 

Что бесит: едва ты налил себе виски, поставил стакан на край бассейна и занырнул в его прохладные глубины, чтобы продемонстрировать свою непотопляемость блондинке, загорающей топлесс у бассейна, как — облом. Вынырнув, ты обнаруживаешь рядом со стаканом виски до боли знакомые ноги, и не менее знакомый голос сверху командует тебе взять свои ноги в руки, поскольку вас ждет замечательный пеший переход через единственное в мире Мертвое ущелье (варианты: рафтинг по Мертвой речке, восхождение на Мертвую скалу, спелеопрогулка раком по Мертвой пещере). Любой из этих маршрутов протяженностью не менее 70 км. Ботинки с шипами, альпеншток, фонарик и аптечка с веслом уже закуплены предусмотрительной супругой, автобус припарковался у отеля и вообще все ждут только тебя. 

Почему бесит: свое ты отбегал, отпрыгал, отплавал, отползал и оттянул двадцать лет назад, когда проходил срочную службу в рядах вооруженных сил. И с тех пор мечтаешь все это забыть, но, видно, не судьба. Промаршировав через загаженное фантиками и банками из-под кока-колы Мертвое ущелье под неумолчное лечилово гида, ты возвращаешься в отель на карачках, серый от пыли (варианты: с синяком от весла на заднице, с шишкой на лбу, набитой в низкой пещере), и тебе все уже пофиг, даже заслуженный отдых под пальмой с виски, биноклем и блондинкой. Ночью тебе снится плац, старшина Прокопенко с воплем: «Тянем ножку, орлы, тянем ножку!» и марш-бросок в противогазе, по полной выкладке. 

Вот если бы: рафтинг и многокилометровые переходы в компании супруги заменить на рыбалку. Причем без гида и баб. Даже голубой марлин не обязателен. Ведь главное на отдыхе — посидеть в компании нормальных мужиков за бутылочкой виски и ящиком холодного пива. Забросить блесну, накатить по этому поводу и неспешно поделиться наболевшим. Рассказать, как ты закидывал удочки к блондинке, которая загорает топлесс у бассейна в твоем отеле, соврать, что она почти клюнула. И выслушать ответное вранье, как у них в соседнем отеле клюнула блондинка на 50 кило в-о-от с такими глазами и с топлесс на три размера больше, а также прочие советы профессионалов.

4. Синдром наседки 

Что бесит: супруга не оставляет тебя без своей заботы ни на минуту. На пляже не дает тебе рухнуть на песок, пока ею не будет подготовлена должным образом площадка под покрывало: обозначена колышками, выровнена, оснащена валиком из песка. Можно подумать, вы тут собрались зимовать или высиживать яйца. Потом она начинает натирать тебя маслом, сооружать тебе на голову защитный колпак и греметь фольгой у тебя над ухом, распаковывая спекшиеся на солнце бутерброды, проложенные пожухлыми листиками салата. Ты пытаешься отмахнуться от этой назойливой опеки под насмешливыми взглядами соседей, но не тут-то было. Она кладет на твое потное плечо свою покрытую испариной голову и прилипает к тебе плотно, как банный лист. На бульваре во время прогулки или даже в ходе краткого визита в магазин она желает идти с тобой только под руку, тесно прижавшись. Кроме того, ежеминутно донимает вопросами типа: «Отчего ты посмотрел на ту облезлую крашеную курицу?», провоцируя угодные ей ответы. 

Почему бесит: потому что все это фальшиво, как бижутерия. И продиктовано не любовью, а собственническим инстинктом. Все ее поведение, все ее взгляды, вся ее сущность так и вопиют: «Не трогать! Это мое!» Если бы у нее был маркер, она бы так на тебе и написала: «Внимание! Юлин муж. Не кормить. Не дразнить. Не уводить. Порву!» Ты же ощущаешь себя даже не домашней собачкой, а столбом, который постоянно метит облюбовавшая его сука. 

Вот если бы: хотя бы сотая часть этого ее инстинкта, расцветающего пышным цветом в краткосрочном отпуске на людях, реализовывалась дома, в будни, тет-а-тет. И по приходе домой с работы тебя, уставшего, как черта, немедленно усаживали бы в горячую ванну с солями, заботливо терли спинку, выдавали чистое белье и под белы рученьки вели на кухню, где на столе тебя ждала бы стопка водки, миска борща и полкило умело порезанного сала. И если бы она сумела выдержать этот график хотя бы три дня в неделю, то ты сам взял бы маркер и собственноручно написал бы на своей волосатой груди «Юлин муж! Не трогай — не уведешь!».

5. Помешательство на своей внешности 

Что бесит: сакраментальная фраза «Как я выгляжу?» на все время отпуска становится ключевой. Она задает ее перед выходом из номера, после посещения туалета, до бассейна, после бассейна и в бассейне. И главное, ее не удовлетворяет ни один твой ответ. Не поможет ни лживое «лучше всех, дорогая», ни рассеянное «конечно, хорошо, где мои сигареты?», ни правдивое «как всегда». С лицом Пьеро, которого покусал Артемон, она долго изучает три веснушки, оседлавшие ее нос, а легкая пигментация на правой щеке может довести ее до истерики и пены на губах. В конце концов она извлекает из сумки пугающую своими размерами косметичку «первой помощи», содержимым которой можно запросто замаскировать взвод на открытой местности, и часа на три зависает в ванной перед зеркалом. 

Почему бесит: потому что веснушки — это не бубонная чума, пигментация не является признаком пляски святого Витта, а поплывший в бассейне макияж — вовсе не следствие посещения островного лепрозория. Так что нечего отравлять жизнь себе, тебе, а заодно всему отелю. 

Вот если бы: фраза «Как я выгляжу» была сигналом готовности к соитию — в любом месте, в любых угодных тебе позах, тогда бы ты нисколько не возражал. Ведь тогда бы ты имел ее и перед выходом из номера, и после посещения туалета, и до бассейна, и после бассейна, и в бассейне. А в пугающей размерами косметичке вы бы хранили презервативы с усиками.

6. Любовь к аборигенам 

Что бесит: ее готовность расточать улыбки в ответ на умильные маслянистые взгляды пучеглазых средиземноморских аборигенов, а также их попытки нарушить дистанцию и ободрительно потрепать ее по плечу и ниже. Пристрастившись к вечернему дефиле по набережной, она умудряется выработать на редкость блядскую походочку, так что на протяжении всего моциона вокруг вас не прекращается хамское цоканье и причмокиванье, явно не тебе адресованное. Чуждая условностей, она с равным удовольствием строит глазки и носильщику в отеле, и хранителю лежаков на пляже и даже выучила на аборигенском языке несколько фраз, чтобы поддерживать с ними разговор. 

Почему бесит: перед тобой такой походочкой она не ходила даже в период вашего бурного романа. Выученные ею фразы на аборигенском языке она упорно отказывается тебе переводить. А на ее бедре ты на днях обнаружил синяк невнятного происхождения. Причем ни веснушки, ни пигментация кожи при этих б-прогулочках ей абсолютно не мешают. Самое обидное, что все свои выкрутасы она называет «невинным флиртом» и смеется при этом свежеотработанным в придачу к походочке б-смехом, тогда так твой совершенно платонический интерес к загорающей топлесс блондинке клеймится ею как «животная страсть» и «скотская похоть». Где справедливость? 

Вот если бы: этой отработанной перед зеркалом б-походочкой она бодро промаршировала к тебе из ванной с тюрбаном из полотенца на голове, а потом всю ночь отрабатывала бы в постели Камасутру, крича что-то на аборигенском и упорно отказываясь переходить на русский. Тебе бы оставалось только цокать, чмокать и оставлять ей синяки внятного происхождения.

7. Синдром Евы 

Что бесит: в первый день отдыха она, закованная в купальник, напоминающий нечто среднее между рыцарскими латами и космическим скафандром, стыдливо прячется под лежаком, откуда периодически тявкает на тебя, утверждая, что ты провожаешь все, что движется, таким взглядом, таким взглядом… На второй день она прикупает в ближайшей лавке бикини и, расхаживая у кромки воды своей свежеприобретенной б-походочкой, толкает осуждающие речи в адрес соседнего нудистского пляжа. А на третий день, разглядывая у бассейна в бинокль свою блондинку-топлесс, ты с удивлением обнаруживаешь рядом с ней пышногрудую (кстати, очень ничего такую) брюнетку-топлесс. Но когда ты, отхлебнув от понятного волнения глоток виски, наводишь на бинокле резкость, чтобы сравнить оба топлесса в деталях, внутри тебя все холодеет, ноги подкашиваются, а челюсть с щелчком отпадает до полу. Развратная брюнетка, призывно раскинувшая груди по обе стороны лежака, оказывается твоей супругой. 

Почему бесит: обычно на родном взморье она даже кабинкой не пользуется — ведь по ногам можно определить, в какой момент она переодевает трусы, а это такой позор. И она выстраивает сооружение из полотенец, похожее на эскимосское жилище иглу, под которым происходит движение, напоминающее подковерную борьбу нанайских мальчиков, и долго копошится там, пока не является миру красная, потная, с лифчиком набекрень, а потом еще долго перепрятывает в сумке свое белье, словно фамильные изумруды. И ты бы отдал руку на отсечение, что даже изменять тебе она будет с наглухо застегнутым бюстгальтером. 

Вот если бы: никаких если! Мое — это мое, и нечего на него пялиться каким-то мудакидам с биноклями. В женщине, черт возьми, должно быть хоть какое-то целомудрие и скромность. Устроить грандиозный скандал, бикини сжечь публично, а ей купить аборигенскую чадру, паранджу, чачван, хиджаб и в них посадить ее в номер на хлеб и воду. А самому с биноклем и виски — на балкон, успокаивать нервы привычным пейзажем у бассейна.

 
По материалам: http://otpuskekx.ru/

источник